Жизнь в красном

Уаттара Венсан

С того дня этот юноша вошел в мою жизнь. Я часто думала о нем. Я хотела забыть его, но мысли о нем продолжали меня мучить. Мне нужно было вновь встретить его, услышать его голос.

Однажды вечером Сие снова пришел. Я сидела на том же месте, на берегу реки. Мы оба обрадовались этой встрече. Он положил руку мне на плечо. Я все так же сидела с опущенной головой. Я хотела сказать ему, что мне это не нравится, но и слова не могла произнести, словно язык проглотила. На самом же деле, мне самой этого хотелось.

Он сказал мне:

— Ты так быстро ушла в прошлый раз, как будто испугалась, что я тебя

съем.

Я ответила ему:

— У меня есть жених.

Потом я наклонилась, чтобы поднять лежавшую на земле веточку. Его рука соскользнула с моего плеча.

— Кто твой жених?

— Мади.

Он помолчал немного и добавил:

— У меня тоже есть невеста.

— У наших судеб разные дороги.

Он заметил:

— Но ведь если мы встретились, значит, боги этого хотели.

Я молчала. Он сказал мне, что его невесту зовут Амуи и что он не хочет на ней жениться. Он откровенно рассказывал еще что-то, но я больше его не слышала. В моей голове звучало лишь: у него есть невеста. Мне хотелось дружить с ним, но я думала о своем женихе, о родителях. Что они скажут? Они распоряжались моей жизнью.

Их лица преследовали меня везде, куда бы я ни пошла. Я слышала их голоса, которые говорили мне, что я должна была делать и чего не должна. Я слушала их, но не могла запретить себе видеться с Сие. Наши отношения стали еще теснее. Мади удалялся от меня. Я стала более задумчивой. Заметив это, Оби однажды спросила меня:

— Почему ты все время ходишь с таким лицом?

Я ответила ей вопросом:

— Ты любишь своего жениха Наба?

Она изумленно посмотрела на меня. Она не видела связи между этими двумя вопросами. Я сказала ей:

— Как можно жить с человеком, которого ты не выбирал?

Оби с улыбкой сказала:

— За кого же ты хочешь выйти замуж, если не за того, кого выбрали твои родители?

Я промолчала, так как знала, что она согласна с отведенной ей ролью покорной женщины. Я любила Сие тайно и не могла об этом сказать даже своей лучшей подруге. Я не была уверена в том, что она сохранит это в секрете.

Оби любила Наба, которого выбрали ей родители, как мне — Мади. Она любила его. Она постоянно говорила мне о нем, о том, какой он красивый, смелый, щедрый, — все те слова, которые мы говорим, когда любим. Я спрашивала себя, почему я так не отношусь к Мади? В отличие от Оби, мне казалось, что жить с мужчиной, которого ты не выбирала, очень печально. Она же без раздумий подчинилась своей судьбе, как те, кто позволяет другим куда-то вести себя. Для таких людей не важно, ясное небо или пасмурное, лишь бы их основные потребности были удовлетворены. А я была из других, из тех, кто любит задавать много вопросов, из тех, кто хочет понять, из тех, кто хочет сам принимать решение и нести ответственность за свои поступки.

Меня никто не понимал. Я со своими мнениями и убеждениями была обречена молчать и ждать того момента, который даст мне возможность воплотить свои мечты. Потому что в жизни всему свое время. Если сделать что-то преждевременно, можно скатиться в пропасть.

Моя мать ничего не знала о моей параллельной жизни. Дома я всегда с радостью принимала Мади. Жизнь продолжалась, а я все хранила свой секрет.

Однажды по деревне разнеслась хорошая новость: учитель Морибо обзавелся

телевизором. Такое у нас было впервые. Новость, как пыль, разлетелась по всей деревне. Жители Лото радовались. Потому что, скажу тебе честно, писатель, нашей деревней интересовались лишь в дни выборов какого-нибудь руководителя, да еще когда шла речь о распределении продовольствия, которое нам поставляли белые.

Каждый вечер к Морибо приходило много народу, чтобы узнать новости из города и со всего мира. Меня тоже заинтересовал этот волшебник с картинками, так мы прозвали его.

Однажды вечером мама, надавав множество советов, разрешила мне пойти на самую окраину деревни за горы и холмы. Я не смогу описать ту радость, которая охватила меня тогда. Казалось, в эту сентябрьскую ночь была самая чудесная погода. На усеянном звездами небе ярко сияла луна, и на его фоне вырисовывались контуры людей и предметов.

Перед телевизором было весело: скользящие по лицам улыбки, перешептывающиеся голоса, приглушенный смех, доверительные беседы. Прошла реклама: крем для осветления кожи, кубики для приготовления соуса, пляжи для отдыха, бассейны и рестораны, которые заставляют мечтать, азартные игры, чтобы забыть о бедности. Потом журналист рассказал о новостях дня: президент посетил Францию, чтобы нанести визит своему французскому коллеге, один из депутатов подарил деревенскому кооперативу мельницу…

По окончании выпуска начался какой-то фильм, зазвучала музыка.

Мне кажется, писатель, я должна рассказать тебе эпизод, который задел меня и запомнился: Главного актера зовут Эльмондо, ему около пятидесяти. Он одет с иголочки: шляпа, куртка, жилет, галстук и начищенные ботинки. Он идет по мощеному тротуару. Его приятное лицо сияет от счастья. Он обгоняет дам с тонкими талиями, одетых в шелк и кружева. Они, переговариваясь между собой, ходят туда-сюда. Роскошно одетые мужчины держат дам под руки и беседуют с ними. Эльмондо обгоняет всех этих людей и останавливается у двери одного из домов. Он звонит два раза. Мальчишка-слуга, который знает его, бежит открывать. Он распахивает дверь и провожает Эльмондо в гостиную, где того ждет девушка, Жозефина. На ней платье с глубоким декольте, которое подчеркивает ее изящную фигуру. Это доставляет Эльмондо большое удовольствие. Его глаза блестят от радости. Жозефина улыбается. У нее красивая улыбка. Она высокая, элегантная, чувственная девушка с томным взглядом и длинными волосами, которые делают ее похожей на фею. Эльмондо долго целует ее в губы. Мужчины у телевизора начали перешептываться. Они говорили о красоте Жозефины, о любви. Пини, вся высохшая от старости, сделала недовольную гримасу и скрючилась на своем стуле.

Потом она повернулась к Боссану, старику, который только что вернулся с плантаций Берега Слоновой Кости, где он провел большую часть своей жизни.

— И что за удовольствие прижиматься друг к другу губами? — усмехаясь и покачивая головой, спросила она.

— Это удовольствие любить, — сказал Боссан.

— Убить? — переспросила Пини.

— Лучше бы ты молчала, моя дорогая, тебе этого языка не понять. Это значит «любить», а не «убить». Ты хоть знаешь, что это значит?