Живые консоли

Никитин Олег Викторович

– У меня, как видишь, есть. Но вначале он был, как и полагается, гигантом, и энергии хватало всему раствору. Потом некто стал выдергивать из канала порции эргов (к слову, весьма небольшие), а ведь узел частный и должен быть закрыт от проникновения с помощью аппаратных средств! И красный гигант постепенно превратился в карлика. А все амебы в бульоне будто взбесились и породили не только этих разумных паучков, но и все остальное на поверхности и в глубине узла – и рыб в том числе. Правда, они уже не рыбы вовсе, а скорее «русалки». Эволюция рванулась во все стороны сразу, появились не только земноводные, но и пресмыкающиеся, и птицы, и насекомые.

Вот только млекопитающих у меня пока нет. Но через недельку другую появятся и они, я уверен. Если раньше я не заявлю в сетевую полицию, и мой узел не ликвидируют как источник угрозы для Сети.

– Интересно, зачем твоим пресловутым хакерам энергия? Может, это сами бионы балуются?

Но она тут же поняла, что ее предположение абсолютно нелепо – бион никогда не будет действовать (или даже просто думать) во вред человеку.

– Энергия – это деньги, – наставительно молвил дизайнер и встал. Он протянул Веронике руку и легко оторвал ее от багрового камня. Она опять подумала, что Санчес специально запрограммировал свой узел так, чтобы быть способным ворочать здесь целые скалы, а не только поднимать сорок-пятьдесят килограммов. – А где деньги – там удовольствия. Скажи, каково бы тебе пришлось, если бы твой папаша не снабдил тебя неисчерпаемым счетом?

– Ну, не такой уж он неисчерпаемый, – сварливо ответила Вероника. Они двинулись к дыре в потолке. – Отец к тому же часто проверяет, на что я расходую средства. И поставил в мою программу дурацкий логический блок, который верещит всякий раз, когда я собираюсь потратить больше ста евро.

– Глупо. Ты же его не слушаешь?

– Нет, конечно. Но и отключить никак нельзя.

– Вот если бы нам удалось познакомиться хотя бы с одним хакером… – пропыхтел дизайнер снизу (Вероника словно кожей почувствовала, как он сверлит взглядом ее полупрозрачные трусики, и мысленно приказала Кассию увеличить их плотность). – Уж он бы сумел избавить тебя от подобных проблем.

– А ты не думаешь, что дело гораздо проще: какой-нибудь комитет ограничивает расход энергии на твоем узле? Целый красный карлик ведь! Кстати, это звезда? Или что-то подобное?

Пальцы скользили по гладким «ступенькам» лаза.

– Звезда, звезда… Я исправно плачу за все, они не имеют права меня ограничивать.

– Ты?

– Какая разница? Мой отец – крупный акционер одной известной компании.

– И все же я не понимаю, как можно украсть энергию. – Вероника наконец-то почувствовала под руками край дыры и с облегчением выбралась на поверхность. Подать руку приятелю она и не подумала – раз такой сильный, и сам справится. – Они что, откачивают ватты у твоего физического носителя в инфо-центре? Но тогда бионы из персонала сразу заметили бы потери!

– Речь идет не о ваттах, а об эргах! – с досадой воскликнул дизайнер. – Они воруют не обычную энергию, а сетевую. Это… проще говоря, это аналог приоритета в операциях. У кого больше энергии – у того и приоритет выше. В принципе (если иметь нулевой приоритет) можно переключить на себя все трансакции в Сети и полностью управлять всеми информационными потоками. Так что даже полицейский сканер ничего не заметит. А потом, скажем, поймать твой образ и приковать его к определенному узлу, и никакая домашняя программа не вытащит тебя из Сети. А полиция даже знать не будет, что ты у кого-то в плену – хакер зашлет твою программную копию блуждать по узлам и отвечать на все запросы поисковых серверов стандартным импульсом

присутствия.

– Что пугаешь?

Вероника даже вздрогнула. Теперь их путь лежал в обратную сторону, к знакомому мостику через провал, но Санчес перехватил гостью за локоть.

– Отсюда выйдем.

Пространство заклубилось спиральными вихрями, обозначавшими выход из закрытого узла. Спустя полминуты, пропустив через выделенный канал все до последнего биты их образов, оно свернулось в пустынную улицу одного из прибрежных кварталов. Здесь снимали или покупали жилье особо зажиточные граждане, которым лень было отключаться от Сети на время сна.

43

Благо везде и всюду зависит от соблюдения двух условий: правильного установления конечной цели всякого рода деятельности и отыскания соответствующих средств, ведущих к конечной цели.

Аристотель

В Тимином сознании сформировалась всего лишь замысловатая объемная схема, впрочем, настолько монументальная, что бион свободно перемещался между ее компонентами. Он успел вооружиться тонкой конической указкой, а лицо его стало благостным и даже несколько благоговейным – по всему видно, предмет его лекции заранее вдохновлял его. Гравитация отсутствовала, и тем не менее любое движение совершалось именно так, как задумывалось, без всякой инерции и с явным нарушением законов механики. Да и зачем они нужны в Сети, способной создавать свои собственные законы и порядки?

– Ничего запоминать не нужно, – предварил свою речь бион, примеряясь, куда бы половчее ткнуть острием своего инструмента. Выбрав самый простой вариант – крупный куб в центре конструкции, он сказал: – Эта геометрическая фигура обозначает главу мэрии – наиболее уважаемого и компетентного биона, избираемого руководителями Департаментов на один год. Сейчас это Родион восьмой, прежде служивший главой энергетиков. Весь персонал мэрии беззаветно служит ему, претворяя в жизнь заветы наших предков…

– Какие такие заветы? – буркнул Тима. Он заранее настроился на тоскливое разжевывание основ управленческой структуры общества. Пока что лектор оправдывал его ожидания, за исключением странной ссылки на какие-то заветы.

– Мы к этому еще вернемся, – нахмурился бион. – Под его чутким руководством находятся 11 Департаментов и великое множество (их количество непрерывно меняется от 150 до 260) подотделов и отделов. Среди последних важнейшее положение занимает наша клиника, подчиненная Департаменту народонаселения.

– Послушай-ка, Людовик э-э-э… первый, а как насчет других секторов? Везде все одинаково?

– Конечно! – воскликнул пораженный лектор. – Форма правления вырабатывалась столетиями. Она оптимальна.

– Не думаю, что вентиляторному биону по вкусу протирать свою сетку тряпочкой… – пробормотал Тима вполголоса, однако медик услышал (в Сети ничего не укроется от уха) и с нажимом произнес:

– Разделение функций – основа всякой коллективной деятельности. Никто никому не запрещает совершенствоваться в знаниях и стремлении доставить наибольшее благо населению сектора. Обязанность каждого биона – приносить максимальную пользу, чтобы человек, от которого он произошел, мог гордиться своим генетическим двойником. Нет большей радости для биона, чем полнокровное осознание собственной незаменимости для человека…