Живой
Шрифт:
Голова остро заболела. Что-то блокировало мою память. Я потерял возможность обращаться к воспоминаниям. Но если в прошлый раз их не нашлось, то сейчас они били меня током! Может, на первый вопрос я ответа не знал, а на этот знал? Примем за гипотезу.
«Я знаю где я?»
Голова никак не отреагировала.
«Я знаю кто я?»
И снова тишина.
Ладно, может просто черепушка затрещала? «После» — не значит «в следствии»? А почему, кстати?
Голова затрещала.
Ладно, так и до инсульта себя довести
Голову просто пробило выстрелом. Ладно, ладно, я понял, рефлексия — это не круто. Последнюю фразу я произнёс вслух, хоть и сам не заметил.
— О, ты тоже тут? — приятный женский голос. В комнату заглянула молодая девушка. На ней шёлковое платье василькового цвета. Круглое миловидное лицо, каре каштановых волос. Стройные ножки в лакированных туфельках.
— Возможно, я где-то в другом месте. С чего ты взяла, что я тут?
Слова покинули мой рот даже раньше, чем я успел толком раздеть девушку взглядом.
— Мужик… иди-ка ты в жопу со своими шутейками, грузишь. У меня и так память стёрта, а с такими приколами я точно крышей поеду, — девушка скорчила брезгливую рожицу.
— Видимо, это тут что-то навроде триппера. Как тебе такой вариант: мы все перебрали, свинганулись, и от забористой наркоты потеряли память?
— Да что ты…
— Пожалуйста, не думай об этом!
— Чт… ауч! Слышь, волшебник, что за шоу? — девушка скривилась.
— Извини, красотка, я об этом думать не буду. Мне, знаешь ли, не хочется башку лишний раз травмировать.
— Ладно, клоун, буду тебя держаться. Таких как ты обычно последними убивают, — она оперлась об косяк.
— А с чего ты взяла, что нас хотят убить? — я задал резонный вопрос. На девушку в проёме было приятно смотреть. Платье красиво очерчивало крутые бедра и высокую грудь. На вид лет… Да сколько угодно. Смотрелась молодой, свежей. Я верил этой внешности? Я её хочу?
— Эй, чудила, ты, конечно, извини, но так откровенно взглядом меня раздевать — это наглость! — она покачала головой.
— Ладно, извини… пойдём лучше приколюху покажу.
Я увлёк девушку за собой, в туалет.
— Вот!
— Мужик, если ты мне покажешь как смачно облегчился, отвечаю, тебе не обломится, будь ты хоть трижды красавчиком! — девушка наконец-то рассмотрела предмет у меня в руках. — И что это? — её брови поползли вверх.
— Мягкий материал. Стоял рядом вон с тем древним туалетом, — я вручил незнакомке свою находку.
— Бумага…
— Что?
— Что «что»?
— Что «бумага», говорю?
— А хрен знает «что», но эта штука называется бумага, — русоволосая покрутила рулон в руках.
— И зачем она тут?
— Ни единой мысли.
— Вот и я о том же. Элемент декора? Головоломка?
— На такой рисовали! — выдала идею девушка.
— Ты хочешь сказать, это для рисования?
— Возможно…
— А тут есть какие-то приборы
— Так, а чем тогда предполагалось рисовать? — озвучила незнакомка очевидный пробел в нашей идее.
Мы переглянулись, и русоволоска поспешно отложила рулон в сторону и поторопилась вымыть руки.
— Слушай, Клоун, а может это для того, чтобы воду с рук вытирать?
— Там есть другие куски бумаги, видимо, для рук.
— У меня как-то отпало желание разгадывать тайны древнего сортира. Очень странно у нас заблочена память. Я знаю слово «бумага», но когда я думаю о бумаге, я могу вспомнить только этот вот белый рулон.
— Аналогично. А ещё я знаю, что у человека есть имя. Как мне тебя звать?
— А что первое на ум лезет?
— Красотка.
— А я красивая? — девушка неожиданно смутилась.
Я покивал и ещё раз раздел её взглядом. Интересно, а она пищит или стонет? А может ойкает?
— Хорошо, буду Красоткой. Мне нравится. А ты Клоун.
— Клоун не нравится мне! — озвучил отношение к идее.
— А мне не нравится, что ты меня во всех позах трахнул взглядом. Каждый страдает по-своему. — Пойдём, Клоун, будешь моим кавалером.
— Кавалеры рассчитывают на то, что затащют кавалершу в койку, — какая-то часть меня говорила, что такой поведение социумом не одобряется. Другая половина говорила, что секс — это первейшая потребность организма. И что всё под контролем.
Девушка окинула меня оценивающим взглядом. Задумчиво прикоснулась к губе.
— Я подумаю. Двигаем.
От девушки приятно пахло свежестью и чем-то… очень необычным. Духи что ли?
Короткий коридор вывел нас в большой зал. В центре его овальный стол. На нём восемь тарелок, напротив каждой нелепый стул с гнутыми ножками.
— О, уважаемые, а не подскажете, может вы что-то помните? Или знаете? — круглый, как колобок, мужчина, подбежал к нам, размахивая руками. На его живом лице плескалось полнейшее отчаяние.
— Конечно!
Я с готовностью закивал, а Красотка закатила глаза в жесте показного отчаяния.
— Мы все соучастники страшного преступления. Настолько ужасного, что мы все вместе решили его забыть. Мы проснулись в необычном, но безопасном месте. Наши финансовые счета полны денег, и мы не можем физически вспомнить, как мы тут оказались. Только так мы можем себя не выдать. И да, если что, мы там все, под конец, свинганулись. Почему бы не развлечься, раз ты даже это не запомнишь?
На меня в полном обалдении уставился не только мужик, но и ещё пара человек в комнате. Невысокий мужчина с тонким нервным лицом и долговязый старик. Его белую бороду оплетали тонкие косички. Он реально был высок, и было видно, что ему непривычно, он постоянно кивал телом. Словно он раньше о что-то опирался, а сейчас этого нет.