Живодерня 2
Шрифт:
“Господи, снова сюда… Зачем? — пронеслось в голове. — Как я устал от всего… Как устал…”
Что-то случилось с Ильей сегодня, что-то перекувырнулось в душе. Он не мог понять почему, но сейчас казалось, что он всегда, всю свою жизнь ждал, что кто-нибудь скажет ему эти слова, которые прокричала сумасшедшая старуха. В чем был их смысл? Да и был ли смысл вообще? Скорее что-то, сидящее глубоко внутри него, чего он не понимал, панически боялся и все- таки ждал. Ждал всегда. И вот теперь дождался — получил и не знает, что с этим
Сергей тоже был чем-то озабочен и не хотел говорить. Илья догадался, что его друг собирается допросить живущую в котельной Марину, но ему отчего-то было безразлично это. Ему было безразлично все. Только один раз, когда они спускались под пол гаража, Сергей процедил сквозь зубы:
— Теперь пусть только попробует не сказать…
Ход, ведущий из-под гаража в котельную, был темным и узким он представлял из себя узкую трубу с редкими ступенями, кроме того, с тремя поворотами; и в темноте Илья боялся, что ползущий впереди Сергей наступит ему на руку.
Наконец Сергей что-то отодвинул впереди, и Илья вслед за ним выбрался в помещение. Это оказалась небольшая комнатка с двумя дверями, одна дверь была чуть приоткрыта и там горел свет, другая была открыта настежь. В большом помещении возле котлов за столом сидел тот самый в первый- раз так нахально не пустивший их оператор и кривым ножом что-то делал с деревянной кукольной головой. Тут же на столе лежали кукольные запчасти: руки, колесики и пружинки…
Кукольный мастер ничуть не удивился незваным гостям, выползающим из-под земли. Он только мельком взглянул в их сторону и продолжал свое дело.
— Мы, что характерно, никому здесь не нужны, — сказал Сергей, отряхивая колени, и, состроив нахальную улыбочку, направился прямиком к кукольнику. Но, попутно заглянув во вторую приоткрытую дверь, остановился.
— Вот нам куда.
Он постучал и, не дожидаясь ответа, вошел. Илья вошел следом.
В маленькой комнатке с небольшим оконцем, на старенькой кровати поверх покрывала, в халате лежала Марина собственной персоной и читала любовный роман.
— Ну это уже нахальство: к честной девушке врываться! — оторвавшись от романа, воскликнула она капризным тоном.
Сергей бесцеремонно уселся на кровать в ногах Марины.
— Ну что, говорить будешь? Или опять, что характерно, врать?
Он не глядел на севшую на другой конец кровати Марину. Илья, так и не нашедший себе места, стоял возле двери, привалившись плечом к крохотному бельевому шкафу. В маленькой комнате, кроме шкафа и кровати, ничего не имелось — настолько она была мала.
— Я не понимаю, о чем вы говорите, — в своей обычной манере заговорила Марина.
— Хватит прикидываться дурочкой, — прервал ее Сергей. — Где твоя мать?
— Умерла.
—
— Она не убивала, — мрачно глядя в пол, проговорила Марина.
— А вот следствие показало, что именно она убила двух человек…
— Она не убивала, — упрямо повторила Марина.
В комнате наступила тишина. Кажется никто не хотел говорить.
— Возможно она явилась причиной смерти моего отца, — наконец негромко проговорил Сергей. — Только теперь она этого не скажет…
— Она любила твоего отца.
Марина все так же мрачно глядела в пол.
Несколько минут молчали.
— Она не убивала, ее подставили… — снова повторила Марина.
— Она не убивала, ее подставили… — вдруг слово в слово повторил мерзкий, писклявый голос.
Все посмотрели на дверь. Из-за косяка выглядывала противная, скалящаяся в улыбке физиономия куклы.
— Она не убивала, — так же мерзко повторила кукла, и вслед за этим в дверях, держа куклу в руке, появился кукловод.
Г л а в а 6
КТО ЖЕ УБИЛ?
— Она не убивала, — повторил бородатый кукловод уже своим нормальным голосом.
Его своеобразное появление уже во второй раз произвело на Сергея с Ильей сильное впечатление.
— Дядя Боря, скажи им! — воскликнула Марина. — Скажи им что, все это вранье!..
— Да, конечно вранье. Верочка в сущности была очень добрая, клопа не обидит, — сказал бородатый кукольник. — Должно быть, у него не было переднего зуба, и он слегка присвистывал при разговоре. — Ее безусловно подставили.
— Кто? — спросил Сергей.
— Сначала это имело значение. Теперь уже нет. Разум ее не вернешь.
— Это для вас не имеет значения. А я хочу знать, кто виновен в смерти моего отца.
— Лично я уверен в том, что ни Марина, ни ее мать не имеют к этому никакого отношения.
Вдруг обвисшая кукла в его руках повернула голову к Сергею.
— А почему ты думаешь, что он умер? — спросила кукла мерзким голосом.
Это, конечно, спросил державший ее в руках мужик, но говорил он, не шевеля губами; видно он был мастером чревовещания, и создавалось очень сильная иллюзия, что это кукла неожиданно и нахально встряла в человеческий разговор. Сергей посмотрел на нее, как на члена общества.
— То есть как?
— А вот так, — сказал кукольник.
— Трупа-то его никто не видел, — мерзко добавила кукла.
— Что вы знаете об этом? — мрачно спросил Сергей.
— А ничего, — сказал кукольник.
— А ничего не знаем, — мерзко пропищала кукла.
— Я хочу напомнить, что речь идет о моем отце, — медленно с расстановкой заговорил Сергей. — И шутить на эту тему я не склонен и никому шутить не советую… — в его голосе звучали металлические нотки. — И я не остановлюсь ни перед чем…