Живи!
Шрифт:
– Куда это ты собралась?! – глаза его сузились и рот искривила холодная усмешка.
– Ухожу, – коротко ответила Женя.
– Никуда ты не пойдешь. Не хватало еще в таком виде по улице ходить.
– А ты не указывай! Я сама в состоянии решать за себя, – гордость вслед за обидой внезапно проснулась в ее душе.
Женя взялась за ручку двери, но Максим с силой схватил жену за плечо и толкнул на пол.
– Я сказал, ты никуда не пойдешь. Или тебе мало? Могу добавить, – он погрозил кулаком.
Жене стало очень страшно, но она не могла поверить в то, что Максим сможет привести в исполнение
– Я хочу уйти, – тихо сказала она, плача и кусая губы.
– Нет! —твердо сказал Максим, – Сиди тут.
– Пожалуйста, Максим… Мне нужно уйти…
Эти тихие слова, наполненные болью и неподдельным страданием, вызвали в душе у мужа такую вспышку ярости, что он наотмашь ударил жену. Она, вскрикнув, упала.
– За что? – страх застыл в глазах Жени.
– За все шесть лет, – Максим склонился над ней. – «Праведница» … Бросила институт и друзей, уехала на край белого света ни с кем в никуда…
– Что с тобой? Когда я такое говорила?! – Женя в ужасе вжалась в стену.
– Что?! Память подводит? Не ты, так твои родственнички говорили! Братец твой правильный. Это я тебя ненавижу! Ты мне всю жизнь отравила своей жалостью…
– Тебя никто никогда ни в чем не обвинял, Максим, я прошу тебя, успокойся, давай поговорим…
– Ну нет, наговорился уже. Дай мне спокойно жить, как я хочу, и с кем я хочу.
– С кем ты хочешь?! – Женя не могла поверить. – А как же я? Максим, ты хоть понимаешь, как мне сейчас больно?.. – прошептала девушка, плача от обиды.
– Тебе больно? – мужчина грубо схватил Женю за руку и, притащив в спальню, толкнул на кровать. – Сейчас я тебя утешу!
– Максим, не надо, – Женя с отвращением смотрела на мужа.
Она попыталась оттолкнуть его, но не тут-то было. Он легко подмял ее под себя и стал стаскивать джинсы.
– Нет, я не хочу, отпусти… – Женя плакала, пытаясь вырваться. – Пусти, прошу тебя! Не надо!
– Заткнись, – Ты хочешь, я знаю…. Не упрямься… Давай!
Когда всё закончилось, он оделся и, застегивая ремень, с усмешкой в голосе сказал:
– Замолчала? Вот так-то лучше. Посиди теперь и подумай тут обо всём.
Женя слышала, как хлопнула входная дверь. Она долго рыдала не в состоянии пошевелиться. «За что? За что он так со мной? Мамочка, помоги мне…» – плакала Женя, свернувшись калачиком на измятой постели. Измученная страхом и слезами она уснула и в кошмарном забытьи проспала до вечера, а когда открыла глаза, ужас от произошедшего охватил ее в ту же секунду. Она кое как оделась и нашла свой телефон. Дрожащей рукой она набрала номер матери. Часы на кухне показывали 18:00.
– Алло, доча? Привет! Как дела?
– Мамочка… – голос Жени задрожал, – забери меня, мамочка! – давясь от слёз прошептала она в трубку.
– Женечка, доченька. Что случилось? – заволновалась Тамара Петровна.
– Забери меня… – рыдала Женя, с ужасом вспоминая всё, что было.
– Хорошо, конечно, успокойся…
Но как было успокоиться? Она вздрагивала от каждого шороха, с ужасом думая о том, что Максим вернется. Ночь, полная тягостного ожидания и страха тянулась мучительно медленно. Утром следующего дня приехал Сергей. Она открыла брату дверь и, рухнув к нему на руки, горько зарыдала. Кое как справившись
– Он тебя бил? – желваки заиграли на его скулах.
– Нет… – соврала Женя.
– Ясно! Так, собирайся пока, а я приду через часок…
Когда брат ушел, Женя немного упокоилась. Потом она пошла в ванную, чтобы умыться и привести себя в порядок, но, увидев свое отражение в зеркале, в ужасе замерла. Под глазами черной кляксой растекался синяк, над скулой алел кровоподтек, губы были опухшими и разбитыми. И вдруг у нее как будто бы закончилось действие анестезии, и физическая боль накрыла всё тело. Она поняла, куда пошел брат и, холодея от ужаса, кинулась к телефону, но дозвониться не смогла. Сергей вернулся через два часа с разбитыми костяшками на пальцах.
– Собралась? – спросил он. – Тогда поехали.
– Где ты был? – с тревогой спросила Женя.
– К Максу ездил, – честно признался Сергей.
– Зачем?
– Гостинец ярославский отдал. Поехали. Ключи тут брось…
***
В следующий раз Женя увидела мужа через два месяца, когда приехала с братом, чтобы подать заявление о разводе. Максим сделала попытку извиниться.
– Закрой свой рот, а то чего доброго опять словишь пару пряников, – пригрозил зятю Сергей.
После развода Женя надеялась, что всё осталось позади. Она поселилась у родителей и «зализывала раны». Время шло, и к своему ужасу через несколько месяцев она поняла, что беременна. Тест подтвердил ее догадку. Шесть лет в браке – и ни намека. Один страшный день, который хотелось забыть, – и это случилось.
Женя не знала, что делать. Умом понимая, что малыш не виноват в тех жутких обстоятельствах, при которых он пришел в этот мир, она всё же не хотела его появления на свет. Отвратительная картина насилия вспыхивала в памяти каждый раз, когда она думала о будущем ребенке. Со своей бедой она пошла к Ольге, невесте брата.
– И что ты думаешь делать?
– Аборт… – тихо сказала Женя.
– Срок большой, Женечка. Это не безопасно. К тому же беременность первая, а тебе уже тридцать… Подумай, – Ольга знала, о чем говорила, ведь она работала акушером-гинекологом.
– Как я смогу любить этого ребенка, когда его отец сделал такое со мной? – Женя заплакала, закрыв лицо руками.
Оля нежно обняла ее.
– Я бы могла сказать, что понимаю тебя, но это не так. Я даже представить не могу того ужаса, через который ты прошла. Но я прошу тебя, подумай. Решаясь на аборт, ты ставишь под удар свое здоровье.
– Ну и пусть! Мне не нужен этот ребенок, – плакала Женя.
После этого разговора Ольга определила Женю в клинику, где работала, а накануне процедуры ночью у нее вдруг открылось кровотечение, и от сильной боли она стала терять сознание. Дежуривший доктор сделал всё, что мог, но на фоне выкидыша началось воспаление. Женя провела в больнице под капельницами около двух месяцев и всё же выкарабкалась, пошла на поправку, но Ольга вынуждена была констатировать, что, скорее всего, беременность в ее случае станет сродни чуду.