Жили-были...
Шрифт:
– Минут через десять появится, – крикнул из спальни Куинн. – Говорит, что из-за Чада тебе лучше валиться с ног от усталости... Минуточку, кто, блин, такой Чад?
Надо же. Так у Совсем-Не-Обаяшки было имя.
Чад? Серьезно?
Господи Иисусе!
Вытерев руки, я вышла из ванной к обалдевшему Куинну. Тот, нахмурившись, глазел на телефон, пытаясь понять, кого, чёрт побери, имела в виду Кайли.
– Похоже, Чад – тот чувак, которого ты бейсбольной битой вышвырнул из моей квартиры, – рассмеялась я, наблюдая, как через несколько секунд до Куинна наконец дошло.
– Фу! – Он сморщил нос,
– Перестань вот так говорить его имя. От этого мне ещё хуже, чем сейчас!
– Ча-а-ад, – поддразнил меня Куинн.
Серьезно?
– Ну блин, – тяжело вздохнула я, когда вышла в гостиную и заметила, что кое-что из мебели явно не на своих местах из-за поспешного побега Чада.
– О, Ча-аа-ааа-ад! – донесся смех Куинна из спальни.
Похоже, кто-то забыл, что ему двадцать четыре, а не двенадцать.
Не обращая на него внимания, я передвинула мебель на место. Чад не просто ушел, а действительно «унес отсюда ноги». Я опять вздохнула. Серьезно? Чад? Кайли придется многое объяснить. Как она могла позволить мне пойти домой с кретином по имени Чад?
– C добрым утречком, красотка!
И тут, как по мановению волшебной палочки, в квартиру вплыла Кайли, жонглируя лотком с кофе.
– Кайли Джексон, юмористка ты хренова. – Я шагнула к ней и взяла кофе с надписью «Девушка Чада». Обхохочешься! – Не хочешь объяснить, что, чёрт возьми, произошло с тобой вчера?
Кайли ухмыльнулась. Войдя в гостиную, поставила кофе на стол и повернулась ко мне, продолжая ухмыляться.
– Чувиха, тебе надо было расслабиться. Плюс Чад очень даже ничего, разве нет? – спросила она, недоуменно приподняв брови.
– Ага, а потом она увидела татушку. Господи! Незабываемое было зрелище, – расхохотался Куинн, войдя в гостиную, поцеловал Кайли в щеку и взял свой кофе.
– Ух! – взвизгнула Кайли.
Мамочки!
Так, мне надо присесть.
Сев на черный кожаный диван, я вздохнула, ожидая, когда Кайли начнет махать руками и скакать на месте. Куинн сел рядом. Должно быть, почувствовал, как сдерживаемый Кайли супервосторг вот-вот вырвется наружу и заполнит всю комнату.
– У него татушки! Умереть не встать! Давай подробности! – завопила она, подпрыгивая на месте, как ребенок, который хочет пи-пи.
– Могу дать только кулаком в зубы, – пошутила я, покачав головой. – У него на заднице была татушка, на которой написано «Твое имя».
Кайли резко остановилась, пытаясь понять, о чем речь.
– Постой! – Она помолчала и нахмурилась. – У него на заднице татушка с моим именем? Какого черта?
Я фыркнула, чуть не подавившись горячим кофе.
Кайли плюс похмелье равняется ум четырехлетнего ребенка.
Мы с Кайли Джексон встретились в колледже. Обе были первокурсницами и обе ошалели от размаха территории. К тому же она врезалась в меня, когда я направлялась в класс. У меня в руке был карамельный латте. То есть был где-то секунд тридцать, пока не появилась Кайли, залив мне все декольте горячей жидкостью. Она пискнула, заизвинялась и попыталась вытереть кофе, в то время как парни уставились на развернувшуюся перед ними сцену. Я отпихнула её руку и заверила, что все в порядке и не о чем переживать.
С тех пор мы стали неразлучны.
Сидевший рядом со мной Куинн расхохотался, надрывая живот, пока пытался объяснить, что я имела в виду по поводу татушки:
– Да нет же, у него на заднице написано «Твое имя».
С минуту Кайли шевелила извилинами, словно пыталась мысленно решить суперсложное математическое уравнение.
Внезапно в её симпатичной головке вспыхнула лампочка.
– Я так и сказала!
Я застонала.
Это будет долгий, убитый похмельем день.
Не думайте, что я сплю со всеми подряд. Это не так. Может быть, стоит вернуться к тем дням в колледже, когда Куинн носил ярко-розовый прикид и смахивал на сахарную вату, а Кайли выглядела так же сексуально, как и сейчас в своем узком черном платьице.
Я и раньше ввязывалась в отношения, но однажды в колледже осталась у разбитого корыта. Кэмерон Эмерсон. Капитан футбольной команды с кубиками пресса, на которые можно глазеть вечно, и самым классным черным «мустангом», какой я когда-либо видела. В старших классах он был самым горячим и самым популярным парнем. С детского сада мы были лучшими друзьями, к тому же жили по соседству. Вместе ковырялись в грязи, вместе лазали на большое дерево на его заднем дворе. Короче говоря, были неразлучны. Пока он летом на полтора месяца не уехал в футбольный лагерь.
А потом началась школа.
Больше Кэм не был пухленьким мальчуганом, которому нравилось пускать «блинчики» по воде. Он стал выше, шире в плечах и сексуальнее. Вдруг на естествознании я не смогла оторвать от него глаз. Думаю, раз или два даже пускала слюни. Шло время, и чувство стало взаимным. Кэм начал бросать на меня жаркие взгляды и блуждать глазами по моему меняющемуся телу. Через три недели он пригласил меня на свидание. Которое вовсе не было сказочным, если вы так подумали. Из-за того, что мы долго дружили, нам было не по себе. Однако неловкость прошла без следа, когда он засунул себе в нос два кусочка картошки, чем рассмешил меня до слез. Он был моим принцем на белом коне, который легко выбивал почву у меня из-под ног, пока я хохотала до колик в животе над его дурацкими шутками.
Теперь перенесемся в колледж. Мы всё ещё были вместе, по-прежнему неразлучны и очень влюблены. Во всем друг друга поддерживали. Все было прекрасно… То есть я так думала.
На первом курсе нас пригласили на вечеринку в дом братства.
Грохотала музыка.
Выпивка текла рекой.
Народ играл в бирпонг.
Через три часа Кэм куда-то испарился. Сказал ждать его у стола для игры в бирпонг, а сам пошёл отлить. Прошло полчаса, и я все больше и больше злилась, что он меня бросил. Вручив Куинну свой пластиковый стаканчик с пивом, я взяла Кайли за руку и потащила её наверх искать моего парня.