Жертва
Шрифт:
— Это удивительно, но это так, — кивнул тот, — но вряд ли надолго. Не стоит давать себе напрасную надежду, Мария.
Она поднялась — одним движением, быстро, не почувствовав ни малейших признаков слабости или головокружения, не испытывая больше страха. Оказавшись с ним лицом к лицу, Беатрис замерла, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Что-то незнакомое, звериное, жестокое просыпалось внутри, но оно не казалось чужим.
— Я больше не ваша пленница. Я одна из вас. Уйди с дороги.
— Я не должен этого говорить, но если вы хотите
— Я сама решу, как мне быть, — процедила она. Сила, которая билась в ней, казалась просто невероятной. Беатрис не могла понять, как обозначить эти ощущения, но они были запредельными. Яркими. Отчаянными. Никогда раньше она чувствовала себя настолько живой и истинно неуязвимой.
Владельцы гостиницы позаботились о гостях, и на двери ванной висело два махровых халата. Одеваться в грязную одежду не улыбалось, а лишний раз смущать профессора тем более. Он и так всякий раз впадал в ступор от её откровенности. Набросив халат, Беатрис вышла из ванной и направилась к своему рюкзаку. Покопавшись в нем, извлекла на свет сменное белье, блузку и длинную юбку. Последнюю не помешало бы погладить, но утюга в номере не наблюдалось, а за счет особенностей жатой ткани, смотрелась она вполне сносно. Пока профессор что-то созерцал на балконе, Беатрис успела одеться. Подошла, облокотилась о дверной проем, и заметила:
— Посмотреть Питер со второго этажа частной гостиницы ещё никому не удалось.
— Я просто размышлял, — он повернулся к ней и улыбнулся. — Прекрасно выглядишь. Напоминаешь коренную русскую… Как это правильно сказать?
— Петербурженка. Русская. Слово «коренная» лишнее.
— Петербурженка? — повторил он, сквозь акцент и произношение. Беатрис не выдержала и рассмеялась.
— Надеюсь, я не слишком напоминаю американского туриста? — он указал на джинсы, футболку и темные очки.
— Окажись ты здесь лет двадцать назад, вполне. Сейчас ты напоминаешь мне себя.
— Мои подруги таскали меня по магазинам и выбирали одежду, так что я всякий раз менял стиль вместе с девушкой, — Сэт понял, что ляпнул, и поспешил сменить тему, — я ассоциируюсь у тебя с ботаником-профессором, которому место в лаборатории зла?
— Ассоциируешься, — поддразнила его она, — но сейчас ты стал чуть-чуть более сносным. Самую малость.
— Сносный ботаник-злодей? — рассмеялся Сэт. — Где мои студенческие годы? Тогда я больше внимания уделял девушкам, чем учебе.
Он протянул ей руку ладонью вверх:
— Покажи мне свой город, Беатрис.
— 14 —
Сэт в этот день не увидел ни одного общепринятого туристического места. Они прошлись по улочкам спального района,
Она говорила, что атмосфера больших городов лучше всего чувствуется не в исторических местах, привлекающих множество туристов, а в спокойных отдаленных районах. Центр расскажет тебе об истории и тех, кто давно умер, в то время как сам город — о людях настоящего. В районах, где штабеля пятиэтажек заслоняют панельные «высотки», над которыми насмешливо вырастают претенциозные новостройки, где на первых этажах жилых домов ещё можно увидеть магазинчики образца восьмидесятых, ты замечаешь простых людей, живущих в этом городе. Чувствуешь их настроение и начинаешь понимать, что единственная разница между вами — в названиях, которые кто-то когда-то придумал вашим странам и в диалектах.
Беатрис была просто в ударе, он и не подозревал, что общение с ней может быть столь легким и непринужденным. Время пролетело незаметно, и они направились в сторону гостиницы только когда стемнело.
— Что будем делать дальше? — несмотря на насыщенный день, Сэт ощущал себя бодрым и полным сил. Все проблемы словно взяли перерыв на сегодня.
— Я ждала предложений от тебя, — она приподняла брови — привычный жест, который начинал ему нравиться.
Он с большим удовольствием прогулялся бы до гостиницы пешком, но заметил, как Беатрис зябко поежилась, несмотря на застегнутую куртку. К вечеру и правда стало ощутимо прохладнее.
Сэт хотел бы продолжить их вечер в номере, вдвоем. Возможно, заказать шампанского и фруктов, потом вместе принять душ. Воспоминания о происходящем на вилле в Италии стали практически навязчивой идеей. Он хотел предложить ей это, но понимал, что у него банально не хватит духу.
— Предлагаю посидеть в кафе или в баре, — собственные слова прозвучали жалко.
В Сиэтле его друг отрывал профессора от работы и тащил в бар, расслабиться и пообщаться. После этого Марк уходил под руку с очередной красоткой, а Сэт возвращался домой к Прю, чтобы выслушать очередную истерику.
— Пойдем в бар, — легко согласилась Беатрис, — я заметила один, нам как раз по пути.
— Хотя мы можем купить что-нибудь и подняться в номер, — попытался вернуть упущенное Сэт. С каждой подобной фразой он смущался все больше. Да уж, Великий Соблазнитель из него явно не получится. Он мысленно обозвал себя ослом. Надо же было так испоганить вечер!
— Давай лучше в бар, — она улыбнулась, подхватывая его под руку и прижимаясь, чтобы согреться. — Я как раз присмотрела один, у нас в отеле на первом этаже. Потом пойдешь в номер, а я ещё прогуляюсь.