Жертва
Шрифт:
они были, хоть и немного - заступится за нее. А остальные - того, что проклятия ведьмы исполнятся.
Потом на помост вызвали всю ее родню. И каждый поспешил отказаться от нее. Аэлиша равнодушно смотрела на
взбешенного отца и поджимающую губы маменьку. Миррок тоже отметился. Таких гадких и лживых слов она и представить
себе не могла. Бывший жених не стеснялся в выражениях, расписывая аэлишино распутное поведение.
– Сидишь, су-у-ука…
Очнувшись, она подняла
–
Сиди, тут тебе и место, дрянь… - шатаясь, братец ходил из угла в угол. От напряжения свело мышцы. Аэлиша внимательно
следила за каждым его движением. Пусть говорит, авось побрешет и свалит отсюда.
– На-надо было тебя спря…тать, - неожиданно заявил Вириш, поворачиваясь к ней. Ох, она знала этот взгляд. Аэлиша еще
больше прижалась к стене. Вот сейчас ей лучше бы молчать.
– Сидела бы на цепи, прямо как сейчас, а я бы трахал тебя каждый день, дрянная ты шлюха!
Она взвизгнула, когда братец подскочил и схватил ее за волосы. Увернуться не получилось. Не смотря на плотное
телосложение двигался парень слишком быстро.
– Нравилось с ним, да?!
– кислый запах перегара бил в нос. Аэлиша извивалась, пытаясь освободиться, но Вириш словно и не
замечал.
– Ты стонала под ним?! Кричала от наслаждения?! А?! Отвечай! Отвечай, гребаная ты сука!
Отшвырнув ее прочь, Вириш торопливо схватился за пояс штанов.
– А, плевать. На всех плевать! На запрет отца, на дуру матушку… на твоего любовничка. Плевать. Хочу! И возьму! Сей..
Земля под ними вздрогнула. Вириш замолк на полуслове. Так и застыл, держа руки у ширинки. Через секунду послышался
глухой “бум” и земля вновь дрогнула. Аэлиша тихонько попятилась, стараясь отодвинуться как можно дальше от
прислушивающегося братца.
– Что за чертовщина там творится?
– пробубнил Вириш, застегивая штаны обратно. Метнув на нее упреждающий взгляд он
направляясь к лестнице, ведущей наверх.
Подойти он не успел. Засов вырвало с мясом, врезавшись в стену дверь треснула напополам и осталась болтаться на одной
петле. Брата снесло в сторону и знатно приложило об стену. Съехав вниз, он так и остался лежать
– Аэлиш-ш-ша!
Слезы все ж таки нашлись.
– Шейсалееех, - всхлипнула она и бросилась вперед. Но упала, цепь держала крепко. Мужчина подбежал к ней. Подбежал?!
Шепча слова утешения, Шейсаллех сдернул с себя плащ и укутал ее в плотную, теплую от его тела ткань. Осторожными
касаниями прошелся по лицу, торопливо залечивая синяки и ссадины. А она, не замечая ничего вокруг, зачарованно смотрела
на сильные, мускулистые ноги. Ноги! Затянутые в темные замшевые штаны.
– Любимая моя, цветочек мой, как ты?! Где болит?
– Ноги…
–
– У тебя - ноги… - выдавила из себя Аэлиша, глядя как Шейсаллех рвет металл голыми руками, - А… хвост где?
Наверное, она глупо выглядела. Шейсаллех даже слегка усмехнулся.
– Уже скучаешь по нему, цветочек? Не бойся, теперь я способен принимать две формы.
– Теперь?
Шейсаллех не успел ответить. В проеме появился еще один мужчина.
– Брат! Кажется, эти полоумные решили поджечь дом!
– Брат?!
Аэлиша застонала, обхватывая голову руками. Да что происходит? Какой брат? Откуда у Бога есть брат?! В голове бушевал
такой хаос, что она всерьез задумалась - а не сошла ли часом с ума. Тем временем, мужчина легко сбежал с лестницы.
Откинул капюшон и пристально взглянул на нее изумительно янтарными глазами. Точно - брат. Шейсаллех и незнакомец
были похожи. Те же лоб. нос и губы. Только челюсть чуть шире и волосы… У мужчины они были золотисто-каштанового цвета.
– У Бога есть брат.
– потрясенно пробормотала она. Желтоглазый нахмурился.
– Какого еще бога? Твоя невеста тронулась умом.
– обратился он к Шейсаллеху. При упоминании о невесте, Аэлиша
совершенно точно вознамерилась упасть в обморок. Слишком много потрясений для одного дня. Шейсаллех схватил ее в
охапку.
– Хватит, Тиршшан!
– в голосе Бога (или нет?) звучал укор. Приподняв е подбородок, Шейсаллех тревожно оглядел лицо.
– Цветочек, я все объясню. Только давай сначала вернемся в пещеру, хорошо?
Аэлиша потрясенно кивнула.
– А с этим что делать?
– подпихнул тот, кто звался Тиршанном, неподвижную тушу братца.
– Он мертв?
– опасливо переспросила она.
– Без сознания. Но мне не сложно…
– Нет!
– торопливо воскликнула она, - Вириш - подонок, но все-таки мой брат.
Шейсаллех нахмурился. Отпустив ее подошел к неподвижному телу и склонился над ним.
– Любовь моя, ты права - это подонок. Но он совершенно точно не связан с тобой кровным родством.
Аэлиша непонимающе переводила взгляд с Вириша на Шейсаллеха. Не то чтобы она была расстроена или удивлена. Эта
новость определенно и на сотую доли не так сильно затронула ее сердце как предыдущие, но все же…
– Не брат? Но он не мог быть приемным! Я помню беременность матери, хоть была еще крохой!
– Нет. Наги хорошо чувствуют запахи и могут распознать родственные узы. Погоди-ка…