Жертва интриги

Тейлор Джуди

Молодую женщину охватила паника. Она села на плетеный стул, ожидая его слов, словно удара гильотины. Неужели конец наступил так скоро после начала? Но вместо обвинений она услышала странный вопрос:

– Ты счастлива здесь, Эдит? – Голос звучал непривычно мягко, и она с удивлением подняла взгляд, словно не веря, что напротив сидит Джей Мэтьюз – гроза всех работников огромной фирмы.

В зеленовато-карих глазах не было ни тени обычной суровости, только искренняя забота и внимание.

– Да, счастлива.

– Мейбл

не особенно тебя утомляет? Эдит нахмурилась. Ее очень удивляли вопросы мистера Мэтьюза.

– Мне казалось, в этом и состоит моя работа. Уверяю вас, совсем не трудно смотреть за вашей сестрой. Она замечательная девушка, мы чудесно проводим время.

– А ты часто плаваешь в бассейне?

– Честно говоря, еще ни разу, – ответила она. – Но…

– Тогда Мейбл должно стать стыдно, – произнес Джей, повергая собеседницу в шок.

Эдит приподняла брови, выражая удивление.

– Вы же предупреждали, что меня ждет круглосуточная работа, мистер Мэтьюз. Я не жалуюсь.

– Джей, если не трудно, – твердо поправил тот. – Но это еще не значит, что вам не положено свободное время. Мейбл всегда спит после обеда, что же ты делаешь в это время? – Джей подался вперед, внимательно вглядываясь в смущенное лицо.

Молодая женщина слегка передернула плечами.

– Обычно сижу в той же комнате. Вдруг ей что-нибудь понадобится.

– И она позволяет тебе заниматься такими глупостями? – спросил он, искренне недоумевая.

– Мейбл никогда не возражала.

– В таком случае, она явно не права, – спокойно ответил Джей, откидываясь на спинку стула. – И я обязательно скажу ей об этом.

Похоже, этот человек склонен к непостоянству. Сначала требует, чтобы компаньонка днем и ночью не отлучалась от больной, а затем критикует за то, что она уделяет недостаточно внимания развлечениям. Неужели вся причина в… Как он говорил?.. Во взаимном влечении… И именно поэтому он приехал на Ивису? Он не раскусил ее, а заинтересовался ею как женщиной?

Пульс Эдит учащенно забился. Боже, помоги мне! – взмолилась она. Ведь этот мужчина разрушил мою жизнь. Из-за него я оказалась за решеткой.

– Господа присяжные заседатели, признаете ли вы виновность обвиняемой?

– Признаем, господин судья.

Стон неверия вырвался из груди Кристин и облетел зал. После оглашения приговора – шесть месяцев тюремного заключения! – мир словно окутала тьма.

И все потому, что Джей Мэтьюз не удосужился выслушать ее. Потому что сразу поверил злым языкам. Воспоминания о прошлом горе и унижении оживили в ее сердце ненависть. Синие глаза вспыхнули от затаенной ярости.

Срок сократили благодаря ее хорошему поведению, но три месяца – самых ужасных в ее жизни – тянулись как три года. Сцена в зале суда навсегда запечатлелась в ее памяти и снилась в ночных кошмарах.

И теперь

этот человек, отвернувшийся от нее в беде, проявляет дружескую заботу. Но разве она может дать волю тому приятному чувству, что возникает от его присутствия?

– На вашем месте, я бы не стала ничего говорить Мейбл, – резко сказала Эдит, возвращаясь к неоконченному разговору. – Она по думает, что я вам нажаловалась.

– А мне показалось, что ты жаловалась на меня. – Он нахмурился, и молодая женщина догадалась, что сейчас Джей размышляет о выражении ее лица и недобром взгляде.

– Я ничего не говорила, – покачала головой Эдит.

– Тогда почему Мейбл считает, что тебя тревожит мое присутствие?

– Не знаю. – Эдит пожала плечами. – Ей порой кажутся странные вещи.

– Хмм… – многозначительно хмыкнул Джей. – А почему бы нам теперь не искупаться?

Неужели можно так быстро менять тему разговора?!

– Я не могу, – незамедлительно отозвалась Эдит.

– Почему же? – последовал столь же быстрый вопрос.

«Потому что я не хочу, чтобы вы видели меня полуобнаженной!» – чуть было не выпалила она.

– Потому что это неправильно.

– Это из-за того, что ты работаешь на меня, да? В этом все дело? И именно поэтому ты не можешь называть меня просто Джей? – В голосе его послышалось раздражение, но он тут же взял себя в руки. – Эдит, мне кажется, нам надо забыть об условностях. Сестра здесь на отдыхе, я тоже. И тебе так же следует расслабиться.

Молодая женщина замотала головой.

– Мейбл не со всем может справиться сама.

– Тогда мы разделим обязанности, – твердо сказал он. – Тебе совершенно не обязательно загружать себя, раз я здесь. Иди и надень купальник.

Эдит покорно поднялась в свою комнату, но раздеваться не спешила. Сев на краешек кровати, она глубоко задумалась. Всего в нескольких ярдах находится человек, который вызывает в ней ненависть и приязнь одновременно. Сейчас он предлагает ей дружбу – а, скорее всего даже нечто большее, – и совершенно непонятно, как следует поступить.

По-хорошему, следовало бы уехать отсюда, сесть на первый же самолет до Лондона и улететь домой. Но очевидно, что так она поступить не может. И причина не в Мейбл Мэтьюз.

Она взялась за эту работу, только чтобы побольше разузнать о Джее, а затем без жалости нанести удар. Око за око – так ведь написано в Ветхом Завете?

Но почему-то ее изо всех сил влекло к нему. Вместо того чтобы расцарапать ненавистное лицо, она хотела целовать его, вместо того чтобы ударить – провести ладонью по широкой груди, ощутить нежность кожи. Это безумие, полнейшее безумие, твердила себе Эдит, но желание не исчезало, наоборот, становилось сильнее.

– Эдит? – Его голос донесся с улицы через раскрытое окно. – Ты идешь?