Жернова истории
Шрифт:
– Почему же? – удивляюсь в ответ. – Ведь «максимы»-то мы делаем! А один из закупаемых пулеметов как раз вроде на его основе и выпускается.
– Это верно. MG 08/18 на основе конструкции «максима» сделан. И у нас «максим» выпускается. Да вот только «максим» один наш Тульский завод и может делать. А ручной пулемет как бы не сложнее изготовить.
– Как же так? – не понимаю я.
– А вот так, – разъясняет Шорохов своему технически неграмотному собеседнику. – У ручного требования к стволу повыше будут, потому что охлаждение ствола воздушное, у него эффективность похуже,
– Так, понял, – киваю. – Значит, не потянуть… Если же у немцев готовые покупать или завод у них приобрести, то без штанов останемся.
– Вот-вот, – подтверждает Василий Егорович. – Дороговато встанет. Да и нет у них сейчас серийного производства пулеметов. На старых запасах живут из-за резкого сокращения армии.
– Так как же быть? – продолжаю докапываться до истины.
– Очень просто, – поясняет инженер. – Закупим небольшую партию, изучим, покумекаем да сообразим что-нибудь свое, что потянем изготавливать на имеющемся оборудовании и с имеющимися людьми. А пока и остатками с империалистической обойдемся. Ну и еще у нас Токарев и Колесников сейчас свои собственные образцы облегченного «максима» готовят – щиток долой, станок долой, вместо него – сошки, кожух водяного охлаждения меняется на кожух воздушного, рукоятки – на винтовочный приклад… В общем, наверное, немногим хуже MG 08/18 получится.
– Ну а зачем тогда нам еще Бергмановский пулемет покупать? – Мне действительно неясно.
– Ну как же! – поражен моей недогадливостью Шорохов. – Бергмановский MG 15 n.A. весит на полтора килограмма с гаком меньше! Может, додумаемся, как и нам сделать что-нибудь облегченное, не такое тяжелое, как «максим». Ручной-то пулемет весом под пятнадцать килограммов замаешься таскать. Так Бергман еще и на тридцать с лишним сантиметров короче – значит, поворотливее, особенно ежели с ним по окопам шнырять придется. Это при том, что длина ствола у них, считай, одинаковая.
– Тогда, значит, – ну, можно наконец и догадливость проявить, – и с пистолетом-пулеметом та же история? Будем по немецкому образцу конструкцию для своих заводов изобретать?
– Конечно. Зачем нам у немцев заказывать, когда сами можем сделать? Вон Федоров еще в 1916-м самострельную винтовку сделал. Думаю, прикинем, как федоровская устроена, как Бергман-Шмайссер МР 18, – и свой пистолет-пулемет тоже осилим, – подтверждает Василий Егорович.
– А чем нам федоровский образец не гож? – продолжаю донимать инженера.
– Да вроде его автомат всем хорош, но только в умелых руках и при хорошем уходе. А где мы таких бойцов напасемся? Дай ты эту машинку в руки обычному призывнику – и пойдет у нее отказ за отказом из-за косорукости и небрежного обращения, – качает головой Шорохов. – Главное же, угораздило Федорова свой
– А разве наш винтовочный или, к примеру, нагановский патрон для пистолета-пулемета не подходят? А других ведь мы не выпускаем? – И вправду, под какой же патрон делать отечественный пистолет-пулемет?
– Почему не выпускаем? – удивляется инженер. – Вон, на Подольском заводе делают патроны 7,65 Браунинг. Но вообще-то лучше под наш стандарт 7,62 оружие делать.
– Под винтовочный? Или нагановский?
– Нет, патрон трехлинейки Мосина для этой цели слишком силен, и закраина на гильзе помехой будет. А нагановский тоже не годится – слабоват, опять же закраина у него, да и пуля не та.
– Так, выходит, все равно надо новый патрон выпускать?
– Да, – соглашается Шорохов, – только тут опять всякие тонкости надо в расчет брать. Если калибр стандартный, 7,62 миллиметра, значит, существующее производство стволов можно использовать. Кроме того, этот патрон можно не только под пистолет-пулемет пустить, но и обычные пистолеты под этот калибр выпускать. А вот если патрон 6,5 миллиметра делать, то получается, его только ради одной самострельной винтовки осваивать придется. И производство стволов под него нужно организовать, другое оборудование закупать…
– Понятно, – принимаю я его объяснения.
Выходя из комнаты Василия Егоровича, обращаю внимание на молодого чекиста, который вчера влез в наш разговор не представившись. Он стоит в дверях своего номера и крутит головой. Завидев меня, парень тут же обращается с вопросом:
– Виктор Валентинович! Вы мне помочь не сможете?
– Что за проблемы? – подхожу к нему поближе.
– Да вот, – смущается он, – никак с галстуком разобраться не могу. Нам вроде показывали, и я даже раз завязал, а теперь что-то не выходит…
– Ладно, это дело поправимое. – С этими словами вхожу в комнату вслед за чекистом. Тут он спохватывается и решает наконец представиться:
– Николай.
«Вот конспиратор хренов, фамилию не хочет называть», – проносится у меня в голове.
– Ну меня ты уже знаешь. Будем знакомы, – протягиваю ему руку.
После рукопожатия подвожу его к зеркалу и устраиваю урок завязывания галстука. После нескольких повторений с подсказками заставляю его проделать все манипуляции самостоятельно и, лишь убедившись, что Николай стал справляться с этим мудреным делом, прекращаю урок.
– Ты, Николай, сейчас вроде свободен? – интересуюсь у него.
– А что? – немного настораживается он.
– Да вот неизвестно, как буду загружен завтра, да и в последующие дни, – объясняю ему ситуацию. – Поэтому, пока есть свободное время, хотелось бы пройтись по оружейным магазинам. Ты же, как я понял, в пистолетах разбираешься хорошо. Мог бы мне с выбором помочь?
– Да запросто! – обрадованно восклицает он. – Я и сам хотел прикупить кое-чего.
Интересно, чего же такого он от меня ожидал, что сразу напрягся?