Жеребята
Шрифт:
– Это можно есть?
– спросил его Каэрэ. Тот едва смог кивнуть головой в ответ.
Расположившись тут же на песке, среди раковин и мертвых рыб, Каэрэ выдавил в рот страдальцу несколько подводных ягод. Щеки Луцэ быстро порозовли.
– Сам съешь!
– проговорил, а не промычал он, хоть голос его и был хриплым до неузнаваемости.
– Сам, Каэрэ!
Каэрэ раздавил зубами ягоду и удивился ее вкусу. Это был сладкий вкус пресной воды, воды, которая дает силу.
– Что это за диковина?
– спросил он у
– Его называют "подводный виноград". Редкое растение. Наше счастье, что ты его заметил. Нам теперь должно хватить сил добраться до человеческого жилища, - ответил маленький ученый со станции.
– Мне кажется, - произнес Каэрэ, осматриваясь, - мне кажется, что мы неподалеку от хижины одной старушки. Я оказался здесь в прошлый раз - она дала мне буланого коня...
Каэрэ вздохнул, вспоминая своего буланого со звездой во лбу. Луцэ понимающе кивнул.
– Скажи мне, как ты выдержал всю ночь на веслах?
– спросил его Каэрэ.
– Я? Всю ночь?
– изумился Луцэ.
– Я отдал весла тебе, и больше их не брал. Я хотел как раз спросить тебя, как ты выдержал всю ночь на веслах...
Удивленный возглас Каэрэ еще звучал в воздухе, как на прибрежной тропе появился какой-то отряд фроуэрцев.
Каэрэ вскочил на ноги и схватил в охапку Луцэ - как он схватил бы Огаэ в случае опасности. Но бежать было некуда.
Фроуэрцы остановились и натянули луки.
– Зэнсти!
– крикнул Луцэ и добавил еще что-то по фроуэрски.
Воины заколебались. Один из всадников - молодой, в белом плаще - что-то сказал им, и они начали опускать оружие.
– Смотри!
– прошептал Каэрэ.
– Сзади - еще один отряд!
По тропке со стороны маяка шли воины в рубахах с затейливой вышивкой, и в руках их блестели обнаженные мечи.
– О, Табунщик!
– в один голос воскликнули Каэрэ и Луцэ.
– Эалиэ!
– раздалось в ответ сверху.
Там, на скале, стоял высокий темноволосый человек, а рядом с ним - девушка с венком из осенних цветов на рыжих волосах.
– Миоци!
– хором закричали аэольцы Зарэо, фроуэрцы Игъаара и беглецы со станции Тау.
У Лаоэй.
В хижине Лаоэй за цветным плотным пологом лежал Луцэ - маленький человек легко умещался на сундуке. Старушка и Раогай растирали его тело смесью из благовонных масел. Он пробовал спорить, и говорил, что хочет поговорить с Зарэо.
– Нет, Луцэ, - отвечала Лаоэй.
– Сейчас тебе надо отдохнуть. Пусть Зарэо поговорит сначала с Миоци, Игъааром и Гаррионом.
– Но мне известны очень важные вещи, которые я должен сказать воеводе!
– возмущался исследователь Аэолы и Фроуэро.
– Ты успеешь это сделать, дитя мое. Тебе нужно отдохнуть.
– Почему Каэрэ пригласили на совет, а меня - нет?
– продолжал
– Его позвал Иэ. У него есть добрые вести о дяде Каэрэ.
– Об Эннаэ Гаэ?!
– вскричал радостно Луцэ.
– Он жив?!
– Эннаэ Гаэ?
– переглянулись Раогай и Лаоэй.
– Откуда ты знаешь, что дядя Каэрэ - Эннаэ Гаэ? Даже сам Каэрэ не знал этого.
– Бабушка, я же сразу сказала - Луцэ - сын Запада!
– закричала Раогай.
– Сынов Запада не существует, - категорически ответил Луцэ, зевнув. Смесь масел и напиток благотворно действовали на него.
– А бога болот Эррэ тоже?
– Нет такого бога, - ответил резко Луцэ, допивая свой напиток.
– А откуда же вы с Каэрэ к нам попали?
– продолжала спрашивать Раогай.
– Из-за моря, - пробормотал усталый ученый, засыпая на подушках.
Каэрэ заглянул за полог.
– Уснул?
– одними губами спросил он у Лаоэй.
– Он очень устал...
– Он серьезно болен, Каэрэ - ты знал это?
– строго спросила Лаоэй.
– Он - не жилец.
Каэрэ остолбенел и прислонился к стене, едва не сбив священный лук.
– Как?!
– только и вымолвил он.
– Я думала, что узнаю от тебя больше об этом...
– проговорила старица-дева Всесветлого.
– Жизни, той, что в нем, хватит ненадолго. Как только он проснется, зови Зарэо.
... Зарэо, Иэ, Миоци, Игъаар и Гаррион сидели у костра переговоров. Их воины раскинули палатки поодаль - каждый отряд отдельно.
– Не думал я никогда, что заключу союз с фроуэрцами, - говорил воевода.
– Цари из рода Зарэо часто спасали детей реки Альсиач от нашествий народа болот, - произнес Игъаар.
– А ты, царевич, многое знаешь!
– удивился Зарэо.
– Он - белогорец, - кратко сказал Иэ.
Игъаар взглянул на Миоци и покраснел.
Тот кивнул ему ободрительно:
– Это хорошее начало, Игъаар.
И положил ему руку на плечо. Игъаар тоже повторил его жест. Миоци улыбнулся и продолжал уже серьезно:
– Иэ, я пойду с тобой в Белые горы. Думаю, вдвоем мы убедим Йоллэ и его "орлов гор" придти на помощь объединенным силам Зарэо и Игъаара.
– Еще есть степняки, - промолвил Иэ. Но ему никто не ответил.
Игъаар, все еще смущаясь обществом двух белогорцев и похвалой, неловко накинул на плечи свой светлый шерстяной плащ - и пола, выскользнув из его руки, коснулась костра. Верный Гаррион резко сорвал плащ с плеч царевича и ударил им о землю, сбивая пламя. В воздухе мгновенно запахло паленой шерстью.
– Кто-то пробежал за кустами!
– вскричал Зарэо, хватаясь за меч.
– Тебе почудилось, - успокоил его Иэ.
– Кажется, наш совет окончен, и ты можешь поздравить свою дочь и своего нового сына, Зарэо!