Женщины могут все
Шрифт:
— Если ты собираешься пить мое вино и пользоваться моим кровом, то могла хотя бы сказать, что именно вызвало у тебя такое настроение, и немного успокоиться.
— О, у меня есть разные настроения. — Она выпила вино быстро, без всякого удовольствия, и налила еще. — Я многосторонняя женщина, Тайлер. Ты не знаешь и половины моих талантов.
Она двинулась к нему походкой гордого собой сексуального маньяка.
— Не хочешь узнать больше?
— Нет.
— Не ври, пожалуйста. Не разочаровывай меня. Помнишь?
— Хочешь напиться и лечь со мной в постель? К сожалению, у меня на этот вечер другие планы. — Тайлер забрал у нее бокал.
— В чем дело? Ты хочешь, чтобы я сначала приготовила тебе обед?
Он поставил бокал на стол.
— Я ценю себя выше. И тебя тоже, как ни странно.
— Ладно. Тогда я найду кого-нибудь другого. Не такого упрямого. — София сделала три шага к двери, прежде чем Тай схватил ее за руку. — Пусти. Тебе давали возможность.
— Я отвезу тебя домой.
— Я не хочу домой.
— Ты поедешь туда, куда повезут.
— Пусти, я сказала! — Она резко обернулась. София была готова драться, кусаться, царапаться, лишь бы освободиться от того, что жгло ее изнутри. И когда она вдруг ударилась в слезы, это удивило ее саму больше, чем Тайлера.
— Черт побери… Хорошо… Ладно. — Тай сделал единственное, что пришло ему в голову. Он взял Софию на руки, подошел к креслу, сел и посадил ее к себе на колени. — Поплачь. Потом нам обоим станет легче.
В это время зазвонил телефон, забытый Тайлером под диванной подушкой. Старинные каминные часы откликнулись ему торжественным звоном.
Она не стыдилась слез. В конце концов, слезы были лишь другой формой страсти. Но София предпочитала успокаиваться иначе. Когда слезы закончились, она продолжала сидеть у Тая на коленях. Тут было намного теплее и уютнее, чем ей представлялось.
Он не гладил ее, не похлопывал по спине, не качал и не бормотал глупостей, с помощью которых обычно утешают плачущих. Просто давал ей возможность выплакаться и успокоиться.
В результате благодарность Софии также превысила ее ожидания.
— Извини.
— И ты меня.
Этот ответ помог ей прийти в себя. София сделала глубокий вдох, втянула в себя запах чистого мужского тела, крепко обняла Тая, а потом отпустила.
— Если бы ты отнес меня наверх и положил в постель, я бы не стала реветь.
— Ну, если бы я знал, что у меня есть выбор…
Она засмеялась, положила голову ему на плечо, а потом встала.
— Наверно, лучше сказать правду. Мой отец обкрадывал компанию.
Прежде чем Тайлер успел решить, как ему реагировать, София шагнула к нему.
— Ты знал.
— Нет.
— Но ты не удивился.
Он поднялся на ноги, от всей души надеясь, что новой стычки не последует.
— Нет,
— Понятно. — София отвернулась и уставилась в камин, где догорали последние угольки. «Я тоже такая, — подумала она. — Холодная и пустая». — Ладно. — Она выпрямилась и вытерла щеки. — Я плачу свои долги. Так и быть, приготовлю тебе обед.
Он хотел возразить, но передумал. Что лучше, одиночество или горячая еда? Он вспомнил, что эта женщина умеет готовить.
— Ты знаешь, где кухня.
— Знаю. — София подошла ближе, поднялась на цыпочки и поцеловала его в щеку. — Плата наличными, — сказала она, сняла жакет и вышла из комнаты.
ГЛАВА 14
— Ты не перезвонил мне.
Маргарет поймала Тайлера в винодельне Макмилланов. После возвращения из Венеции она успешно закончила несколько дел. Ее карьера складывалась удачно. Перед прибытием в Калифорнию Маргарет совершила два продолжительных похода по магазинам и была уверена, что замечательно выглядит. Она приобрела тот самый лоск, который придают женщине заграничные поездки.
Осталось достичь последней цели, которую она поставила перед собой, будучи за рубежом. Заарканить Тайлера Макмил-лана.
— Извини. Дел было по горло. — Февраль не был для виноделов горячей порой, однако это не значило, что они сидели без работы. Согласно составленному Софией расписанию сегодня вечером дегустация должна была пройти у Макмилланов. Хотя Тайлер был не в восторге, но понимал важность этого мероприятия. И знал, что следует быть во всеоружии.
— Могу себе представить. Я видела планы кампании по празднованию столетия. Ты проделал огромную работу.
— Не я, а София.
Тайлер пошел в дегустационный зал, и Маргарет увязалась за ним.
— Тай, ты недооцениваешь себя. Когда ты собираешься знакомиться с работой итальянского отделения? Думаю, тебе понравится в Венеции. Там есть на что посмотреть.
— Слышал. Но сейчас у меня нет на это времени.
— Когда соберешься, я буду твоим гидом. Угощу пастой в одной потрясающей маленькой траттории, которую я обнаружила. Теперь там подают наше вино. А еще я договорилась с несколькими тамошними высотными гостиницами, что этим летом они разместят на своих зданиях нашу эмблему и подсветят ее прожекторами.
— Выходит, ты тоже не сидела без дела.
— Мне это нравится. Кое-кто из заказчиков, привыкших к Тони Авано и его методам, еще слегка сопротивляется. Но я найду с ними общий язык… Кстати, как продвигается следствие? Полиция сумела выяснить что-нибудь новенькое?
— Не слышал. — «Интересно, скоро ли наружу просочится весть о растрате?» — подумал он.
— Это ужасно. Его знали все заказчики. А в Италии просто обожали. Конечно… Ведь со мной не станешь курить сигары и тянуть граппу.