Женщина-кошка

CATWOMAN

THE JUNIOR NOVEL

BASED ON THE NEW MOVIE

Adapted by JASMIN JONES

Screenplay by JOHN ROGERS AND MIKE FERRIS & JOHN BRANCATO

ЖЕНЩИНА-КОШКА

МОЛОДЕЖНАЯ НОВЕЛЛА

Текст ДЖАСМИН

ДЖОУНС

Сценарий ДЖОН РОДЖЕРС, МАЙК ФЕРРИС, ДЖОН БРАНКАТО

Художник ДЖО МЕРКЕЛ

Права на перевод получены издательством «ПРАЙМ-ЕВРОЗНАК» соглашением с DC Comics.

Джасмин Джоунс

ЖЕНЩИНА-КОШКА. Молодежная новелла

Перевод с английского: В. Кучерявкин

Редактор: Д. Гиппиус

Художественный редактор: В. Шимкевич

Компьютерная верстка: Е. Маликова

Бумс, бумс, бумс, бумс, бумс.

Танцевальная музыка, казалось, сотрясала всю улицу, ее глухие, тяжелые удары долбили в стены и сквозь стены проникали прямо в череп Пейшенс Филипс... Она накрыла голову пуховой подушкой, но и та не могла заглушить этот грохот. Пейшенс застонала, отшвырнула подушку в сторону и взглянула на часы. Четыре утра. Шесть часов подряд она изо всех сил пытается уснуть – и все без толку; через два часа вставать и тащиться на работу...

«Нашли время для плясок!» – возмущалась мысленно Пейшенс, пытаясь выбраться из спутавшихся одеял и простыней. Наконец она злобно отшвырнула ногой этот ком тряпок, спотыкаясь, пересекла пространство своей чистенькой и опрятной квартирки-студии, подошла к окну и выглянула на улицу. Вечеринка напротив была в самом разгаре. В окнах мелькали веселящиеся; среди них она увидела и своего соседа, хозяина нехорошей квартиры – он выделывал там немыслимые коленца и хохотал во все горло. «Тоже мне, крутой, – подумала Пейшенс, ощущая себя далеко не крутой, в такой степени не крутой, что просто и говорить не о чем. Девушка глубоко вздохнула и помотала головой. – Как это они могут веселиться всю ночь напролет посреди недели? – удивлялась она. – Когда же они работают?»

Пейшенс в нерешительности закусила губу. Конечно, нет ничего хуже, чем прослыть занудой, а кроме того, она терпеть не может наезжать на людей, характер у нее не тот, но ведь надо же хоть немного поспать. Она нехотя распахнула окно настежь.

– Эй, – голос ее утонул в хаосе музыки, – извините, но нельзя ли?.. – продолжать было бесполезно, никто ее не слушал. – В конце-то концов, – думала она, всматриваясь в веселящихся, – с какой стати им делать музыку тише, даже если кто-то там попросит? Им весело, они гуляют.

Громкое мяуканье прервало грустные мысли Пейшенс, и она заглянула

вниз, во внутренний дворик, где стоял противный, вылизанный до блеска мотоцикл соседа. Громадная кошка сидела на скамейке и таращила на нее глазищи какого-то невероятно яркого золотистого цвета; да и окрас котяры был странноват: не то серый, не то черный, с какими-то грязными пятнами на боках. На лбу зверя красовалась отметина в форме скарабея; такой гигантской кошки Пейшенс в жизни не то что не видела, но и вообразить не могла.

Пейшенс печально улыбнулась:

– Ну ладно, пусть им будет весело, – крикнула она кошке, – верно?

«Жаль только, что не мне», – подумала она, забираясь обратно в кровать.

Краски ложились на холст почти в том же энергичном ритме, с каким музыка долбила стены ее квартирки. Рассветало. Пейшенс давно отбросила всякую мысль о том, чтобы уснуть, и решила дать выход своей злости – а лучшего способа, чем живопись, она не знала. По профессии она была дизайнер, она и работала дизайнером, но помимо этого она была еще и талантливым художником.

Пейшенс бросила на туго натянутый холст последний мазок, и – о радость! – музыка смолкла.

Веселье за окном закончилось.

Пейшенс облегченно вздохнула. Но буквально через мгновение вдруг послышался какой-то угрюмый вой. Когда он стих, опять раздалось громкое мяуканье, причем звучало оно так, будто источник находился прямо у нее под окном. Отложив кисть, Пейшенс снова распахнула окно и выглянула.

На самом углу, на уровне ее этажа, там, где выступал карниз, прижавшись всем телом к стене, сидела та самая золотоглазая кошка и явно боялась пошевелиться. Увидев Пейшенс, она еще раз жалобно мяукнула.

– Это опять ты? – воскликнула Пейшенс. – Никак не выбраться? Послушай, как ты туда попала?.. – Пейшенс оглядела стену. Совершенно непонятно, как эта кошка ухитрилась залезть на карниз: стена была совершенно гладкая, ни намека на хоть какой-нибудь выступ. – Наверно, где-нибудь есть, мне просто отсюда не видно, – успокоила себя Пейшенс. – Не могла же она попасть туда по волшебству.

– Кис-кис-кис, иди сюда, киска, – позвала Пейшенс.

Она протянула к кошке руку, но та отпрянула и взвыла.

– Не бойся, я не уроню тебя, – продолжала звать Пейшенс, протянув руку к карнизу. Но он был далеко, никак не дотянуться; кошка, казалось, понимала это и протестующе мяукала.

С опаской глянув вниз, Пейшенс глубоко вздохнула, забралась на подоконник и ступила на карниз. Всем телом прижавшись к стене, она слышала, как бухает в груди ее сердце. «Зачем мне это надо?– пронеслось в ее голове, когда она еще раз глянула вниз. – Падать придется долго». И все же какая-то сила толкала ее вперед: она больше не размышляла, чувствуя, что просто обязана помочь этой кошке. «Она так похожа на кошку, которая была у меня, когда я была маленькой. С тех пор у меня вообще не было кошек». Примерно такие мысли бессвязно проносились в голове Пейшенс, пока она пыталась удержаться на карнизе, не сорваться и не упасть. И это была сущая правда. У нее действительно с самого детства не было ни кошек, ни собак, ни других домашних животных.