Жених-горец
Шрифт:
Если быть честным, Дэрмот должен был бы признать, что ужасно рад разделить постель с Илзой, а не с Маргарет. Он почти сразу понял, почему они с Илзой стали любовниками. Те искры страсти, которые проскакивали между ними, стоило им оказаться наедине, могли бы свести с ума любого мужчину. О таком можно только мечтать. Несмотря на все свои сомнения, страхи и подозрения, Дэрмот твердо решил извлечь максимум пользы из их с Илзой совместной жизни и терять голову в ее пламенной страсти так часто, как только это возможно. Это было единственным положительным моментом, который Дэрмот
Держа на руках Сирнака, Илза с печальной улыбкой смотрела, как ее братья прощаются со своими новыми племянниками. Рядом стояла, держа Финли, Гейл. Сигимор и Тейт оставались в замке, но Илза знала, что отъезд остальных — это только первый шаг на пути отделения ее собственной жизни от жизни ее семьи. Несмотря на то что она обручилась с Дэрмотом еще год назад, горький момент расставания наступил только сейчас, и Илза была благодарна за это Богу.
Хотя стоящая рядом Гейл все еще слегка дрожала, она отважно прощалась с Камеронами и махала им маленькой ручкой Финли. И Илза вдруг поняла, что эта девушка уже почти стала ее родной сестрой. Илза подошла к Сигимору и хотела что-то сказать, но замерла, потому что в этот момент к Гейл подошел Элиас и что-то протянул ей.
— Вот. Это тебе. Подарок, — буркнул он смущенно.
Гейл осторожно взяла протянутую ей вещь, которая оказалась небольшим кинжалом в красивых кожаных ножнах, и нахмурилась.
— Но это же нож, сэр!
— Именно. Илза покажет тебе, как его носить и как им пользоваться.
— А почему вы подарили мне нож, сэр?
— Теперь ты сможешь научиться постоять за себя в случае опасности. Тебе нужно чувствовать себя защищенной, малышка, — чувствовать, что ты не так уж беспомощна. — Он улыбнулся. — А еще ты сможешь защищать им нашу Илзу.
Гейл покраснела.
— Спасибо, сэр. Вы очень добры ко мне.
— О, как мило, — прошептала Илза, когда Элиас отошел от Гейл. Сигимор положил руку сестре на плечи, и она притворно сгорбилась, как будто его рука была слишком тяжелой.
— Да, — согласился Сигимор, не обращая внимания на ее гримасы. — Элиаса очень беспокоит, что Гейл всегда выглядит такой запуганной.
— Ей уже становится лучше.
— Да, несомненно. — Он наблюдал, как Макенрои прощались с его братьями. — Если не считать твоего вечно всем недовольного и подозрительного муженька, то у нас тут подобралась неплохая компания.
— Я несказанно рада, что вы довольны, ваша светлость. Не успела она договорить, как Сигимор дернул ее за косу в наказание за сарказм.
Братья выехали за ворота, и Илза замахала им рукой.
— Так странно, что они больше не будут топтаться вокруг меня все время.
— Ну, мы с Тейтом постараемся заполнить этот пробел и будем топтаться вокруг тебя, по крайней мере еще некоторое время.
— О, как мило, — протянул Дэрмот, подходя к ним и вставая напротив Сигимора. — Странно только, что я не помню, чтобы приглашал вас пожить в моем доме это «некоторое время».
— Я знаю, но мы с Тейтом, к счастью, совершенно забыли про эту часть
— Очень остроумно!
— Да, сэр.
Мужчины были так напряжены, что Илза удивилась, когда не услышала, как скрипят их туго натянутые сухожилия. Дэрмот злился оттого, что ее братья задерживаются, чтобы удостовериться, что он не причинит их любимой сестрице никакого вреда. Или может, они хотят своими глазами убедиться, что их коварные планы претворяются в жизнь, как было задумано. А Сигимора ужасно раздражала подозрительность Дэрмота. И, судя по лицу Тейта, который двинулся к старшему брату и встал с ним плечом к плечу, он испытывал то же самое.
В этот момент к ним подошли остальные Макенрои, и Илза вздохнула с облегчением. Но облегчение это длилось недолго, потому что Дэрмот осуждающе нахмурился при виде своих близких и быстро зашагал в замок.
— Думаю, вы, наверное, расстроитесь, если я сверну его толстую шею? — процедил Сигимор и посмотрел на Макенроев.
— Да уж! — хмыкнул Коннор. — Ведь в конце концов этот упрямый надутый чурбан — мой брат.
— Будет сложно заставить его поверить правде.
— Да, это будет о-очень сложно. Когда мужчина приходит в себя после таких смертельно опасных побоев и обнаруживает, что часть воспоминаний вдруг ускользнула от него, он начинает волноваться и подозревать в своих бедах вес свое окружение.
— Это можно понять. Он ведь не знает, кто его враги. Знать, что в твое сердце направлен чей-то кинжал, но не знать — чей и почему… Да, такое заставит поволноваться и самого спокойного человека.
Коннор кивнул:
— И плюс ко всему, за последние несколько лет он пережил немало предательств и измен.
— Ну что ж, я потерплю. — Сигимор нахмурился, когда его брат и сестра посмотрели на него недоверчиво и закатили глаза. — Я смогу потерпеть! Вы что, не верите? Ведь я до сих пор не убил никого из вас, разве нет?
— Ах так? Но зато ты неплохо расправляешься с другими. Помнишь, как ты вышвырнул нашего кузена Мэддокса из окна? — спросил Тейт. — Это ты так проявлял свою терпеливую натуру?
— Я сделал только то, что этот дурень заслужил. И кроме нескольких синяков, с ним ничего не случилось, — пробурчал Сигимор. — Этот парень набрался при королевском дворе дурных манер, когда ездил туда со своими богатенькими дружками. Я просто вбил в его тупую башку немного здравого смысла.
— Ах, ну да, конечно. А когда ты швырнул Гилберта в реку и держал его за волосы, чтобы тот не мог вынырнуть, ты тоже вбивал в него здравый смысл?
— Нет, ему я промывал уши, потому что этот болван совсем не слышал то, что я говорю. Я поступил так не оттого, что злился, я просто пытался призвать его к послушанию.
Зная, что эта игра будет продолжаться еще долго, Илза решила вернуться домой, потому что близнецы уже давно проголодались и могли потребовать грудь с минуты на минуту. Гейл быстро пошла вслед за ней, и леди Джиллианна тут же присоединилась к ним. Илза оглянулась назад и увидела, что братья Макенрои слишком поглощены спором, чтобы покидать место действия.