Жених до гроба
Шрифт:
— Звать меня будешь «госпожа», — произнесла я и подтянула платье. — Ты будешь моим телохранителем. Если бабушкины трактаты не врут, вампиры обожают перемещаться с охраной или компаньонкой, а свои фамилии, если таковые ещё имелись, забывают ко второй сотне лет. Впрочем, с фамилией я что-нибудь придумаю, а ты подыграешь.
Даррен всё-таки был очень умным парнем. Не зря его собирались сделать новым деканом! Едва я повернулась к нему спиной и перекинула волосы на грудь, как он понимающе шагнул ближе и довольно ловко начал шнуровать корсет платья. Думать о том, где он так
— Не туго, госпожа Иссабелия? — шепнул он мне на ухо таким тоном, что я против воли немедленно вспомнила прошедшую ночь.
— Не туго, — отозвалась я, разглядывая ожог вокруг запястья. Перчатки придётся нигде не снимать — у вампиров не может быть таких ожогов. — Но, если что, я жду, что ты мне поможешь не только одеваться, но и раздеваться.
Судя по тому, как дрогнули пальцы на моей коже, Даррен намёк прекрасно понял. Нет, ну где справедливость? Я ещё могла мириться с Бриеном: сильным и, будем честными, временами недалёким. Но зато он красивый и сильный магически, ну чем не жених, да? Викуэль тоже внешне неплох, не то чтобы силён, но весьма изобретателен. Зато эльф.
А Даррен портил мне всю статистику. Он был красив — даже получше Бриена, пожалуй. Мужественен — в отличие от Бриена и Викуэля, которые порой могли и задать стрекача. Силён магически и при этом умён! Разве такой вообще может существовать?
— Госпожа Иссабелия, — он осторожно погладил пальцами выше шнуровки, забираясь в волосы и поднимаясь к макушке, отчего у меня по телу пошли мурашки. — Вы не дышите. Так принято у вампиров? Уже готовитесь?
— Вообще-то, вампиры поддерживают имитацию дыхания, чтобы в лёгких не завелась плесень, — хрипло ответила я, прикрыв глаза и наслаждаясь, как Даррен массирует мне кожу головы. Да, можно было что-нибудь романтичнее придумать, но я не сильна в этом.
— Тогда почему же ты не дышала? — Даррен коснулся губами моего обнажённого плеча.
Чтоб бесы взяли и Софи с её откровенными платьями, и вампиров, которые тоже предпочитали такие же! Надо было брать чёрное, с рукавами. Но вампиры любят обнажать тело, оно же у них не портится, комары их не жрут, колючки не цепляются. Если прямых лучей солнца нет, то хоть голыми ходи, но как тогда другие вампиры узнают, какие наряды у тебя есть?
Впрочем, если говорить о бесах, то им стоило сначала позаботиться о Даррене. Вот уж кто явно планировал не мытьём, так катаньем отдалить момент нашего выезда в сторону вампирского города!
— Просто задумалась о том, на что годятся скамьи в повозках, — ответила я, краем глаза следя за Дарреном, который наконец оставил в покое мои плечи и отошёл в сторону, чтобы посмотреть, подходит ли мой сундук для путешествия. По крайней мере, я именно так понимала то, что он пнул сундук, а потом заглянул внутрь.
— Не думаю, что это важно, — ответил он чуть суховато. Совсем не то, на что я надеялась! — Как ваш телохранитель, госпожа, я не могу позволить кому-то приблизиться к вашему телу.
Ура, всё нормально, всё-таки этот тоже немножечко дурак. Так что всё хорошо, можно выдохнуть и расслабиться.
— Даррен, — я подошла к шкафу
Даррен смотрел на меня расширенными глазами, но не страх я в них видела, отнюдь не страх. Да, очень удачно, когда твой парень — некромант! Кровавые подробности его не напугают.
— Тогда зачем вампирессе телохранитель? — спросил наконец Даррен, когда я уже и сама собиралась начать объяснять.
— Как раз для того, чтобы не пришлось искать никого, достаточно сносного, чтобы приблизить к своему телу, — я с преувеличенным интересом стала рассматривать свою шляпу. — Вампиры, знаешь ли, очень ценят комфорт.
— Так ты не злишься на меня, Белка? — Даррен решил оставить нашу игру, хотя я начала уже получать от неё удовольствие.
— Злюсь, — честно призналась я. — Но одно другому не мешает. У меня больше шансов будет пробраться к градоначальнику вампирского города, если весь мой облик будет соответствовать вампирскому. А вампиры по одному перемещаются только в чужих странах, да и то, если пытаются быть инкогнито.
И я принялась рыться в своих мешочках. Не всё у меня здесь было из добытого самостоятельное, кое-что было подарками бабушки.
— Отлично, я очень боялась, что четвёртый потеряла! — я и правда очень радовалась находке. Всё-таки я немного растяпа и храню всё или в мешочках, или в подпространстве шляпы. И логики, по которой я всё сваливаю туда, не понимаю даже сама. Вот и мужской второй клык не могла найти последние полгода, даже думала, что нечаянно перетёрла его в средство против поноса вместо клыка бугристого удава. Но обошлось, все четыре клыка оказались на месте.
— Я должен спросить, откуда они у тебя? — осведомился Даррен, осторожно разглядывая мои находки.
— Лучше не надо, — честно призналась я. — Ты можешь вызвать повозку? Я бы предпочла на вивернах, но есть опасение, что нюхачи попробуют нас найти по приказу короля и вернуть для неизвестных нам целей.
— Ну, зачем могут хотеть вернуть меня, я, предположим, знаю, — буркнул Даррен. — Или ты думаешь, что повозка, выезжающая из города, останется незамеченной?
— Ах да! — я едва не забыла.
Хорошо, что Даррен напомнил! Нет, не зря мама говорила, что от мужчин бывает польза! Я открыла дверь в коридор и крикнула вниз:
— Госпожа Ильинка! Мы собираемся к вампирам! Где нам лучше выйти?
— В Горюнах, внученька, — отозвалась хрипловатым голосом моя хозяйка. — В Трясунах чуть ближе, но там вы повозку днём с огнём не найдёте, а ночью вас никто не повезёт. Дураков ни в Трясунах, ни в Горюнах в жизни не водилось!
— Спасибо, госпожа Ильинка! — крикнула я и закрыла дверь. Каждый раз не по себе, когда с ней разговариваю. А она ещё так ласково ко мне, мол, внученька, деточка. Но я мёртвых не боюсь. И немертвых не боюсь. А вот бессмертных немного опасаюсь.