Жена врага. Ты станешь моей
Шрифт:
Это место не похоже ни на фешенебельный отель, ни на чью-то дачу. Это невысокое разбитое здание, по всей видимости административное. Двор порос травой, я вижу несколько старых машин.
Тут точно не проживают сильные мира.
Тем временем распахивается моя дверь и я вижу Сафонова.
Галантный жест так сильно не вяжется со всем, что я знаю про этого мужчину. Он подает мне руку.
— Здесь мой Руслан? — голос немного подрагивает на последнем слове.
Сафонов поводит головой из стороны в
— Уверен, что это правильный адрес.
Мы оба смотрим вперед на человека в медицинском халате, только что показавшегося из-за двери.
— Что все это значит? — вырывается у меня.
Тогда Сафонов вдруг практически отбрасывает меня в сторону и цедит сквозь зубы:
— Кажется, я начинаю понимать.
Бросаюсь за ним следом, но меня останавливает охрана. Сафонов в сопровождении пары своих бугаев скрывается в здании, а я устраиваю скандал, так, что одному из мужчин в черных пиджаках даже приходится набрать хозяину.
— Сиди смирно! — приказывает он мне тогда. — Возвращается.
И правда, через какое-то время в дверях здания показывается Сафонов. Провожает его человек в белом халате, что-то говорит вслед. Олигарх кивает и вид у него такой словно лимон пришлось целиком проглотить.
Я замираю. Теперь мне ясно: то место, в которое мы попали — больница.
— Он — мой смысл жить, — бросаю Сафонову когда он останавливается возле машины, не надеясь на ответную реакцию.
Но мой спутник вдруг поджимает губы:
— Я правда не ожидал.
Вырываюсь из лап его охранников.
— Архипова врала, но я думал не об этом…
— Что?! — сердце прямо кровью обливается.
Сафонов хмурится.
— Если с ним что-то не так… — бросаюсь вперед.
Валерий стоит на моей дороге как скала, перегораживая путь, и я понимаю: попробую бить его, в грудь кулаками стучать — безрезультатно.
Я видела его без рубашки — груда мускулов. Захочет, никакая охрана не понадобится. Сафонов не даст мне своевольничать и не позволит убежать.
Чуть-чуть отодвигаюсь, понимая, что Валерий, наверное, единственный мужчина, перед которым приходится отступать.
Но я почему-то и не хочу противостоять ему. Это что-то инстинктивное. Животное. Я чувствую, что именно ему я и хотела бы подчиниться.
Сафонов вдруг наклоняет голову, давая этим жестом знак охране не трогать меня и бугаи расступаются.
Мне кажется, что в первый миг их главарь даже делает шаг мне навстречу и словно пытается раскрыть объятия чтобы меня утешить, но вовремя останавливается.
Действительно. Такие вещи не про Сафонова Валерия.
Я тоже делаю шаг назад. Странно это ждать того, что человек, который собирается меня замуж продать, прижмет к груди и пожалеет.
Набираю воздуха в легкие. Сил у меня
Но глупо об этом мечтать. Собираю остатки гордости и сил. Смотрю в лицо Сафонову.
Я должна все узнать.
— Что с моим сыном?
Он глядит в сторону, несколько мгновений медлит, потом говорит:
— Я зря взял с собой тебя.
И тут я уже готова броситься на него с кулаками.
— Почему?! Ты думаешь, что мать не имеет права… — Сафонов перехватывает мое запястье и смотрит в глаза ледяным, до глубины души пронизывающим взглядом.
— Имеет, — вырываются у него слова. — Послушай…
Приподнимает руку так, что я практически остаюсь болтаться в воздухе, приподнимаясь на цыпочках. Ну и силища у него! Удивляюсь уже не в первый раз.
— Я знал, что Архипова обманывает, — щурится, отводя взгляд. — И сам выяснил верный адрес. Удивился конечно несказанно.
Как будто шум какой-то странный стоит в ушах. Так что с моим мальчиком? Надеюсь, он не…
— А потом вспомнил, что вытряс из этого твоего мудака, — очевидно, что так Сафонов называет моего теперь уже бывшего мужа, Эдуарда.
Я забываю о том, что должна была бы сопротивляться и просто повисаю на руке у моего похитителя. Теперь в ногах готова была бы у него валяться, только бы отвел беду, которую я сердцем чувствую. По правде я все это время с исчезновения Руслана ни на минуту не ощущала покоя. Как будто чувствовала…
Но кто он такой? Сафонов же не господь-бог.
Сейчас читаю на его лице признаки смущения — словно он и сам понимает.
Мои губы приоткрываются.
Хочу узнать ответ: а вот он спас бы моего сына, если бы мог?
— Короче, — Сафонов отводит глаза. — Он мне признался что ребенок… пострадал.
Сжимает челюсти, прерывается. Я не дышу.
— Узнал я еще неделю назад, — Сафонов наконец опять становится спокойным и внешне будто бы безразличным. — Я выяснить попросил подробности, когда прислали этот адрес.
Кивает в сторону, как я теперь уже понимаю, больницы.
— Почему там, — докладывается Сафонов. — Так вот. Ты когда заявление на него подала, козлина вспылил. Сел в тачку и погнал с ребенка родственникам отдавать. Разбился вот как раз в этих местах.
Я перевожу взгляд на больницу.
— Да, — слышу голос Сафонова как будто издалека. — Сам пристегнутый был, а парня… Парня даже из областной больницы не забрал!
— Что с ним? — почти беззвучно выдыхаю.
Тогда Сафонов почти нежно отпускает мою руку и несколько мгновений смотрит мне в глаза, как будто спрашивает: “Выдержишь?”.