Жена пРезидента

Ланска Ева

– В ваших доводах я узнаю себя, Давид, – покачал головой дядя Арон. – Я думал точно так же в вашем возрасте. Какого хрена, думал я, они делят меня, живого и неделимого, на хорошую, духовную, часть и плохую, плотскую? Я люблю свою плохую часть не меньше хорошей. А главное, у плохой части всегда больше вопросов. И вопросов жизненных, не абстрактных! И так я рассуждал, пока не нашел ответы на свои вопросы, то есть понял, где их надо искать…

– И где же?

– В иудаизме…

– Бог един, как установили ученые, чем же раввин лучше батюшки?

– Да. Бог един. Но отличие между двумя уважаемыми служителями культа кардинальное. Видите ли, Давид, христианская концепция построена на разделении «религиозных» и «светских» сфер человеческой жизни. О чем вы уже сказали. Там содержание религии – это прежде всего вопросы веры человека в Бога, которые рассматриваются отдельно от «мирских» сфер жизни. В иудаизме же подход совершенно иной.

Иудаизм – учение о том, как следует жить, а не только о том, как следует верить. Сотни страниц Талмуда посвящены тому, какие правила следует соблюдать при обработке земли, сборе урожая, постройке домов, ведении торговли. Рассматриваются, например, вопросы о том, как правильно поступить, если две стороны претендуют на один и тот же предмет или сумму денег; как судить те или иные финансовые или уголовные правонарушения; на каких принципах строится государство, как правителю следует управлять народом, в каких случаях объявлять войну и как ее вести. Эта разница в подходах зачастую вызывает недоумение у представителей других конфессий, но тут все дело в том, как вообще понимать, что такое «религия». Иудаизм – это не религия в общепринятом смысле слова, это цивилизация, культура, цельная система, по которой должна строиться жизнь человека, народа, государства. В иудаизме все области его жизни представляют собой сферу религии, ибо каждая из них является одним из элементов диалога человека с Богом.

Из кухни послышался голос Лоры Моисеевны, приглушенно говорившей с кем-то по телефону, чтобы ее не слышали:

– Да, да, приехал. Да, разговаривают. Слава богу, да, слава богу…

Давид улыбнулся этой незатейливой материной хитрости.

– Мама позвала вас направить меня, заблудшую овцу, на путь истинный? Я очень рад с вами познакомиться, дядя Арон, но, ей-богу, вы зря теряете время.

– Она заманила меня пирожками с картошкой и фаршированным карпом. Я не мог отказаться. Она делает это лучше всех еврейских хозяек, у которых я это пробовал! – серьезно ответил дядя Арон, густо навалив бордового хрена на кусок фаршированной рыбы. – И вы не заблудшая овца, Давид. У каждого свой путь к Богу… Я тоже любил женщин и блуд, хотя сейчас по мне этого, может, и не скажешь. Помните песню Гребенщикова «Старик Козлодоев»? Она была бы про меня, если бы я однажды не задумался над тем, как живу. Мы с вами евреи. А у евреев свой взгляд на жизнь и своя религия. Своей непохожестью они и раздражают окружающих. Я вам просто расскажу об этом. А вы решайте сами – нужно вам это или нет. А хотите, спросите, что вас интересует…

– Хорошо. Спрошу. Что говорит иудаизм о сексе?

– Этот вопрос, кстати, один из главных камней преткновения между двумя религиями – христианством и иудаизмом. Различия начинаются с самого описания последовательности событий, разыгравшихся в Эдемском саду. Согласно христианской трактовке, Адам «познал жену свою» после того, как Адам и Ева нарушили божественный запрет и сорвали плод с Древа познания, а их дети – Каин и Авель родились после изгнания, вне пределов Эдемского сада. Христиане при этом считают, что «познание», о котором идет речь, – это сексуальные отношения между Адамом и Евой и они являются прямым следствием греха. Из этого христиане заключают, что сексуальные отношения между мужчиной и женщиной изначально таят в себе греховное начало. Поэтому принципиальной важностью обладает для христиан чудесное рождение Иисуса «от девы, не познавшей мужа». Сам Иисус никогда не вступал в брак и с похвалой отзывался о тех, кто «сам сделал себя скопцом ради Царства Небесного». Павел в Первом Послании к Коринфянам вообще отменил заповедь «плодитесь и размножайтесь», заявив: «Если можешь не жениться – не женись». С этим же связано христианское представление о том, что для достижения святости человеку следует отказаться от сексуальных отношений. Отсюда обет безбрачия монахов и священников. Совершенно иное отношение к сексуальной сфере в иудаизме. Иудаизм категорически отрицает монашество и безбрачие, рассматривая сексуальные отношения в браке и рождение детей как величайшую заповедь, а отказ от этого как «форму убийства». Еврейская традиция иначе толкует и описания событий, связанных с Сотворением мира, и, соответственно, делает иные выводы о божественном пути человека. Согласно пониманию текста Торы, дети Адама и Евы родились в Эдемском саду еще до изгнания, причем Каин родился до того, как первые люди сорвали плод с Древа познания. То есть грех Адама не связан с сексом, а «Древо познания Добра и Зла» не имеет прямого отношения к тому, что «Адам познал Еву»…

Лора Моисеевна на минуту заглянула в комнату и, просканировав ситуацию, укоризненно покачала головой. Дядя Арон поспешил исправиться:

– Ну, мы излишне углубились в Эдемские дебри. Основное же – это то, что иудаизм считает: человек может обрести счастье только в семье. Тора запрещает мужчине быть неженатым. В Талмуде сказано: «Мужчина, не имеющий жены, –

не человек». И действительно, можно целиком отдавать себя своему делу, политике или бизнесу, и даже достигнуть в этом больших высот. Но жизнь таких людей далека от того, что называется счастьем. В иудаизме секс с любимой женщиной считается великим благом, источником радости и счастья. Ничего греховного, запретного или грязного в этом нет. Сексом нужно заниматься только в периоды радости. Секс ради собственного удовольствия, без учета необходимости доставить удовольствие партнеру – это ошибка и зло. Секс запрещается использовать как оружие против супруга, лишая его секса, либо принуждая к нему. Использование секса для наказания или манипуляции супругом – это серьезное нарушение. И секс – это право женщины, а не мужчины. Мужчина обязан регулярно доставлять сексуальное наслаждение своей жене и обеспечивать, чтобы секс действительно приносил удовлетворение. В обязанности мужа входит улавливать сигналы, что его жена хочет секса, и предлагать его ей, не ожидая, когда она попросит об этом.

– Что-то мне снова жениться расхотелось, – резюмировал Давид, потянувшись за салатом.

Дядя Арон пожевал губами с выражением досады на лице.

– Анекдот! – задорно произнес он. – Ортодоксальный раввин ведет беседу с молодой парой перед свадьбой: – И еще запомните, что мужчины танцуют отдельно, а женщины отдельно.

– Рэбе, а как же насчет секса?

– Секс, это можно, даже нужно.

– А какой секс можно? Если жена снизу, муж сверху, можно?

– Можно.

– А если муж снизу, жена сверху?

– Это тоже можно.

– А если стоя?

– Можно всё, что приятно обоим».

Давид улыбнулся, а дядя Арон вдохновенно продолжил:

– Тора говорит: «Человек должен оставить своих отца и мать и прилепиться к жене». Подчеркивая, что «прилепиться» – обязанность мужчины, а не женщины. Женщина несет в себе колоссальный потенциал, который мужчина призван раскрыть. Ее духовные силы находят свое выражение через достижения мужчины. Мудрецы Талмуда говорят: «Если хочешь узнать, кто муж, посмотри на жену». Иногда истинные свойства мужчины трудно определить: никто не знает, является его поведение искренним или притворным, намерения чистыми или извращенными. Жена может стать разгадкой: ее характер и поведение помогут расшифровать состояние души мужа, так как оно во многом зависит от потенциала, заложенного в его жене. Безбрачие отвратительно для иудаизма и с моральной точки зрения приравнивается к такому тяжелому преступлению, как пролитие крови. Тот, кто стремится к святости, должен двигаться в этом направлении, не отрываясь от жизни, привнося наивысшую духовность во все аспекты материального мира. Талмуд утверждает: «Тот, кто живет без жены, не знает добра и пребывает без радости, благословения, помощи и искупления грехов».

Лора Моисеевна внесла в комнату поднос с чашками и чайником.

– Чаек? – спросила она услужливо.

– Благодарю. Не откажусь, – отозвался дядя Арон.

Давид молча крутил скомканную салфетку, потом встал из-за стола.

– Мне пора. Извините. Очень рад нашему знакомству, дядя Арон. Обещаю, что вы не зря потратили на меня время, – улыбнулся он и пожал гостю руку.

– А как же чай, Давидушка! – всплеснула руками Лора Моисеевна. – Ну что же ты уходишь!

– Чай в следующий раз, мамуль. У меня девушка голодная дома, Анджелина Джоли. Ты же знаешь.

– Где-то я слышал это имя… – прищурился дядя Арон.

– А-а-а… – махнула рукой Лора Моисеевна и поплелась закрывать за Давидом дверь.

Глава 23

Сашиных сил еле хватило, чтобы довести мужа до дома. Пока она открывала ключами квартиру, он несколько раз норовил сползти по стенке, и ей приходилось возвращать его тело в вертикальное положение. Просить водителя помочь ей было стыдно.

Заснул Александр мгновенно, как только рухнул на их огромную супружескую кровать. Саша сняла с него туфли и положила ноги по очереди на покрывало, укрыв пледом. Она вдруг почувствовала себя своей матерью, которая точно так же укладывала своего пьяного Толеньку. Мать умудрялась еще и стащить с его бесчувственной тушки брюки и рубашку, чтобы к утру привести одежду в порядок.

Саша вспомнила, как мать всегда появлялась из комнаты с его штанами в руках, осторожно закрывая за собой дверь: «Заснул!» – и ей стало невыразимо грустно и жаль себя. Раздевать мужа она не стала, чтобы хоть этим отличаться от матери, да и ворочать пьяную тушу ей было уже не под силу. Она лишь развязала галстук и расстегнула верхнюю пуговицу рубашки.

Быстро приняв душ, она легла рядом. Глядя в исчезнувший в ночи потолок, она чувствовала тепло тела мужа, слышала его дыхание. Это было странное ощущение. Они так давно не спали вместе, не спали в одной кровати, их кровати. Вскоре глаза привыкли к темноте, и она стала различать знакомые очертания. В слабом ночном свете она дотронулась ладонью до его лба. Кожа была прохладная, с легкой испариной.