Жена олигарха
Шрифт:
Марина – упрямица каких поискать. Так что спустя пару недель мы открываем в нашем поселке на берегу моря художественную галерею. Давид обожает искусство, у него целая сеть галерей, по всему миру. Оказалось, что как раз в планах было открытие еще одной, искалось место. Конечно, наша французская деревня – не самый лучший вариант, трафик тут не особо плотный. Разве что летом, в разгар туристического сезона. Но хозяин-барин, олигарх может позволить себе и неприбыльное предприятие.
Мы с Мариной целиком окунулись в новое дело. Для меня – абсолютно незнакомое, а Марина хорошо разбиралась. Я же училась,
Прошел еще месяц. У меня вырос животик, пока совсем небольшой, едва заметный. С замиранием сердца я ждала, когда малыш начнет двигаться. Выполняла все предписания врача, пила витамины и ела полезную пищу. Дни текли однообразно – тоска, работа, сны, в которых ко мне часто приходил муж. Мой любимый, страстный, мой отчаянный, горячий возлюбленный. Почему он не дает о себе знать? Сколько должно пройти времени, чтобы я смирилась с потерей?
***
– Значит, ты ждёшь наследника Огнева, – с прищуром смотрит на меня Давид.
– Это что-то для тебя меняет? Теперь ты не будешь разыскивать Влада?
– Я не обещал, что сделаю все чтобы вернуть тебе мужа. Я сказал, что разузнаю все что касается его гибели, правда ли это. Потому что это в моих интересах. А не потому что я вдруг решил разыграть из себя грёбаного Купидона. Это не так.
– Есть какие-то новости?
– Тело твоего мужа не найдено. Так что шанс есть. Но дело в том, что тела остальных членов команды нашли, кроме ещё одного. И ещё двое выживших, но один скончался почти сразу в больнице, а второй дал показания и впал в кому от шока и ранений. Уйти невредимым с этой яхты вряд ли кто-то мог. Предположить, что Влад подставил хорошо знакомую ему команду людей под такую чудовищную смерть тоже достаточно сложно, но тебе виднее, ты лучше знаешь мужа.
– Конечно же он не мог обречь людей на гибель, – отвечаю торопливо.
– Других вариантов нет, Станислава. Либо он сам это подстроил, а значит он убийца. Тело еще одного человека из экипажа тоже не нашли, как и Огнева. Возможно, он был ближе всего к эпицентру взрыва. Может быть пытался обезвредить устройство, обнаружив его раньше. Тогда от него просто ничего не осталось. Прости… ты так побледнела. Дать воды? Черт, зря я углубился в такие подробности, прости…
– Я в порядке.
– Ладно. Тогда расскажи, как тебе работается в галерее.
– Меняешь тему? Вряд ли у меня получится переключиться… Я хочу уехать, Давид. Извини меня, но я не могу продолжать ужин.
– Да хорошо я отвезу тебя домой.
– Нет, я вызову такси.
За все время – это наша единственная встреча. Ериханов в разъездах по всему миру, совсем не докучает мне. Насколько я успела узнать этого мужчину, он чудовищно упорный. Ждать готов бесконечно. Главное – добиться поставленной цели. Когда думаю об этом, мне становится страшно. Но сейчас, когда он понял, что я беременна, хотя бы лихорадочный блеск глаз хищника пропал. Давид явно стал равнодушнее. Что не может не радовать.
***
Если
– Я вижу, что Виолетта очень радуется твоей беременности, это замечательно правда? – улыбается Марина, которая сегодня заехала за мной по дороге в галерею, наблюдала картину как свекровь следит чтобы я съела весь завтрак.
– Да, как гора с плеч, – пожимаю плечами. – Она женщина крайностей. Любо слишком равнодушна, либо гипер-заботлива.
В галерее утром почти никого, мы болтаем обо всем на свете, обсуждаем искусство, ну и повседневные заботы, тоже.
– Было бы ужасно, если бы она была против. Тогда мне, наверное, пришлось бы искать другое пристанище…
– Я живу в большой просторный квартире, которую снимает для меня Давид. Ты можешь переехать ко мне, как только пожелаешь. Думаю, нам будет очень весело. Если ты когда-нибудь захочешь, я всегда рада принять тебя, на любой срок, – тут же предлагает Марина.
– Спасибо, ты, как всегда, сама доброта. Но несмотря на капризный характер свекрови сейчас я точно не могу оставить её.
– Да, понимаю, – кивает подруга. – Жаль, до галереи от меня ближе добираться, ну да ладно. Кстати, а как восприняла новость твоя мама, наверное, хочет приехать увидеть тебя?
– Нет, моя мама ничего не знает, и она уж точно не обрадуется, – отвечаю с горечью.
– Как это так? Стася, ты это серьезно?
– Я звонила маме, несколько раз, но она сбрасывает вызов… Со мной разговаривает только отчим, он рассказывает мне о самочувствие мамы, – вздыхаю горько. Жалею, что затронули эту болезненную тему.
– Но почему? – удивляется Марина.
– Мама убеждена, что Влад убил моего брата, и проклинает его. Она не хочет допустить мысли, что это может быть не так. Вынесла свой приговор и боюсь известие о том, что я жду ребёнка может её окончательно подкосить. Поэтому не сообщаю ей. В общем, можно сказать, я стала круглой сиротой. Мама не хочет общаться со мной, пока не отрекусь от мужа. Полностью его забуду, перестану ждать. Перестану считать себя его женой. Хотя, наверное, что я отказалась от его денег – ей бы понравилось, не знаю.
– Мне так жаль Стася. Ты такая хорошая, отзывчивая. Почему именно таким людям не везёт в жизни. Иногда дети чудовища, а родители всей душой их любят, прощают им всё. Тут ты ни в чем, абсолютно ни в чем не виновата, а твоя мама так жестока. Она всегда была такой, всегда любила больше брата?
– Ты знаешь, я в детстве об этом не задумывалась, но меня больше растила бабушка. Да, мама всегда трепетно относилась к сыну, но бабушка говорила, что все мамы больше любит сыновей, а папы – дочерей. Отец правда очень сильно любил меня, баловал. Наверное тогда это уравновешивалось. А когда его не стало, мама уже не смогла переключиться. Наши бабушки, дедушки, ушли довольно рано, но я уже была взрослая и ревновать брата, или вести себя так, словно родители не дают мне любви, мне казалось ужасно глупым. Мне было тринадцать, когда осталась только мама. Я считала себя взрослой и полагала, что наоборот должна поддержать маму. Давать ей свою любовь и поддержку.