Жена незнакомца
Шрифт:
Лили сделала знак слуге, чтобы тот отодвинул ей стул, причем сделала машинально, не задумываясь. Пол предложил ей руку и повел в гостиную, где, по общей договоренности, она могла позволить себе некоторую вольность. Первым делом Лили скинула атласные туфли на высоких каблуках, поставила ноги на скамеечку, с удовольствием пошевелила пальцами и откинулась на высокую спинку стула.
Пол тем временем раскурил трубку, с удовольствием выпустил ароматный дым.
— Сегодня я приказал отнести в вашу комнату несколько книг. Хочу, чтобы
— Книги о правилах хорошего поведения? — вздохнула Лили.
— Да. Кроме того, произведения Марка Твена, Томаса Гарди и Жюля Верна. В обществе произведения этих писателей непременно станут обсуждать или хотя бы на них ссылаться, поэтому вы должны знать их содержание. Позже я начну снабжать вас книгами учебного и развлекательного характера.
— Я лет пятнадцать ничего не читала, — ответила Лили, кладя голову на спинку стула и уставившись в потолок. — Неужели мне удастся запомнить все эти дурацкие правила? Например… какая, черт побери, разница, отодвинут мой стул на восемь дюймов от стола или на десять? Неужели Мириам считала важной подобную чепуху?
— Вряд ли Мириам над этим задумывалась. Существует огромная разница между автоматическим усвоением норм поведения и переучиванием.
— А вы хорошо знали Мириам? — с любопытством спросила Лили и, не получив ответа, взорвалась: — Черт возьми, Пол! Когда же мы с вами поговорим о Мириам?
— Если вы прекратите ругаться, когда не играете ее роль, вам будет легче вообще исключить ругательства из вашего лексикона. Завтра, когда мы уедем из Санта-Фе, я начну постоянно называть вас Мириам, а в гостиницах буду регистрировать вас как миссис Уэстин.
Хотя Лили знала, что этот момент настанет, слова Пола застали ее врасплох.
— Мириам… — произнесла она, словно пробуя имя.
Пока оно было ей чужим, но чем скорее она привыкнет к нему, тем лучше.
— Вы устали? Вы вздыхаете уже в четвертый или пятый раз. Или вам надоело?
Значит, вздыхать тоже не полагается, видимо, то, что ей кажется естественным, считается дурным тоном.
— Вы получили какие-нибудь известия от Куинна? — спросила она, втайне надеясь, что Пол не спрятал все имеющиеся в доме сигары.
А еще Лили надеялась, что при упоминании имени Куинна она не покраснеет, ибо скучала по нему, хотя не желала себе в том признаться.
— Утром я получил от него телеграмму. Речь, с которой он выступил перед законодательными властями, имела успех. Он ждет нашего приезда на ранчо.
— Обо мне он не упомянул? — Лили сразу пожалела об этом вопросе, но было уже поздно, и она попыталась исправить ошибку: — Куинн даже не попрощался со мной перед отъездом. Так что у кого из нас плохие манеры, еще вопрос.
— С Карлосом он тоже не попрощался, и с кухаркой, и с уборщицей. Зачем ему прощаться с работниками? Вас, Лили, он тоже нанял.
У Пола была скверная манера сначала внушить
— Куинн же обязан делать вид, что я его жена. Или он и с Мириам обращался так, будто ее нанял? Тогда неудивительно, что она от него сбежала.
Лили замолчала, ожидая, что Пол опровергнет или подтвердит ее заявление, но тот промолчал, а по выражению его лица нельзя было ничего прочесть.
— Когда придет время, Куинн сыграет свою роль, — наконец произнес он после продолжительного молчания. Предложив ей рюмочку ликера, Пол внимательно посмотрел на нее. — Да, Лили, вам сейчас нелегко. С одной стороны, вы должны погрузиться в жизнь Мириам, чтобы почувствовать себя ею. С другой — вы не можете за короткое время забыть прошлую жизнь, отказаться от своих привычек и превратиться в Мириам. К тому же когда ваши услуги нам больше не понадобятся, вы уедете отсюда.
— Знаю! — бросила Лили, злясь на себя за то, что его слова причиняют ей боль. — Но мне стало бы намного легче играть роль жены Куинна, если бы он проявлял больше теплоты.
— Ситуация действительно непростая, — согласился Пол. — Вы точная копия Мириам. Вы будете носить ее одежду, поселитесь в ее доме, станете жить как она. Куинн может забыть, что вы не его жена, но вы сами должны это помнить, иначе вся эта история в конце концов плохо кончится.
— Господи, вас не поймешь! — раздраженно ответила Лили. — То должна стать Мириам, то должна помнить, что я — это я. Как, черт побери, мне совместить и то и другое?
— Сказать вам правду? Я и сам не знаю. Но вы же умная женщина, Лили, и, надеюсь, сообразите. Должен признаться, вы мне нравитесь, и я не хочу, чтобы наш эксперимент заставил вас страдать. А это неминуемо произойдет, если вы забудете, кто вы есть на самом деле.
— Это угроза? Вы хотите сказать, что если я не выполню ваши требования, вы отправите меня назад в тюрьму?
Она же поклялась себе всегда помнить о том, что Пол с Куинном — могущественные и безжалостные люди, которые используют ее для достижения собственной цели. И вот на тебе, забыла. Впрочем, невозможно постоянно держать в голове, что человек, великодушно объясняющий тебе разницу между домашним и выходным платьями, беспощадный и жестокий.
— Это предупреждение. Исключительно для вашей же собственной пользы.
Но оба понимали, что предупреждения суть угрозы в завуалированной форме.
— Иногда вы столько болтаете, просто ужас! Громоздите слова друг на друга, словно кирпичи, под которыми скрывается темная яма, — заявила Лили. — Если вы не угрожаете, то как мое понимание игры в жену Куинна может повредить мне?
— Сыграв эту роль, вы уедете, — спокойно ответил Пол. — У вас нет шансов изображать Мириам после того срока, который мы вам отвели. Поэтому рекомендую вам не слишком привыкать к роли, чтобы безболезненно от нее отказаться.