Жена на миллион
Шрифт:
На миг Серафима сжимается, но через секунду отвечает:
– Если бы знали, не задавали столько вопросов, – улыбается своим мыслям.
– Думаешь, ты на курорт отправляешься? Загорать, отдыхать? Нет, мышь садовая, придется тебе отработать каждую минуту моей вынужденной задержки! Можешь продолжать молчать, усугублять ситуацию. Я все по тебе и без разговоров читаю, понимаю, в чем соль.
– Ничего вы не понимаете! Ничего не знаете! – говорит, как будто с обидой. – Вы несколько раз домой к Георгию Владимировичу приезжали,
А ну-ка… Что это такое? У мышонка характер прорезается? Голос появился?! Забавно! Неожиданно всплеск эмоций девчонки взбудоражил меня. Тренькнуло что-то внутри, приятненько. Не млеет, как перепуганная овечка! Уже хорошо! Давно я так не забавлялся в ситуации, когда все хреново и неясно, что происходит.
– Думаешь, я ничего не узнаю?
– Ничегошеньки. С носом останетесь. Кривым, – добавляет едва слышно, мазнув по моему лицу взглядом.
Что? Нос кривой? У меня?! На меня девки вешаются пачками! С ног до головы облизывают, готовы на все! Ни одна не сказала, что у меня нос кривой!
– Нормальный у меня нос.
– Видно, что вы свой нос ломали.
– А ты специалист, что ли?
– Не нужно быть специалистом, чтобы понять: вам нос ломали много-много раз.
Молчит. Через секунду добавляет:
– Наверное, потому что характер – дрянь.
О как. Даже если бы рядом бомба рванула, я бы не так сильно удивился. Мышонок пускает остроты в мой адрес! Вот это да! Приглядываюсь повнимательнее. Кожа уже не такая белая, зрачки приходят в норму… Значит, девчонка точно была чем-то опоена, сейчас ее отпускает.
– Надо же. Мы без малого час знакомы, а ты весь мой характер проанализировала.
– Это не мои слова. Я лишь повторяю слова Георгия Владимировича.
– Повторяешь чужие слова! Ведомая, – фыркаю. – Потому и попала в ситуацию, где тобой жертвуют, словно пешкой на шахматной доске.
– Каждая пешка может стать ферзем.
– Как жигули не тюнингуй, мерседесом они не станут. Бравируй, мышь. Давно я так не смеялся…
Тишина.
– Ну? Чего замолчала?
– Больше ничего не скажу. Веселить вас не буду! Я не клоунесса.
– Ты даже на грустного Пьеро не вытягиваешь, куда тебе до клоунессы…
– Не зря Ксана сказала, что вы гадкий, – выдыхает. – Наверное, у вас от старости характер испортился!
– Вот теперь слова Ксаны повторяешь!
Приближаюсь к Серафиме. Она сжимается в ответ, но уходить некуда. Салон автомобиля просторный, но пространство замкнутое. Не сбежать. Ей от меня не сбежать. Я стучу по ее лобику указательным пальцем.
– У тебя вот здесь что-нибудь свое имеется? Мнение? Взгляд на жизнь? Желания? Мечты? Хоть что-то, мышь?! Нет?..
– Не надо стучать дятлом по моему лбу! – сердится, уклоняется от пальца. – Вы меня совсем не знаете!
– Знать и не надо. Ты
Внедорожник тормозит.
– Приехали!
Из машины выбираюсь первым. Распахиваю дверь рывком. Серафима замерла.
– Ждешь особого приглашения?
– Слушаюсь будущего мужа, – сверкнула глазами. – Во всем. Ни одного лишнего движения.
– Сама пойдешь? Или тебя заставить?
– Можете на руках отнести в темницу.
– Вылезай, королева драмы. Говорил же, носить на руках – разовая акция. Так вот, аттракцион невиданной щедрости больше не работает! В дом, шагом марш! – показываю направление к дому.
Девочка осматривается. Если ищет возможность сбежать, пусть не надеется. Вариантов нет. Мы за воротами дома, территория охраняется. Серафима идет впереди, четко к дому, не оглядывается. Поравнявшись с главной дорожкой, ведущей к дому, притормаживаю. Максим, сопровождающий Серафиму, оборачивается.
– Что случилось, шеф?
– Нужно вернуться за папкой. Девчонку – в дом. Прислуга уже в курсе, отведите ее на место. Охрану под дверь, глаз не сводить!
Надо же, кусался с мелкой и забыл про папку. Возвращаюсь. Хватаю папку с заднего сиденья. Открываю и вчитываюсь…
Не люблю юридическую муть! От слова совсем. Юристы даже самое простейшее заворачивают в три сотни изощренных фраз, а то, что нужно спрятать как можно дальше, вообще шпигуют вскользь, туманными фразами. Можно и проскочить ненароком. Конечно, мои юристы все написанное по буковке изучат, все печати и подписи сверят.
Но в папке все выглядит натурально. Не подделка.
Листаю бумаги. Дыхание спирает в глотке. Тут есть все – и тесты, и анализы, и сведения… Даже завещание Баженова на имя Серафимы. Баженов открыто признал Серафиму своей дочерью и завещал ей все, все, что у него есть! Однако это ровным счетом ничего не значит!
Мой кулак со скоростью смерча врезается в металл авто… Баженов, гад! Изворотлив настолько, что нашу с ним договоренность ни разу, черт его дери, не нарушил!
Мы договорились о том, что я забираю бизнес за ошибку? Да пожалуйста… Только его фирмы уже завтра объявят о банкротстве. Дом и недвижимость – перезаложены в банке. Спешно. Чтобы закрыть большой кредит.
Договорились о дочери, которую он даст мне в жены?! На тебе! Внебрачную! Теперь я более чем уверен, даже без всяких экспертиз, что Баженов прихватил денежки и тупо слинял, а девчонку внебрачную просто бросил. На фарш… Едва из шкуры от бешенства не выскакиваю. Ох, как я зол! Как же сильно я зол! Бросаю взгляд в сторону дома. За одним из окон едва заметно промелькнула тонкая фигурка.
Мышь! Она точно была в курсе! Ну, ты у меня сейчас получишь! Отыграюсь на ней!