Жена Лесничего
Шрифт:
— Не ослабляй! — крикнул он. — Привяжи к двери.
У Чармейн дрожали руки и она все никак не могла сообразить как туго затянуть узел. Наконец справилась и, покачиваясь от слабости, пошла принести подаренную Хозяином леса палку.
— К-как ты? — спросила она присаживаясь подле ноги Дэмиена.
Он еще полусидел, вцепившись в лавку, но на лице читалось облегчение.
— Лучше, Чармейн. Боль отпустила.
Примотать две палки к распухшей ноге оказалось нелегкой работой. Пальцы не слушались, шарф скользил и Чармейн пришлось попотеть пока нога Дэмиена не стала
Чармейн отвязала ногу от двери. Обернула лодыжку еще несколько раз и закрепила. В голове шумело, она легла под бок к Дэмиену, благо широкая лавка позволяла. Он обнял ее одной рукой и затих. Чармейн прислушалась к его мерному дыханию и поняла, что муж заснул. Хороший отвар получился из листьев странного деревца.
А сама она спать не могла. Причины держать себя в руках больше не было и Чармейн расплакалась от ощущения ужаса и безысходности. Только сейчас она начала осмысливать происшедшее.
Дэмиен не сможет ходить. В ближайшие недели точно, а потом воля всевышнего на то, сможет ли он хромать или останется с изуродованной конечностью. И думать о том, как сложится жизнь совершенно не хочется. Ей не выстоять одной в противостоянии за ребенка против фейри.
Показать Дэмиена врачу в Вирхольме? Но как он туда доберется сам? Чармейн ведь не выпускает сам Хозяин леса…
Вирхольм… Нужно сообщить им как-нибудь о происшедшем, пусть выберут нового лесничего. Лес требует постоянного ухода, он не будет ждать Дэмиена. Чармейн похолодела от внезапной мысли, что к ним в хижину подселится третий.
А потом, пресекая мелькание картинок мрачного будущего, Чармейн решила, что ей надоело зависеть от решений других. Хватит плыть безвольным листком по бурному ручью. Дэмиен сломал ногу это правда. Ему будет и больно и тяжело. Но ведь она сама здорова, и, кажется, научилась слышать голос леса. Чармейн сама встанет на место мужа, попробует заменить его в лесничестве на ближайший месяц. Все равно другого выбора у нее нет.
И приняв это решение она спокойно вздохнула, и, освобожденная, ухнула в объятья сна.
Глава 6
Чармейн проснулась от резкой боли под ребрами. Дэмиен крепко спал на спине, подтянув здоровую ногу, с прямой, отставленной в сторону больной. Его лицо было спокойным, хотя под глазами залегли тени. Пусть спит, в Вирхольме говорили, что сон лечит все хвори.
Солнце стояло довольно высоко, да и маленький брауни уже успел натаскать воды в кувшин. Чармейн с удовольствием умылась, стараясь двигаться бесшумно. Вычистила котелок с лекарством, навела порядок в доме и начала подумывать, не разжечь ли вновь очаг, чтобы сварить горячий отвар для Дэмиена, как вдруг укол под ребрами повторился, на сей раз болезненней и настойчивей.
Чармейн потерла бок и уловила уголком глаз, как Дэмиен зашевелился и повторил ее жест — подняв руку к ребрам, поморщился во сне.
Она тут же поняла, что происходит, бросила огниво и, подхватив юбки, стремглав выбежала из хижины.
Как она это делала в прошлый раз? Нужно прислушаться, куда сердце тянет, и бежать, пока вновь не засосет под ложечкой.
Вперед! Пока Дэмиен не проснулся и не понял, что ему не успеть на задание. Передать бы ему весточку, что у них есть шанс выполнить договор с Хозяином леса, но, почуяв приказ, Чармейн ни о чем не думала. А сейчас сердце так отчаянно колотилось от страха и напряжения, и мысли непрошено сами лезли в голову. Откуда она взяла, что справится? Чармейн в лесничие никто не назначал.
Ноги принесли ее к каменистому ручью у подножья крутого утеса. Не конечное назначение, поняла она шестым чувством, но ей понадобится предмет, находящийся тут. Медлить нельзя, но как найти то, о чем она имела самое смутное представление, Чармейн тоже не знала. Душным облаком накрыло ощущение близкого провала.
Чармейн обняла дерево, закрыла глаза, сосредоточилась и почувствовала, как холодный ветерок мазнул по ногам. Значит, следует зайти прямо в ручей. Чармейн оставила кожаные сапожки на берегу и, заткнув юбки за пояс, вступила в воду.
До чего же ледяная! Белые камни, не заросшие илом под стремительным течением, колются острыми краями. Чармейн наклонилась, принялась ворочать камни и искать неизвестный, но нужный предмет под ними.
Ее толкнули сзади. Да так, что Чармейн потеряла равновесие и шлепнулась в воду, подняв тучу брызг. Острый камень впился в икру, Чармейн взвизгнула от боли, разворачиваясь, готовая встретить опасность лицом к лицу.
Ее накрыла волна ледяных брызг, за шумом плеска послышался смех, похожий на перезвон хрустальных колокольчиков. Ну конечно же! Чармейн забралась в ее владения, как фейри могла не шалить? Кувшинка довольно хихикала, наблюдая, как Чармейн неуклюже пытается подняться на ноги.
— Вовсе не смешно, я могла неудачно упасть на острые камни.
Кувшинка внезапно оказалась совсем близко за спиной и обняла Чармейн за плечи, показывая, что в таком случае поймала бы, оградив от опасности. Чармейн обернулась через плечо и увидела, что зеленые глаза эльфийки просительно распахнулись, лучась смешинкой. Чармейн не удержалась и дотронулась до чешуек на плече Кувшинки. Они были гладкие и теплые, с острыми краями.
И тут Чармейн ощутила как изящные мокрые ладошки заскользили по ее телу и накрыли живот. Чармейн резко вырвалась из объятий фейри и загородила живот своими руками.
— Он мой, я его вам не отдам.
Но Кувшинка не думала угрожать. Она запрокинула голову и захохотала своим хрустальным смехом, передразнивая Чармейн, схватилась руками за живот. Но Чармейн не было весело, она разом вспомнила, что Кувшинка может быть похожа на брата и ей доверять нельзя, хоть и очень хочется.
Она осторожно отступила назад, но почувствовала, что ступня наткнулась на острый край. Чармейн наклонилась и выхватила из воды плоский осколок светлого камня с зазубренным краем. Именно то, что искала. Оставаться больше нельзя, скорее вперед, туда, куда вновь указывает огонек под ребрами.