Жена кузнеца

Теплая Елена

– А почему суда не было? – спросила Сонька.- Ведь по правилам, если Никита побил Малхора, то мог забрать себе в жены Ладу и наш стаоста мог определить ее к нему.

– Да, но она стала просить за сына, чтобы не лишал ее ребенка, ведь Малхор мог не отдать ей сына, он пока единственный, кто выжил из сыновей, он же наследник его. Вот Никита и не стал ее забирать, помог Малхора погрузить на телегу и отправил Ладу с ним домой. Кто ж знал, что Малхор через неделю умрет, вот Никита и приехал в наш поселок, чтобы получить то, что ему причиталось.- Лизка кивнула в мою сторону.- А она уже неделю вдовой пожила, мне каждый день говорила, что замуж

не пойдет. Старшая жена погибла прошлым летом, Малхор ее побил, она родами и померла и ребенок не выжил, не доносила она его. Как ты думаешь, хотела она замуж за Никиту? Староста сначала хотел с ней по - хорошему поговорить, что не может он Никите отказать, что она принадлежит ему по праву победы, но она слушать не хотела. Говорила, что дом у нее есть, другой жены Малхор не завел себе, поэтому она единственная в этом доме могла жить и она сама себе хозяйка. Какая вдова захочет замуж опять, если у нее все есть в доме? Малхор шкуры выделывал лучше всех, секрета не рассказывал, вот и просили его помочь и платили, кто чем мог. Его шкуры и в городе за дорого брали. Нужно было ее сразу забирать, а кузнец отказался от жены, значит, нет у него прав на нее, так старосте и сказала! Староста тогда разозлился, где это видано, чтоб им командовали и сказал, что тогда он ее силой отдаст за Никиту, а дом себе заберет. Лада как закричит, я сейчас ребенка убью, а дом вместе со мной сгорит, и погребальный костер не нужен будет! Схватила палку из печки с огнем и кинулась на чердак дома. Никита за ней кинулся, только не успел он ее схватить, она отшатнулась и сорвалась с крыши. Я на ее крик выбежала и увидела ее лежащей. Я думала, что она вслед за Малхором уйдет в светлые сады, но бог миловал. Староста так ее и отдал замуж, пока она безсознания была. Отца то нет, у меня согласие спросили и все. Женки старосты собрали наши вещи, в телегу сложили и отправили нас троих с Никитой, к нему в деревню.

Сонька покачала головой и пошли они с Лизкой заниматься дальше своими делами, так как Никите больше помощь не нужна была. А я осталась сидеть и в ужасе была от того порядка, какой был в этом мире. Вот так отдали замуж, даже если против и заступиться не кому, а ты терпи его и ублажай, а любовь, а полюбви нельзя значит замуж выйти.

– А если завтра другой мужик Никиту побьет, то я уже как переходящий вымпел ему достанусь?
– обратилась я к Лизе. Они с Соней переглянулись удивленно и Лиза мне стала объяснять.

– Это как староста решит! Если есть дети и муж не против, то у тебя спросят. А вдруг ты захочешь к другому мужу уйти.

– Если я захочу, то иду к новому мужу, если нет, то остаюсь со старым? Так?

– Верно. Но тогда платится откуп, если ты уходишь к новому, старый за тебя приданое дает и решает, что будет с детьми, с ним остаются или с тобой уходят. Если со старым остаешься, то старому мужу платит, то кто его побил.

– Откуп большой?

– Большой, поэтому в драку за жен чужих не лезут, только за девок молодых.

– Хорошо, а если муж против отдавать меня?

– Тогда если муж будет против отдавать тебя, то каждый должен старосте выкуп дать в тайне друг от друга, тогда староста при народе огласит выкуп и кто больше даст, тому ты без согласия достаешься, но победитель и такой же откуп дает и проигравшему.

– То есть муж может за меня рубль дать, я достанусь другому и еще в придачу деньги получит.

– Я не знаю, сколько это рубль. Я таких денег не видела, но староста

назначает начальную сумму выкупа.

– А если выкуп одинаковый и у того, и у другого.

– Им придется еще раз давать выкуп, а этот останется старосте.

– Мудро. Никто не захочет деньгами раскидываться.

– А почему за Соньку не попросили выкуп?

– У Соньки нет детей. Такую не обязательно в жены брать, можно взять в служки. Это победителю решать. Тем более муж ее выгнал из дома, значит не жена уже и платить за нее выкуп или нет, это уже решал староста и Никита мог сказать, что он на скотника не нападал, тогда еще не известно, кому за драку пришлось платить откуп старосте.

– Но почему за меня не было суда и выкупа?

– Муж твой суда не потребовал и если он умер после драки, то ты пренадлежишь победителю. А выкуп он за тебя старосте нашему заплатил, иначе староста тебя б не отдал, и дом твой, остался старосте.

– Так можно убить мужика и забрать жену и торговаться не пришлось.

– Можно, но тебя могут из деревни выгнать по решению старосты в лес и не пустят в деревню никогда, даже на рынок. А в другую деревню тебя не заселят без поручительства старосты.

– Как страшно жить! И сколько раз я могу так замуж выходить?

– А сколько хочешь! Места на клеймо хватит на руках.- я посмотрела на клеймо и подумала: " Да, это не кольцо! Снял и ты холост и можно любовниц завести! А староста, хитер, бобер, сразу просек, что если Никита Соньку возьмет второй женой, то Марьяне ничего не светит!"

Вечером, я накрыла на стол и ждала Никиту, он так и не пришел. В кузни его тоже не было. Что ж мы не гордые, но за мужиками бегать не будем, и я пошла спать.

Так прошло два дня. Утром я слышала, когда просыпалась, стук его молотка, а вечером он не возвращался домой. Я из гордости не шла с ним мириться, почему я должна мириться, если ничего не сделала такого, за что мне должно быть стыдно! Это он решил, что я его позорю!

Но в душе меня грыз червячок обиды, и больше всего хотелось знать, где он бывает по ночам, что не приходит ночевать.

Я не ходила на кузню, и только украдкой видела его, когда набирала воду с реки. Он даже не поворачивался в мою сторону. Сонька приносила миску с едой от него не тронутой. Еду, которой с ним расплачивались за работу, тоже приносили прямо домой.

Я занимала себя работой по дому и огороду, который удалось мне сделать за конюшней, чтобы не думать о нем. Сонька принесла от соседки Дони рассаду, та со мной поделилась и какие- то семена, еще посадила лук на зелень. Как только я вспоминала о нем, то сразу с остервенением долбила землю на огороде. Девчонки, молча, мне помогали и ничего не спрашивали. Еще, когда Никита не пришел ночевать в первую ночь, Лизка на утро, мне сказала:

– Иди, попроси прощения, и он простит тебя! Ты мучаешь и его и себя!

– Не пойду! Я ничего не сделала такого, за что должна просить прощения! И закончили этот разговор!
– она покачала головой, но больше с тех пор ничего мне ни сказала.

Я зашла в сени, попить воды, так как на улице стояла жара и услышала разговор девчонок.

– Вон опять отказался от еды! Синяки под глазами и молчит, хмурый такой! Миску мне назад пододвинул и даже не глянул в нее. Марьяна круглыми днями там околачивается, еду ему приносит и молоко. Наверное, скоро в сваты пойдет к ней, а если Лада не одумается, сделает ее старшей женой. – Вздохнула Сонька.