Жена для Полоза
Шрифт:
А дальше было только хуже. Оказалось, что в тот же день было совершено покушение на Полоза. Артефакт беспристрастно зафиксировал и это. И в обоих случаях использовалось оружие василисков. Налицо был заговор, да еще какой!
Высокородные заметались по залу, понимая, что сами себя загнали в ловушку, да только поздно. Выходы уже были блокированы личной стражей Ул Тумен-ге.
***
Алтын замерла посреди творившегося хаоса, словно оглохла. Больше всего ее потрясло отнюдь не то, как быстро мнимая победа обратилась поражением, и не проклятия, сыпавшиеся
То, что готовили ей самой те высокородные наги, которых она привела сюда за собой, чтобы сбросить власть черного Ул Тумен-ге. Они собирались отдать ее Гумешу! Потому что такая женщина опасна, это подрывает устои.
Ее. Этому хаму и извращенцу. У Алтын был шок.
Постепенно зал очистился, остались только она и У-Лэншшш. Девушка стояла, не шелохнувшись. Черный наг склонил голову набок, поцокал языком, спрашивая:
— Что же ссс тобой делать, невессста?
Она словно не услышала, продолжая смотреть строго перед собой. Тронуть ее нельзя, невесты неприкосновенны.
— Ой, е… — черный наг тихонько засмеялся. — Столько полетит голов. Думаешь, они простят тебе? Ц-ц-ц… Я даже не рискую предположить, что с тобой будет, если Полоз тебя не выберет.
Ее буквально затрясло от его слов. Но Алтын сдержалась. В крайнем случае, всегда остается гарем Полоза. А там у нее будет много шансов к нему приблизиться, и тогда еще неизвестно, кто кого. Победа быстро оборачивается поражением, и наоборот.
Поэтому она и отрезала, глядя ему прямо в глаза:
— Пусть тебя не волнует моя судьба. Она все равно будет лучше судьбы твоей босоногой.
— Ты так уверена? — хитро усмехнулся У-Лэншшш.
— Уверена, — лицо Алтын исказилось. — Если ее выкрал Гумеш, судьба этой самки незавидна.
— А если нет? Что, если Полоз уже выбрал себе жену, и это не ты?
Он говорил тихо, неспешно. И вглядывался в ее лицо, ловя эмоции. Алтын невольно вздрогнула, почувствовав подвох.
— Полоз женится. Будет великий праздник, гарем торжессственно рассспустят, — продолжал этот хитрый старый Змей. — Девушек наградят подарками и отдадут замуж. А тебя кто возьмет в жены? Что ссс тобой делать, а, невессста? Разве что отдать тебя Ер-Ге, есссли его не казнит Полоз?
— Нет!
Черный наг только хмыкнул. А до нее стал доходить весь ужас положения. Но сдаться просто так? Нет! Она готова была бороться до последнего.
— Что ты со мной сделаешь? — спросила Алтын развалившегося на троне проклятого старого Змея.
— Ничего, — ответил тот. — Невесты неприкосновенны. Посидите пока под надежной охраной. И ты, и твой Ер-Ге. А потом твою судьбу будет решать Полоз.
Словно ледяная плеть по хребту, были его слова. Она спросила, сжимая кулаки:
— Скажи, это Ольга? Твоя босоногая?
У-Лэншшш не ответил. Велел страже увести девушку и выставить у ее покоев утроенный кордон.
***
Нервный был день. Много событий.
У-Лэншшш отпил глоточек опалового нектара и усмехнулся, вспоминая подробности. Даже хорошо, что все так проявилось. Мучила ли его
Однако, мысли об этой девушке, Алтын, какое-то время не давали ему покоя. У-Лэншшш внимательно наблюдал за ней сегодня, и имел возможность всесторонне оценить ее потенциал. Такой незаурядный характер не должен пропадать даром.
Еще несколько глотков… А потом у него появились кое-какие интересные мысли, как найти ей правильное применение.
Черный Ул Тумен-ге причмокнул и отставил бокал на столик. Так и подмывало заглянуть, как там дела у мальчика, но он не стал. Нескромно подглядывать за тем, что происходит между влюбленным мужчиной и его женщиной.
Откинулся на широкую спинку, заложил руки за голову и неожиданно приятным голосом негромко запел:
…Ты ласкай меня, за водой одну не пускай меня…
Потом покачал головой и пробормотал, проводя кончиком языка по растянутым в хитрой улыбке губам,
— Эх, где моя молодосссть…
Ничего еще не окончено. Дел полно.
И будет еще больше, когда вернется Полоз с молодой женой.
***
А для двоих, оставшихся в Колыбели нагов, ночь уже перевалила за середину.
Скоро должно было настать их первое утро.
глава 33
Наверное, снаружи было уже светло. А том в зеленом гнездышке в самом центре островка, куда он ее принес разомлевшую от ласк и сонную, еще царил мягкий голубоватый полумрак. Цветы вокруг, над головой резные листья.
Первобытный рай. И они. Двое после грехопадения.
Как бы долго ни длилось ночь, она закончилась. Настало утро, а вместе с ним и отрезвление. Больше нельзя было обманывать себя.
Оля еще долго не решалась открыть глаза. Мужчина обнимал ее крепко и одновременно нежно, ей казалось, он не спит. Потому она и лежала, затаившись, старалась не шевелиться и дышать как можно тише.
Отголоски страсти все еще тлели между ними, как угли, едва припопрошенные золой. Казалось, шевельнись, и все снова вспыхнет пожарищем. Он ведь знал, что она не спит, Оля это чувствовала. Зыбкое состояние, в котором они пытались укрыть друг от друга необходимость взглянуть правде в глаза. Все изменится, как только будут сказаны первые слова. Но и оттягивать этот момент было неправильно.
Она невеста Полоза. Неприкосновенна. За это смерть, так сказал У-Лэншшш.
А он… Не просто ее касался. Он касался самой сердцевины ее души. И теперь все. Это как клеймо, останется в ней на всю жизнь. Как с этим жить?
Но надо было уже как-то начать, прежде чем слезы начнут душить ее и она позорно разревется. Сделав над собой усилие, Оля тихо спросила:
— Кто ты?
Молчание. Руки мужчины непроизвольно стиснулись. Он прижал ее к себе сильнее и долгую секунду не отпускал. Потом с неохотой разжал объятия. Встал, отошел к песчаному пляжу и, не оборачиваясь, замер у воды.