Жена брата
Шрифт:
— У меня есть мама, — говорю дрогнувшим голосом. — У меня есть папа. А также бабушка и дедушка. А еще у меня есть подруга. Ясмина. Знаете такую?
Эта женщина смотрит на меня, не моргая. Говорят же, что девочки больше всего любят маму, но... По ее лицу понятно, что она никогда не была бы нормальной матерью, даже если бы отец ее не бросил. Я уверена!
— Послушай меня, Алена, — делает шаг вперед, я же, наоборот, назад. — Все на самом деле не так, как тебе кажется. Как тебе сказала та...
Она не договаривает, я же сжимаю челюсти
— Ваша мама? — спрашиваю вздыхая. — Родную мать мамой не называете, а мне говорите, что являетесь моей матерью? Я что должна сделать? Кинуться вам на шею и сказать: мама, я тебя ждала?! Нет, простите. У меня есть только одна мама, и она ждет меня дома. Дайте пройти.
Сжимаю руку Ромы, который не понимает, что происходит, иду вперед. Тут оставаться желания нет. Настроения тоже. Нужно скорее домой, к бабушке. Поговорить с ней. Значит, эта женщина с ней разговаривала уже. Возможно, шантажировала. Но как? Якобы меня заберет? Я совершеннолетний человек. Не допущу, чтобы она снова играла с моей судьбой!
— Алена, — зовет она меня, я слышу стук каблуков. — Алена, дай объясниться, а? Все не так. Клянусь.
— Ром, отвези меня домой, пожалуйста, — прошу парня.
— Конечно, — тихо отвечает он и снимает машину с сигнализации.
— Алена! Выслушай!
Я сажусь на переднее сиденье. Рома ничего не спрашивает. Садится за руль, захлопывает за собой дверь. Черт раздери! А сегодня хотели повеселиться!
— Прости меня, — шепчу, когда машина отъезжает от клуба. — Ты... Меня оставь и вернись, пожалуйста. День рождения твоего друга. Я не хотела бы, чтобы так вышло.
Зубы стучат. Я не знаю отчего. На самом деле в машине тепло, но я все равно дрожу.
— Все хорошо, — сжимает мою руку. — Хочешь рассказать? — спрашивает осторожно, на что я снова вздыхаю.
— Она бросила меня через несколько месяцев после моего рождения. Оставила у мусорного бака и пришла домой. Хотя бы бабушке рассказала, куда меня выкинула. Иначе... — сглатываю ком в горле, голос дрожит точно так же, как я сама.
— Мне очень жаль, Ален.
Машина тормозит у нашего подъезда.
— У меня веселая жизнь, Ром. Не соскучишься, — слезы текут по щекам. — Возможно, я не оправдала твои ожидания. Ведь богатые всегда хотят связаться с нормальными семьями. Равными с собой. Но я не такая, прости. И я пойму, если ты...
— Что за чушь, Ален? — обхватив мою голову ладонями, поворачивает к себе лицом. Заставляет смотреть в глаза. — Больше никогда... Слышишь? Больше никогда не говори эти слова!
— Отец тоже бросил... — продолжаю я. — Он вообще не дождался моего рождения. Сказал, что не готов к детям, Ром. Если вдруг... Если вдруг у нас все получится, ты же не поступишь так? Не оставишь же своего малыша, ведь да? Нашего малыша?! Скажи мне честно, Ром. Я не хочу иметь дел с таким человеком. Я их ненавижу! Ненавижу отца и мать! Ненавижу.
—
Я плачу в голос. Знаю, со стороны выгляжу слабачкой, истеричкой. Но я такая. Я такая, черт возьми! Я слабая. Если бы не бабушка, я в лучшем случае была бы в детском доме. В худшем... Стала бы кормом для собак.
Я не могу ее потерять. Не могу...
— Посмотри на меня, — Рома гладит меня по голове. Поднимаю взгляд, всматриваясь в черные глаза. — Черт, я не могу видеть тебя такой.
Он отстраняется. Достает из бардачка бутылку воды, открывает и протягивает мне.
— Не хочу, — мотаю головой.
— Пару глотков, Ален. Легче станет.
Я нехотя соглашаюсь.
Рома вытирает слезы с моей щеки салфеткой, которую тоже достает из бардачка. И так аккуратно это делает...
— Постарайся не думать о них, окей? Просто... Я не знаю, что тебе сказать. Но ты у меня сильная. Боевая. Я знаю, ты справишься. И да, тебе такие родители не нужны. Я так понимаю, твоя бабушка их...
— Она их терпеть не может, Ром, — снова шмыгаю носом. — У нее постоянно давление скачет. Ей постоянно плохо. Вчера она не просто так тебе вопросы задавала. Не любит бабушка богатых, потому что папа таким же был. И она считает, что все состоятельные мужчины такие.
— Черт, — глубоко вздыхает, а потом целует меня в лоб. — Не расстраивайся. Беги домой. Я думаю, пока не нужно бабушке ничего рассказывать. Или же... Я тут не советчик, Ален. Прости.
— Нет, не буду. Наверное, — глажу ладонью лицо Ромы и мысленно благодарю за то, что он рядом. — Ты вернись в клуб. Объясни ребятам. Пусть за меня не волнуются. Я завтра поговорю с ними.
— Конечно, скажу. Только, Мышка, возможно, меня завтра не будет. Очень много работы в компании. Отец раз десять сегодня звонил. Я еле отмахнулся. Не скучай, окей? Вечером обязательно встретимся.
— Хорошо, — отвечаю, прижимаясь губами к его. — Хорошо, Ром. Я буду ждать. До завтра.
Всегда так... Мечтаем об одном... Планируем... А выходит совсем иначе... Не нужно было забывать о шантаже Сережи. Не нужно было...
Глава 7
— Бабуль, ты как? — обнимаю ее сзади. — Прости, мне нужно срочно бежать. Не смогу позавтракать с тобой. Но! Обещаю вернуться как можно раньше!
Вдыхаю аромат единственной родной души. Сглатываю раз за разом, вспоминая лицо той женщины, которая называлась моей матерью.
Я решила не рассказывать бабушке ничего. Она снова чувствовала себя неважно. Сначала я подумала, что, возможно, та самая Ольга ей звонит. Ну, или же сообщения пишет. Но ничего подобного я не нашла.
— Снова убегаешь, — поворачивается ко мне лицом, улыбается. — Посмотрю, как ты сдержишь свое обещание.
— Сдержу! — поднимаю указательный палец вверх.