Жемчужина Лабуана

Сальгари Эмилио

— Советую тебе пропустить его без помехи, — сказал Янес.

— Ты так думаешь? Мы возьмем его в плен, мой дорогой.

— А с какой целью?

— Возможно, он везет на виллу какое-нибудь важное донесение.

— Если мы нападем, он будет защищаться, начнет стрелять, поднимется шум.

— Он попадет в наши руки, не успев дотянуться до оружия.

— Это непросто, Сандокан.

— Проще, чем ты думаешь.

— Объясни.

— Лошадь несется галопом, поэтому не заметит препятствия. Всадник мигом

слетит и будет в наших руках.

— А что за препятствие ты хочешь устроить?

— Иди, Параноа, возьми веревку и сразу назад.

— Ага… — сказал Янес. — Блестящая идея!.. Да, мы захватим его, Сандокан!.. Он и в самом деле нам пригодится! Я включу это в свой план.

— О каком плане ты все время говоришь, Янес?

— Ты узнаешь это позднее. Увидишь, ловкая штука!..

— Ты смеешься?..

— Я дам и тебе повод посмеяться. Увидишь, Сандокан, как разыграем лорда. Параноа, поторопись!..

Малаец с помощью двух человек натянул прочную веревку поперек дороги, довольно низко от земли. Заметить ее было трудно — ее скрывала трава.

Сделав это, он спрятался за кустом, держа в руке крисс, в то время как его товарищи рассеялись впереди, чтобы напасть на всадника в случае, если тому удастся избежать западни.

Топот копыт приближался. Еще несколько секунд, и всадник должен был появиться на повороте дороги.

— Вот он!.. — прошептал Сандокан, который спрятался вместе с Янесом.

Через несколько мгновений лошадь, которая пересекла уже заросли, выскочила на дорогу. На ней сидел юноша лет двадцати двух-двадцати четырех, в форме индийских сипаев. Он явно беспокоился, яростно пришпоривал лошадь и бросал вокруг подозрительные взгляды.

— Внимание, Янес, — шепнул Сандокан.

Пришпоренная лошадь бросилась вперед и задела веревку. Передние ноги у нее подогнулись, она захрапела и тяжело рухнула на землю.

Пираты были тут как тут. Прежде чем сипай опомнился и сделал попытку вылезти из-под коня, Сандокан вырвал у него саблю, а Параноа прижал его к земле, приставив к груди крисс.

— Не дергайся, если хочешь жить, — приказал ему Сандокан.

— Негодяи! — воскликнул солдат, пытаясь вырваться.

Параноа с помощью других пиратов хорошенько связал его и поволок в густые заросли, в то время как Янес осматривал лошадь, чтобы убедиться, что она не сломала ноги.

— Прекрасно! — воскликнул португалец, очень довольный. — Я не ударю в грязь лицом на вилле. Сержант сипаев! Вот чин, которого у меня еще не было.

Он привязал лошадь к дереву и подошел к Сандокану, который тщательно обыскивал пленника.

— Ничего? — спросил он.

— Никакой записки, — отвечал Сандокан.

— Тогда ты скажешь нам на словах, — проговорил Янес, впиваясь глазами в сержанта.

— Нет, — мотнул головой тот.

— Берегись! — сказал ему Сандокан угрожающим

тоном. — с, куда ты направлялся?

— На прогулку.

— Говори правду!

— Я и сказал, — ответил сержант с напускным спокойствием.

— Ну, погоди!

Быстрым движением Сандокан выхватил из-за пояса крисс и приставил его к горлу солдата.

— Говори, или я убью тебя!

— Нет, — упрямился сержант.

— Говори, — повторил Сандокан, слегка нажав острием на его горло.

Сержант вскрикнул — острие кинжала окрасилось кровью.

— Я скажу, — прохрипел испуганный пленник, побледнев, как мертвец.

— Куда ты ехал? — спросил Сандокан.

— К лорду Джеймсу Гвиллоку.

— Зачем?

Сержант заколебался было, но, вновь ощутив на своей шее стальное острие крисса, быстро сказал:

— Передать письмо баронета Розенталя.

Искра бешенства сверкнула в глазах Сандокана при этом имени.

— Дай письмо! — тотчас потребовал он.

— Оно в моей фуражке, спрятано под подкладкой.

Янес поднял его фуражку и, разорвав подкладку, достал письмо.

— Ну, это старые сведения, — сказал он, прочтя его.

— Что там пишет этот мерзавец? — спросил Сандокан.

— Предупреждает лорда о нашей предстоящей высадке на Лабуан. Пишет, что крейсер видел наши суда у побережья, и советует лорду быть бдительным.

— Больше ничего?

— Так, пустяки. Передает тысячу нижайших поклонов твоей дорогой Марианне с клятвой в вечной любви.

— Черт бы побрал этого негодяя! Пусть только попадется мне на пути!

— Джуйоко, — сказал португалец одному из пиратов, внимательно разглядывая почерк письма, — отправляйся на праос и принеси нам бумагу, перо и чернила.

— Что ты собираешься делать? — спросил Сандокан с удивлением.

— Выполнить мой план.

— Но о каком плане ты говоришь?

— О том, над которым я размышляю уже полчаса.

— Объясни по-хорошему.

— Я только этого и хочу! Я собираюсь отправиться на виллу лорда Джеймса.

— Ты?!..

— Да, именно я, — отвечал Янес с совершенным спокойствием.

— Но каким образом?

— В мундире этого парня. Черт возьми! Увидишь, какой из меня выйдет бравый сержант!

— Понимаю. Ты наденешь форму сипая, скажешь, что приехал из Виктории, и…

— И посоветую лорду побыстрее уезжать отсюда. Так что готовь ему хорошенькую встречу.

— Ах! Янес! — воскликнул Сандокан, прижимая его к груди. — Если получится, я твой вечный должник.

— Надеюсь, получится.

— Но ты подвергаешься страшной опасности.

— Бывал и не в таких переделках — мне не впервой.

— Но зачем чернильница?

— Чтобы написать письмо лорду.

— Не советую, Янес. Он человек подозрительный, может заметить, что почерк подделан.