Жемчужина Лабуана
Шрифт:
Параноа и Сандокан двинулись к последним скалам и начали внимательно осматривать темный горизонт.
— Смотрите, капитан, — сказал Параноа, показывая Тигру на светящуюся точку, едва различимую, которую можно было принять за звезду.
— Это фонарь нашего праос? — спросил Сандокан.
— Да, капитан. Видите, он движется к югу.
— Какой сигнал ты должен дать, чтобы судно приблизилось?
— Зажечь на берегу два костра, — отвечал Параноа.
— Пойдем на крайнюю оконечность этого маленького полуострова, — сказал Сандокан, —
Они углубились в настоящий хаос небольших скал, покрытых обломками раковин и кучами водорослей, и вскоре добрались до крайней точки уходящего в море мыска.
— Зажжем костры здесь, — предложил Янес. — Ориентируясь по ним, судно сможет войти в бухту без опасности сесть на мель.
— Мы велим ему подняться вверх ближе к речке, — сказал Сандокан. — Я хочу укрыть его от глаз англичан.
— Я тоже так подумал, — подхватил Янес. — Мы спрячем его в болоте среди тростника, прикрыв ветками и сняв предварительно мачты и снасти. Эй, Параноа, сигналь!
Малаец не терял времени. На окраине лесочка он набрал сушняка, сложил два костра, поместив их недалеко один от другого, и поджег.
Минуту спустя, пираты увидели, что белый фонарь на борту праос исчез, и на его месте загорелся красный.
— Они нас увидели, — сказал Параноа. — Теперь можно потушить огонь.
— Нет, — возразил Сандокан. — Он поможет нашим людям держать правильный курс. Ведь никто из них эту бухту не знает?
— Нет, капитан.
— Значит, мы будем вести их.
Три пирата уселись на берегу, не сводя глаз с красного фонаря, который изменил направление и медленно двигался к ним.
Минут десять спустя корабль стал ясно заметен. Его огромные паруса были подняты, и слышалось, как вода журчит перед носом. Проступая сквозь этот мрак, он казался гигантской птицей, скользящей по воде.
Он вошел в бухту и углубился в канал, ведущий к устью речки.
Янес, Сандокан и Параноа загасили костры и вернулись быстро назад, к берегам маленького болота.
Едва они увидели, что праос бросил якорь у густых тростников, как направились на борт.
При виде своих главарей экипаж готов уже был разразиться взрывом бурного восторга, но Сандокан жестом велел молчать.
— Враги, возможно, недалеко, — сказал он. — Хранить абсолютную тишину, чтобы нас не выследили здесь и не застали врасплох.
Потом, повернувшись к помощнику, спросил его с таким волнением, что его голос почти дрожал:
— Не пришли еще два другие праос?
— Нет, Тигр Малайзии, — отвечал пират. — За время отсутствия Параноа я обошел все ближайшие острова чуть ли не до Борнео, но не видел ни одного из наших судов.
— И ты думаешь?..
Пират не отвечал, он колебался.
— Говори, — приказал Сандокан.
— Я думаю, Тигр Малайзии, что наши суда разбились о северные берега Борнео.
Сандокан сжал кулаки так, что ногти почти вонзились в ладонь, свистящий вздох сорвался с его губ.
— Это рок!.. — прошептал он глухим голосом. —
— Взбодрись, дружище, — сказал Янес, положив ему руку на плечо. — Не будем отчаиваться. Может, наши праос отнесло очень далеко, и они получили такие повреждения, что не смогла сразу выйти в море. Пока мы не найдем их обломки, нельзя быть уверенным, что они утонули.
— Но мы не можем и ждать, Янес. Долго ли еще лорд Джеймс будет оставаться на вилле?.. В любой момент он может покинуть ее.
— Я бы этого и хотел, дружище.
— Что ты хочешь сказать, Янес?
— Что у нас достаточно людей, чтобы напасть на него по дороге,
— Ты хочешь сделать это?
— А почему бы и нет?.. Наши пираты все отчаянные храбрецы, даже если лорд возьмет с собой в два раза больше солдат, они не уступят им в схватке. У меня зреет прекрасный план, и, надеюсь, он полностью удастся. Дай мне отдохнуть сегодня ночью, а завтра начнем действовать.
— Хорошо, я тебе доверяю, Янес.
— Не сомневайся, Сандокан.
— Однако праос мы не можем оставить здесь. Его может заметить какое-нибудь судно, которое войдет в бухту, или охотник, забредший случайно.
— Я подумал обо всем, Сандокан, и Параноа уже получил инструкции. Пойдем перекусим и сразу спать. Я, признаюсь тебе, уже на ногах не держусь.
Пока пираты под руководством Параноа разбирали снасти судна, Янес и Сандокан спустились в маленькую каюту на корме и набросились на еду.
Утолив голод, который много часов мучил их, они впервые за несколько дней с наслаждением вытянулись на койках.
Португалец, отличавшийся завидным хладнокровием, сразу же крепко уснул; Сандокан же, как ни старался, долго не мог сомкнуть глаз.
Мрачные мысли и смутное беспокойство не давали ему уснуть. И только перед самым рассветом он слегка задремал да и то ненадолго.
Когда утром он поднялся на палубу, пираты уже закончили работу по маскировке судна, ччтобы сделать его невидимым ни со стороны бухты, ни охотнику, который мог спуститься к реке. Судно оказалось спрятанным на краю болота, посреди густого тростника. Мачты вместе со снастями были сняты, а палуба завалена грудами тростника ветками и листьями, положенными так густо, что они покрыли ее целиком.
— Что ты об этом скажешь, Сандокан? — спросил Янес, который уже стоял на палубе под маленьким бамбуковым навесом, поднятым на корме.
— Отличная работа, — ответил Сандокан.
— Теперь пойдем со мной.
— Куда?
— На берег. Там уже двадцать человек, которые нас ждут.
— Что ты собираешься делать, Янес?
— Скоро увидишь. Эй!.. Шлюпку на воду и смотрите в оба.
Глава 22
ПЛЕННИК
Переплыв речку, Янес привел Сандокана в густую чащу, где притаились двадцать человек, полностью вооруженных; у каждого, кроме того, был с собой запас провизии и шерстяное одеяло.