Желудь

Ланцов Михаил Алексеевич

Не каждый мог себе такое позволить. Ой, не каждый.

Но это ладно.

Не менее интересным было то, что на его поясе висел здоровенный сакс, а в руках он держал тяжелое, мощное копье. Кованое. Железное. С крупным, добротным наконечником и подтоком.

Для полноты картины не хватало украшений

и разноцветной ткани одежды. Ну, чтобы совсем блистать. Но даже такой вид впечатлял. Тем более что у его ног располагался здоровый пес вполне себе статусный волкодав. А чуть в сторонке размещались вполне довольные жизнью три молодых волка, на которых никто из местных не обращал внимания. Даже пес.

Кто-то вроде Боряты чего-то такого и ожидали. Но большинство остальных прям впечатлились. Не так, обычно выглядит человек, проживший год на подножном корме в лесу. Ой, не так. А рассказы, это просто рассказы. Мало ли чего болтают?

Особенно поразилось несколько женщин, прибывших с делегацией.

Вон как пялились.

Одна так и вообще глаза себе решила протереть.

Впрочем, долго этот цирк не продлился. Народ выгрузился. И пошел вполне отработанный социальный ритуал. Со скрипом пошел, потому что и его парень сумел невольно сломать.

— Как зовут его? — спросил Борята у седого.

— Беромир[1], — ответил Вернидуб. — Ведун Близнецов.

— Вот нельзя просто так взять и назвать человека Боромиром[2]! — воскликнул раздраженно Неждан.

— Беромир, — медленно и громко повторил седой ведун.

— Понял. — кивнул, улыбнувшись парень. — А то я прямо удивился, услышав одно из имен потомков Нуменора. Они были слишком самонадеянны…

— Да и ты от скромности не умрешь. — оскалился седой, перебивая парня.

— Беромир… — произнес Неждан, пробуя на вкус имя. — Неплохо.

Мне нравится. Хотя, признаться, я ожидал от тебя подвоха и какой-нибудь шутки. Панромиксом бы назвал каким-нибудь или Радагастом, а мне потом с этим жить.

— Вот вы видите, видите? — широко улыбаясь, произнес Вернидуб, обращаясь к гостям. — И так все лето, осень и зиму. Никакого уважения к старшим! Мне молоко надо давать за вредность. — резюмировал седой, ввернув фразу, которую несколько раз слышал у парня.

— Не такой уж ты и вредный, — хохотнул Неждан, точнее уже Беромир.

Повисла небольшая пауза.

И эти двое засмеялись вполне по дружески. Видимо, определенное нервное напряжение все же давало о себе знать. И у одного, и у другого.

— Беромир! — громко произнес Борята. — Ведун Близнецов. Мы привезли тебе дары, учеников и невесту…

[1] Беромир аналогичен по конструкции двухосновным славянским именам на -мир, таким как Драгомир, Казимир, Остромир, Родомир, Яромир и многим другим. Состоит из двух частей «бер» и «мир». Первая часть — это эвфемизм слова орохъ, которое позже назовут медведем (*b?er древний корень, который еще в праиндоевропейском, означал коричневый, бурый и т.д.). Вторая часть означает «народ, люд» (всем миром; на миру и смерть красна). Вместе получалось что-то в духе «из народа медведей» или «медвежий человек».

[2] Как это ни странно, но Боромир вполне вписывается в парадигму старых славянских двухосновных имен. Состоит из основ «бор» и «мир». Первую часть можно трактовать как «лес» (сосновый бор, дубрава (здесь чередование), вторую — как «народ, люд» (всем миром). Вместе получалось что-то в духе «из лесного народа», «лесовик».