Желтые розы

Майо Маргарет

— Но никогда меня не любила. Я был тебе нужен, потому что твой любовник так и не появился после несчастного случая. Почему, интересно? Ты и с ним поссорилась?

— Прекрати! Прекрати! — Карина закрыла уши руками. Ее маленький уютный мир рушился.

— Что прекратить? Что я такого делаю?

— Угрожаешь мне! Обвиняешь меня в поступках, о которых я ничего не знаю. Ты злой, жестокий! Я ненавижу тебя! — Карина заметила, как у него передернуло лицо, но ей не было его жаль. Она говорила правду.

Больше года он вел себя как истинный

джентльмен. Трудно было представить, что он способен говорить такие жестокие слова.

— Это мне надо тебя ненавидеть, Карина, — сказал он неожиданно вкрадчивым тоном. Злость его прошла, но что пришло ей на смену — Карина понять не могла. — Это ты погубила нашу любовь, — продолжал он. — Если ничего не помнишь ты — хотя я подозреваю, потеря памяти тебе в данный момент на руку, — то помню я. И не желаю вновь испытать боль, которую ты причинила мне, встречаясь с кем-то за моей спиной.

— Если я действительно так поступила, — грустно сказала она, — то я очень об этом сожалею.

— Ты считаешь, этого достаточно, чтобы исправить положение? — спросил он странно безразличным тоном.

— Конечно, нет.

— Знаешь, Карина, раньше ты никогда бы не стала извиняться. Спорила бы, отрицала, но не извинилась бы. И в этом отношении ты тоже стала другой.

Ей хотелось спросить, какая Карина ему нравится больше, но она мудро промолчала. Этот день она будет помнить до конца своей жизни. Чем скорее вернется к ней память и она узнает, что же на самом деле произошло, тем быстрее она обретет спокойствие.

Правда, понравится ли ей то, что она узнает, это еще вопрос. Ведь, как ни была она уверена в своей непогрешимости, доля правды в этой истории, наверное, была. Иначе почему ей приснился Чарльз Форестер? Почему она вспомнила его имя? И как сложатся теперь ее отношения с Фордом?

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

Карина извивалась под Чарльзом, впившись пальцами в его обнаженное тело, отбросив всякую сдержанность в пылу страсти и желания. И когда он наконец вошел в нее и они одновременно достигли пика блаженства, по всему ее телу волна за волной прокатилось наслаждение.

Но когда она проснулась, все еще в истоме после ночи любви, то обнаружила, что все это ей лишь приснилось. Только на этот раз сон был физически более ощутимым, чем прежний. Она будто чувствовала еще прикосновения Чарльза, возбуждающие, Доводящие до немыслимых высот страсти.

После пробуждения, как и в первый раз, ей захотелось, чтобы на месте Чарльза был Форд. Чтобы он шептал ей волшебные слова любви, чтобы его руки ласкали ее, томили, разжигали желание.

Но Карина понимала — этому не суждено сбыться. Прервав вчера любовную игру, она разрушила их отношения. Их вновь развела ее «связь» с Чарльзом, и Форд ушел, не желая ее больше видеть.

Повторение сна встревожило Карину. Как могла она увидеть

такой яркий сон о Чарльзе, если она его не знала и не была с ним близка? Что-то в ее подсознании говорило, что этого не могло быть.

Позавтракав, Карина вышла купить хлеба. Ожидая, когда можно будет перейти улицу, она вдруг увидела на противоположной стороне Чарльза Форестера. Или, по крайней мере, человека, похожего на мужчину из ее сна. Это было странное ощущение — узнать кого-то из ее прошлого, и Карина не знала, что и думать: то ли ей это привиделось, то ли действительно это был Чарльз.

Сердце у нее отчаянно забилось. Она выкрикнула его имя, но он не услышал. А когда ей удалось наконец перейти дорогу, он уже исчез. Она побежала в ту сторону, куда он шел, но его нигде не было видно. Карина стиснула зубы, ей хотелось закричать от отчаяния. Если бы не этот ужасный поток машин на дороге, она бы уже знала, действительно у нее была связь с Чарльзом или Форд все это придумал.

Она медленно возвращалась домой, напряженно вглядываясь в поток прохожих в тщетной надежде снова увидеть Чарльза Форестера.

Карина не надеялась увидеть Форда. Во всяком случае, в ближайшее время. Каково же было ее удивление, когда спустя час он появился в дверях ее квартиры.

Она смотрела на него, вдыхала его мужской запах, и перед глазами у нее вставали сцены из сна. Вот она лежит на роскошной широкой кровати в комнате с высоким потолком. И вдруг мелькнула картинка внешнего вида этого дома — величественного особняка с портиком, стоящего посреди огромного парка.

Что это? Дом Чарльза Форестера? Может, сон и то, что она увидела сегодня Чарльза во плоти, воскресили еще одно воспоминание? Если ей действительно знаком этот дом, значит, Форд прав, и у нее была связь с Чарльзом.

— У тебя такой вид, Карина, будто ты увидела привидение. Неужели я навожу на тебя такой ужас? — Он говорил сухо. По лицу было видно, что он все еще зол.

— Конечно, нет. Просто я задумалась о чем-то другом.

— Или о ком-то другом, — мрачно поправил он. — Может, его ты и ждала?

— Я никого не ждала, и тебе это известно, — возразила она, сердито блеснув глазами. Она собиралась рассказать ему, что видела Чарльза, но его резкость ее остановила. — У меня готов кофе. Хочешь чашечку?

— Нет, спасибо. — Он сел в свое любимое кресло и вытянул ноги.

Карина тоже села, примостившись на краешке кушетки.

— Я действительно не ожидала увидеть тебя так скоро. Ты так разозлился на меня вчера.

Форд удивленно поднял брови.

— А на что ты рассчитывала? Ввела меня в искушение, а потом оттолкнула! Ты всегда любила поддразнить, но никогда не предавала в разгар страсти.

— Я не собиралась заходить так далеко, — сказала она тихо, сложив на коленях руки и всем своим видом показывая, что она невозмутима и спокойна, хотя внутри еще живы были воспоминания о сне и сердце отчаянно стучало.