Желтые небеса

Орлов Антон

– Я догадываюсь, кто это, – Мадина зашагала рядом, поглядывая на него сбоку.

– Кто?

– Денорцы, кто же еще? Только у них есть устройства, позволяющие кораблям входить в гиперпространство и выходить из него не через Гипорталы, а где угодно.

– Не где угодно. Только там, где имеются в наличии гиперпространственные каналы. Нелюбимые вами денорцы утверждают, что вблизи Кадма таковых не обнаружено. И земляне говорят то же самое, а они по части гиперпространства специалисты.

– Не специалисты, а монополисты, – фыркнула

Мадина. – Как же тогда эта имперская установка для нуль-перебросок, которую нашли два года назад? Ведь она работает независимо от того, есть каналы или нет, так сказано в рекламе Галактического банка.

– Там другой принцип. Не знаю какой, но другой. – Мартин распахнул дверцу кабины. – Пошли, поможете мне разобраться с медикаментами. Кое-что оставим себе, остальное отдадим. У меня тут капитальный запас.

Он доставал коробки из примыкающего к медотсеку вместительного шкафа, а Мадина переносила их в салон. Лекарства, перевязочный материал, медицинские инструменты… Панасов сказал, что ранеными занимаются врач-алзонец и валвэнийская знахарка-целительница, с год назад обосновавшаяся в Эгтемеосе. Эти двое разберутся, что к чему.

– Вы согласны со мной? – оторвавшись на миг от сортировки коробок с яркими наклейками, спросила Мадина.

– Насчет чего?

– Насчет того, что здесь поработали денорцы? Они могли найти гиперканал, который вначале не заметили. Их жестокость общеизвестна. Это они уничтожили Эгтемеос, больше некому.

– Вряд ли.

– Вы их защищаете? – Она сжала упаковку стерильной ваты, словно собираясь запустить ею в Мартина.

– Нет, просто не вижу, какие у них могли быть мотивы.

– Да их мотивы всем известны: убийство ради убийства. – Бросив вату в общую кучу, она передернула плечами.

– Не тот стиль. Если денорцы на кого-то нападают, они, без достаточно веских причин, ни за что не откажут себе в удовольствии устроить рукопашную. Помните это знаменитое высказывание одного олигарха из их верхушки: «У нас самое совершенное в Галактике оружие, но мы опасны и без оружия»?

– Хвастливое заявление. Особенно они опасны, когда с ног до головы в тухлых яйцах… – Мадина ухмыльнулась. – И насчет самого совершенного можно поспорить, у других миров первой десятки, включая Лидону, оружие ничуть не хуже!

– Ага. Так вот, прихлопнуть одним махом целый населенный пункт – это для них неспортивно. Денорцы для таких операций обычно высаживают десант. То, что мы здесь имеем, больше смахивает на работу слакиан: нанести удар с воздуха, вызвать общую панику, потом спуститься и захватить побольше пленных.

– Но ведь здесь не было слакиан, они просто не смогли бы прорваться к Кадму через кордоны.

– Не было, – согласился Мартин. – Это что-то здешнее, кадмийское, связанное с икс-объектами. Помните истории о неведомой силе, которая давит дома?

– Я считала, это келмацкие россказни.

– К сожалению, не россказни. Я видел раздавленные дома в цибенских деревнях. Они выглядели так

же, как Эгтемеос. Поэтому тем более важно поскорее найти законспирированного приятеля Эша. Эш был засранец, но об икс-объектах он знал больше, чем кто-либо другой, а я упустил его как последний дурак… – Мартин с досадой поморщился и поднял пирамиду коробок. – Идемте.

Отдав медикаменты и запасные одеяла людям Панасова, он вместе с Сотимарой поехал в ближайшую деревню за продуктами. Мадина осталась в госпитале, помогать врачу и знахарке. Мартин взял с нее слово, что она не затеет никакого самостоятельного расследования до его возвращения.

Смеркалось, из грифельно-серых облаков сеялся теплый дождик. Болотные деревни стояли на месте (Мартин опасался, что они тоже уничтожены, и тогда придется мчаться за продовольствием черт знает куда), крестьяне обрадовались шансу сбыть оптом свой товар. После недолгого торга Сотимара отдал им несколько мелких синтетических камней, а Мартин начал таскать в салон бронекара мешки, гирлянды копченых колбас и плетеные корзины с гурьябом. Они еле успели вернуться в Эгтемеос до темноты. На расчищенной площадке горели костры, стелющийся дым щипал глаза.

Выгрузив продукты, Мартин уселся на обломок бетона, с куском колбасы в одной руке и банкой пива (последней) в другой. Вокруг, в клубах дыма и плящущем оранжевом свете, пировали обитатели Эгтемеоса: впервые за несколько суток они смогли досыта поесть. Общая нервозность спала. Получив помощь – пускай и не слишком большую, если разделить ее на двести человек, – люди воспрянули духом. Без современной техники Эгтемеос заново не отстроить; когда раненые более-менее поправятся, им придется уйти отсюда и обосноваться на новом месте. Мартин подозревал, что они справятся.

Из темноты появилась Мадина. Присев перед ним на корточки, она таинственным шепотом сообщила:

– Я тут кое-что раскопала.

– Та-ак… – протянул Мартин. – Вы же дали слово, что не будете заниматься расследованиями!

– Не бойтесь, я и не занималась. Информация сама нашла меня.

– Какая информация?

– Сейчас я его приведу.

Мадина исчезла, но через несколько минут – Мартин еще не успел дожевать свою колбасу – вернулась вместе с высоким тонколицым пареньком в изодранном светлом плаще. Длинные волосы перехвачены на лбу кожаным ремешком, на боку висит пластиковый меч (надо полагать, настоящий погребен где-то под завалом). Борешанист.

– Привет, – смерив его взглядом, бросил Мартин. – Колбасы хочешь?

– Я уже ел, – паренек вытер жирно блестящие губы, его правая рука неловко теребила рукоятку меча.

– Садись, – Мартин кивком указал на соседний обломок.

Борешанист внял приглашению, и теперь Мартин смог внимательно рассмотреть его: растерянное веснушчатое лицо, полные тоски серо-зеленые глаза с редкими светлыми ресницами. И никаких телесных повреждений. Первый нераненый среди тех, кого Мартин встретил в Эгтемеосе.