Железное сердце

Макмастер Бек

– Боже, смотри, нити упали! – воскликнула Адель.

На их глазах марионетка слабо дернулась и опустила руки, а потом загадочный пар медленно окутал ее ноги, и фигура выпрямилась.

– Это машина, – прошептала Лена.

Металлическое создание задвигалось, поднимая руки, словно чтобы заключить кого-то в объятия. А затем начало танцевать вальс под шарманку.

Лена открыла рот. Она видела множество служебных устройств и дюжины бронированных металлогвардейцев, защищавших улицы и насаждающих власть Эшелона, но подобное – никогда.

Движения робота были изумительно плавными, почти человеческими.

Представление закончилось, шарманка медленно затихла. Машина замедлилась и начала замирать в такт музыке. Марионеткой управлял удивительно ловкий кукловод.

Лена бурно зааплодировала и захотела посмотреть поближе. Она делала замечательные заводные механизмы, но до такого мастерства ей было далеко.

К несчастью, большинство зрителей тоже жаждали рассмотреть диковинку, и Лена, потеряв Адель, осталась одна, как обломок в бушующем потоке.

Отмахнувшись от упавшего на глаз пера, она поискала подругу и… похолодела.

Аларик Колчестер, герцог Ланнистер, смотрел на нее с хищной улыбкой на тонких губах, попивая бладвейн. Сердце екнуло. Бледная напудренная кожа, красные губы вызвали далекое воспоминание. В тот раз кровь не потрудились разбавить вином.

Его тут быть не должно. Лена убедилась в этом, прежде чем принять приглашение. Сегодня в Башне из Слоновой кости заседал правящий городом Совет герцогов, и она была уверена, что в безопасности.

Наверное, рано закончили.

Лена отвела взгляд, слыша стук сердца в ушах. «Не беги». Она уже давно выяснила, что страх жертвы вызывает в голубокровных неуправляемый голод.

Краем глаза она отметила, как светловолосая голова врага поплыла над толпой в ее сторону. Лена встала на цыпочки. Куда же запропастилась Адель? Иногда наличие свидетеля могло спасти.

Если Колчестер намеревался играть по правилам.

Все-таки он герцог, глава одного из семи великих домов, правящих городом. Если захочет взять ее прямо тут, то просто утащит в уголок, и никто и слова поперек не скажет. Только Лео мог бы противостоять Колчестеру, однако сейчас ее опекун находился на собрании в Башне из Слоновой кости вместо отца, герцога Кейна.

Лена нацепила улыбку и стала пробираться сквозь толпу. Участок обнаженной кожи на шее закололо. Подняв бокал, она попыталась разглядеть преследователя в отражении, но собравшихся было слишком много,

Черт его побери! Она оглянулась через плечо.

Люди сгрудились у сцены и смеялись над механической марионеткой. Колчестера не было видно.

Музыка и хохот оглушали. Толпа превратилась в вихрь ярких красок и вызывала головокружение. Лена крепче сжала юбки. «Не беги. Боже, не беги». Но куда, к дьяволу, он девался?

Мимо проплыло большое розовое страусиное перо. Адель. Лена попыталась к ней протолкаться. Протиснулась мимо парочки шушукающихся за веерами леди и наткнулась на твердую грудь. Руки в

перчатках сжали ее плечи, словно чтобы поддержать.

– Извините, – прошептала она, а затем застыла, увидев чернильно-черный бархатный мундир с золотыми эполетами и кисточкой, свисавшей с правого плеча.

– Вы бледны, моя дорогая. – Колчестер хищно улыбнулся и усилил хватку, когда Лена инстинктивно попыталась отодвинуться. – Вам надо подышать свежим воздухом.

Он потянул ее в сторону сада. Лена уперлась и покачала головой, отчаянно улыбаясь. Нельзя выказывать панику. Нельзя допустить слухов. Только репутация приличной дамы не давала голубокровным объявить Лену кровавой шлюхой на одну ночь.

Каким-то образом она сумела усмехнуться. Единственная защита.

– Au contraire, [1] ваша светлость. – И быстро обвела рукой сады. – Похоже, как раз воздуха здесь предостаточно.

В его глазах сверкнуло темное удовольствие. По спине пробежали мурашки, но каким-то образом Лена сумела небрежно пожать плечами. Колчестер может учуять ее страх. Однажды он сравнил ее ужас с изысканной приправой к еде.

1

Au contraire (фр.) – напротив.

– Спасибо, что подхватили меня, ваша светлость. Боюсь, мне надо к подруге. Адель почувствовала себя плохо, и я вызвалась принести воды.

– Жаль, – протянул он и, взяв ее за руки, погладил пальцы через шелковые перчатки. – Я надеялся, что вы оставите мне танец. Ассах, с вашего позволения.

Танец, созданный для того, чтобы соблазнить и лучше всего продемонстрировать прелести потенциальной трэли голубокровному. Из-за скрытого эротизма движений Лена никогда не исполняла его на публике, но видела, как танцуют другие… О, это было что-то.

– Боюсь…

– Я приказываю.

Лена попыталась высвободиться, но железные пальцы Колчестера сжали запястье, а бледные глаза потемнели.

– Не дразните меня, дорогая. Я пытаюсь ухаживать, но ваша красота… сводит меня с ума. – Он с улыбкой погладил ее щеку тыльной стороной руки.

Кто-то в толпе засмеялся, и Лена вздрогнула. Они стояли так близко к другим гостям, однако с тем же успехом могли перенестись хоть на Восток – все равно никто ей не поможет.

– Вы обдумали мое предложение?

– Боюсь, я была очень занята…

– Прошел уже месяц.

Слишком мало. Лена никогда не собиралась стать его трэлью. Она вскинула подбородок и уставилась Колчестеру прямо в глаза:

– Время быстро пролетает в делах, ваша светлость.

– Колчестер. Я же сказал называть меня Колчестером. Все-таки мы так хорошо знакомы, – ухмыльнулся он.

Ей хотелось разбить хрустальный бокал и ударить ублюдка осколком в глаз. Стоило лишь представить, как он станет касаться губами ее тела – и все внутри переворачивалось.