Желай, Рапунцель

Карпо Катти

Глаза парня за стойкой испуганно округлились.

– Но больше ничего не просили. – Его еще ни в чем не обвиняли, но паренек уже перешел на интонации оправдывающегося. – Каждое утро только это. И все.

– И все, – повторила за ним Даня. Задумчиво поскоблив ногтем по стеклянному боку, она вздохнула. – Так не пойдет. Есть что-нибудь хлебобулочное с шоколадом? Круассан, рогалик, булочка-улитка?

Паренек уставился на нее чуть ли не с ужасом, будто она не названия хлебобулочных изделий перечисляла, а наехала

на него с запросом «оружие, курево, наркота». Наверное, взгляд у нее был не очень добрый. Что поделать, чуток раздражилась.

– Есть и круассаны, и рогалик.

– Где больше шоколада?

– В рогалике. – «Только не бейте» – читалось на лице бедняги.

– Тащите. То есть принесите, пожалуйста. – Даня улыбнулась, и парня как ветром сдуло. К сожалению, у нее все еще оставались замашки главного помощника гендиректора. У Даниэлы Шацкой не забалуешь. Жаль, с Принцессой это не прокатит. – Мне с собой. И какао.

Паренек метнулся, чтобы сделать напиток, но Даня вновь его тормознула.

– А можно я сделаю?

– Э…

В конечном итоге Даню все же пустили за стойку. А затем выдали поднос.

– Это за мой счет. – Она расплатилась за какао и рогалик и сложила добычу на поднос. Рядом с банкой смузи устроилась банка с какао.

Паренек, которого она терроризировала, выбежал из-за стойки и открыл перед ней дверь.

Коридор, ведущий в спортзал и прилегающие помещения, пустовал. Теперь было понятно, для кого столь скрупулезно мыли окна. Глеб устроил так, чтобы никто не тревожил Якова во время тренировки. Похоже, мальчишка не только окупал все затраты на него, но и приносил неплохую прибыль.

«Хотя я все еще надеюсь, что здесь не обошлось без обыкновенной заботы. Все же они не чужие люди друг другу».

Спорткомплекс гостиницы состоял из помещения с тренажерами, раздевалок, душевых и спортзала. Он уступал размерами залу, где проводила занятия Регина Горская, но развернуться вполне позволял.

Даня потопталась у двери в спортзал. Оттуда доносилась музыка. Поудобнее перехватив поднос, она примерилась для удара ногой.

– Ни за что больше не буду с ним спать, – зачем-то пробормотала она.

– С кем?

Благо, расстояние до двери было невелико. Даня вздрогнула, поднос уперся в дверь, и благодаря этой опоре содержимое не повалилось ей под ноги.

– Ой, ой, ой! – Шушу, подскочив, запоздало поддержала накренившийся поднос с другого края. – Прости, прости, прости. Не думала, что ты испугаешься.

– Нет. Это я так дверь пыталась открыть, – миролюбиво откликнулась Даня, настороженно ожидая повтора предыдущего вопроса.

К счастью, мысли Шушу не стопорились на одном месте, а неслись вскачь.

– Милая, ты что, подстриглась?!

– Да, чуток. – Даня шумно дунула на лохматый локон, щекочущий щеку. – По настроению. Захотелось что-то в себе поменять. Правда терпения не хватило

дождаться профессионального вмешательства. Сама оттяпала вкривь и вкось. Как думаешь, сумеешь подправить?

– Та-ак… – Шушу, придирчиво сощурившись, пощупала кончики Даниных волос. – Терпимо. Слегка подравнять, и конфеткой будешь.

– Спасибо. – Поднос начал клониться в сторону, и Даня, качнувшись, попыталась удержать его коленом.

На помощь пришла Шушу.

– Нашему милашечке смузи? А рогалик кому приготовила? – Ее ноздри хищно раздулись.

Даня, помня о маниакальной любви Шушу к мучным сластям, поспешила отодвинуться вместе с подносом.

– Ему же. И какао тоже.

– Ох, Яков такое кушать не станет. Привереда и врединка. А смузи выпьет.

– Он же мужик, в конце-то концов. – Даня поджала губы. – Должен есть намного больше. Не хватало еще, чтобы отключился где-нибудь с голодухи. И пусть только попробует опять себя до истощения довести.

– Ого, звучит воинственно. – В голосе Шушу появились нотки восторга. – Только с ним и Владислав пытался разговаривать по этому поводу, и я, и Дарий подключался, а уж сколько раз Глеб Валентинович пытался воспитывать! Все тщетно.

– М-м, ясно. Значит, заставим. – Даня покосилась на Шушу и кивком головы указала на дверь в спортзал.

– Ой, уже бегу, бегу. – Девушка метнулась к двери, чтобы открыть ее для Дани. У нее вырвался нервный смешок. – У тебя только что такой убийственный взгляд был – жуть. Мне сразу же захотелось поджать лапки. Может быть, у тебя и получится… заставить его.

Из зала в коридор ворвалась музыка. Даня протиснулась через дверной проем и прислонилась к стене. Яков, лежа на полу, усиленно качал пресс. Скорость выполнения упражнения впечатляла. В воздухе только и мелькал длинный белесый хвостик. Вверх-вниз, вверх-вниз.

– Обалдено, да? – вполголоса спросила Шушу, устраиваясь рядом у стенки. – Он серьезно подходит к тренировкам. Каждый раз с него пот просто водопадами стекает. Упорный мальчик.

Даня предпочла промолчать. Завершив упражнение, Яков откинулся на пол и шумно задышал. При каждом вдохе его грудь вздымалась вверх. Перевернувшись на бок, мальчишка оперся на руки и, не сгибая ног в коленях, в этой позе поднял себя и принял вертикальное положение. А затем заметил гостей.

Демонстративно поморщив нос, Даня двинулась к ближайшей скамейке у стены и водрузила на нее поднос. Яков остановил музыку и тоже подошел.

– Доброе утро! – радостно поприветствовала его Шушу.

– Угу. – Яков стащил со скамейки свернутое трубочкой полотенце и прижал его к лицу.

«Насквозь промок. – Даня, опустив голову, разглядывала красную ткань футболки, облепившую его талию. – Пот на коже… Уймись, фантазия!»

– Что? – Яков застыл с горлышком бутылки у рта. Внутри булькнула вода.