Желание

Бунеева Ксения

— А отец? — машинально спросила я. Почему-то очень хотелось посмотреть на человека, способного оплатить целый вагон бизнес-класса.

— Отец уехал на восток. Он очень хотел тебя увидеть, но контракт не мог подождать, — объяснила мама.

— Наш папаша надумал строить еще один завод, — язвительно заметил брат.

— Шен, — мама укоризненно взглянула на него. Он лишь примирительно поднял ладони.

Только тут я заметила, что прочие пассажиры и встречающие обходят нас стороной не просто так. Их не подпускают мужчины в черных костюмах — телохранители.

—

Сколько можно тут стоят? — мама взмахнула руками. — Лети, пойдем, нас ждет машина.

— Погоди, — я постаралась перебороть неловкость и страх. — Это Берта, медсестра. Она сопровождала меня из… Прибрежной Гавани.

Мои родственнички оглядели девушку с ног до головы. По глазам Шена стало ясно, что оценил он ее явно не на «отлично».

— Мы очень благодарны вам за помощь, — сухо произнесла мама. — Вы можете пару дней отдохнуть. В нашем доме вам выделят комнату. Следуйте за нами.

— Благодарю, леди Марилен, — тихо проговорила девушка.

Спасибо, Берта. Теперь я знаю, как зовут мою мать.

— Тебе не могли подобрать в провожатые кого-нибудь посимпатичней? — шепнул Шен, когда мы шли по перрону.

— Не командуй. Кто-нибудь из вас мог бы и приехать за мной, — нашлась я.

— Прости, Лети, но такие вещи лучше не афишировать, — невозмутимо ответил брат. — К тому же, это заняло бы больше времени. Мама вообще собиралась выслать за тобой самолет, но отец запретил.

— Почему?

— Лети, детка, личный самолет Кастелли — это чересчур для Прибрежной Гавани. Ты не представляешь, скольким мне пришлось заткнуть рты деньгами, чтобы скрыть твое приключение.

— Но вы прибыли встречать меня на вокзал. Разве нас не узнают?

— Даже если парочка папарации успела нас щелкнуть, здесь нет ничего ужасного. А очередные сплетни вряд ли скажутся на папиных делах — цензура не пустит в ход ни слова.

— Как скажешь, — пожала плечами я.

Абсолютно черный автомобиль, принадлежащий моей семье, хищным зверем подполз к воротам шикарного особняка. Шикарного по местным меркам — все тоже обилие стекла и металла.

Ступив на гладкую плитку, которой был выложен двор, я позволила себе остановиться и окинуть глазами мой новый дом. Здесь наконец-то появилась зелень — дорожку, ведущую к крыльцу, обрамляли аккуратно подстриженные кустарники.

— Наконец-то ты дома, Лети, — улыбнулась мама и взяла меня за плечи. — Идем?

Я улыбнулась в ответ, отмечая про себя, как великолепно она выглядит. Интересно сколько ей лет? А Шену? А мне?

Автомобиль не поддавался никакой классификации. Сколько бы я его не разглядывала, не могла подобрать ни одной из известных мне марок. Мучить себя таким безнадежным занятием я продолжала лишь с одной целью. Понять и удостовериться в том, где я нахожусь. Если это далекое будущее моей родной Земли, то машина может быть продуктом одной из известных марок. Само собой очень усовершенствованным.

На протяжении всего пути домой, я старалась ничем себя не выдать. Как бы

то ни было, лучше мне пока оставаться Летицией Кастелли.

Берта поехала с нами. Правда, ее усадили во второй автомобиль, более громоздкий и тяжелый, больше напоминающий джип. Мама отпустила колкое замечание по поводу шестой ступени и неприемлимости подобных людей в нашем окружении. Я, конечно же, промолчала, не понимая совершенно ничего в здешней иерархии.

Внутри дом поразил меня не меньше, чем снаружи и я снова ощутила, как перехватывает дыхание, но сумела взять себя в руки.

— Летиция, ты бледна, — обеспокоенно сказала мама. — Тебе надо отдохнуть.

— Да, — я согласно кивнула. Потрясений на сегодня и так предостаточно. — Очень хочется прилечь.

Прилечь — идея прекрасная. Только вот куда? Я знать, не знаю, где моя комната. Тем более, в этом царстве бежевого, кремового, синего и белого, среди роскошной мебели, я сразу же растерялась.

— Шен, — леди Марилен оказалась прозорлива. — Проводи сестру в ее комнату. Мне кажется, нашей Лети самой туда не дойти. Отдыхай, милая, теперь ты дома.

Она поцеловала меня в щеку, ласково обняла и оставила заботам Шена, удалившись куда-то по своим делам.

Брат по-сво йски взял меня за плечи и притянул к себе.

— Как я уже говорил, Лети, выглядишь ты ужасно. Обязательно переоденься во что-нибудь приличное, иначе… я приму тебя за нищенку седьмой ступени.

— Раз ты так просишь, — улыбнулась я.

Надо сказать, мы с ним очень похожи. У Шена такие же темные волосы, хотя он их коротко стрижет. Зря, как мне кажется. Брату бы здорово пошли пряди, падающие на лоб. Еще у него светлые глаза и правильный прямой нос. Как у Летиции, как у меня…

Я шла следом за Шеном, полностью полагаясь на его знание дома. Сейчас главное дойти до «своей» комнаты, а там уже получится узнать о себе немного больше.

— Лети, ты как будто впервые дома, — усмехнулся брат, когда я чуть было не свернула не в тот отрог коридора — дом оказался слишком большим.

— Никак не поверю, что вернулась домой, — сказала я и коснулась висков. — Голова что-то кружится. Шен, ты не мог бы прислать ко мне Берту?

Брат удивленно взглянул на меня.

— Берту? Может, лучше позвонить Шлейну? Док всяко лучше медсестрички с побережья, а, Лети?

— Да, точно, — согласилась я. — Обязательно, но немного позже. А сейчас позови Берту, она даст мне нужное лекарство. Хорошо?

Шен тепло улыбнулся.

— Как скажешь, сестричка. Хоть это и странно.

Он щелкнул меня по носу и ушел, а я открыла дверь и вошла в свою собственную комнату.

Шагнув за порог своей комнаты, я поспешила закрыть дверь. Не потому, что хотела остаться одна, нет. Мне хотелось, чтобы никто не видел, как изменится мое лицо, как я свободно смогу сесть и заплакать, как буду вышагивать вдоль светлых стен и осматривать каждый предмет, пытаясь уловить хоть что-то, что поможет понять, как быть дальше.