Желание жить
Шрифт:
– Я же пообещал хранить тайну. – Широкая детская улыбка осветила лицо Яриса. Я покачал головой в такт своим мыслям. Как хорошо, что детям во многом присуще благородство. Только взрослые зачастую теряют его. – Мне неважно, кто вы. Ясно только одно – вы значительно лучше прошлого Шиальда. Теперь многие слуги могут вздохнуть с облегчением…
– Я и есть Шиальд… в некотором роде, – вздохнул я, понимая, что хоть что-то придется объяснить. Нет, можно, конечно, промолчать и приказать не распускать язык, но тогда я точно потеряю потенциального друга
– И вы сумели подчинить жестокость принца? – подхватил Ярис.
– Скорее, преобразовать и упрятать куда подальше, – уклонился я. Не говорить же, что я просто растворил сущность Шиальда. Так и за демона какого-нибудь примут.
– А как там рисунок? – Вот, умеет же перескакивать с темы на тему.
– Скоро закончу, если не будешь вертеться, – проворчал я, накладывая краску. Я решил сделать портрет не полностью в цвете, то есть без фона. Лишь штрихи показывали, где располагался источник света. Этим я только выделил лицо ребенка и его озорные глаза.
– Я постараюсь. – Мальчик смущенно перевел взгляд на свои руки, но, спохватившись, вновь поднял голову и принял нужную позу.
Время, пока я заканчивал работу, прошло в молчании. Но вот я отложил кисть в сторону и потянулся за тряпкой, чтобы вытереть руки, одновременно кивком разрешая Ярису подойти. Он тут же подскочил и чуть ли не вприпрыжку подбежал ко мне.
– Здорово! – воскликнул мальчик, разглядывая собственное изображение. Потом он погрустнел и с легкой завистью произнес: – Жаль, я так не могу.
– Учись, – пожал плечами я, с раздражением глядя на особо вредное въевшееся в кожу указательного пальца пятно. – Может, и не профессионально, но старайся в точности повторять все линии предмета, находящегося перед тобой. Затем, когда набьешь руку, можешь извлекать образы из головы. Только не стремись к бездумному копированию – лучше вкладывай свой смысл в каждый штрих. Ведь и абстракция – тоже вещь. Старайся передать не форму, а сущность. И вообще, не слушай меня, я не учитель.
– Но если захотите, то сможете объяснить, – заметил мальчик.
– Ага, но только когда сам пойму, – проворчал я, с ужасом представляя себя в классе, размахивающим указкой перед толпой нахальных детей, которые делают все что угодно, кроме как слушают учителя. Брр. Неудивительно, что Эвелина, то есть я, никогда не любила малышей. – Все, на сегодня рисование закончено. Приготовь мне ванну и можешь быть свободным… да, и…
– Я все сохраню в тайне, – улыбнулся Ярис, видимо уже привыкший, что я повторяю эту фразу чаще, чем «Привет». – Можете не волноваться.
– Отлично, а теперь можно отдохнуть. – И я растянулся на диване, глядя, как закрылась дверь комнатки за Ярисом. – Вот бы еще и флейту сюда…
– Что, будешь шокировать окружающих серенадами? – ухмыльнулся Барон, убедившись, что комната очищена от посторонних. –
– А жаль. Но ты прав, не все сразу, – вздохнул я, подкладывая одну руку под голову. – Эх, жизня моя не сахар…
– Главное, что она есть, а не какая она, – заметил Барон.
– И то верно, – вздохнул я.
Полежав еще минуту без движения, я резко вскочил и направился мыться.
Спустя полчаса я, удовлетворенно вздыхая, развалился в кресле в своей комнате и отбросил в сторону мокрое полотенце. Все хорошо, но вот скучно. Чем бы мне заняться? Вытирая чистые волосы новым полотенцем, я задумчиво проводил взглядом пролетевшую мимо окна птицу. Проследил за ее кувырками в воздушных потоках… и вскричал:
– О! Придумал!
– Что такое?! Где?! – всполошился до этого задумчивый и молчаливый Барон. Наконец сообразил и укоризненно посмотрел на меня. – Ф-фу! Нельзя ж так пугать! У меня чуть инфаркт не случился!!! Сидишь себе, сидишь и вдруг как заорешь!.. И нечего смеяться!..
Я скрючился в кресле, загибаясь от хохота. Потом попытался состроить на лице виноватое выражение.
– Угу, в зеркало посмотрись… Если это выражение вины, то тогда я комнатная собачка…
– Да ладно, не ворчи… – отмахнулся я и провел рукой по волосам. Конечно, влажные еще, но хотя бы вода не капает. А значит, уже можно совершить прогулку. – Ты еще меня переживешь.
– Так что ты там придумал?
– Пойду полетаю на Огненной.
– И из-за этого ты меня всполошил?! – возопил рассерженный Барон. – Эх, были бы руки, как дал бы по ушам!..
– Слава богу, что у тебя их нет, – пробормотал я, шустро натягивая одежду. На днях ко мне зашел Вильям и притащил ворох заказанных костюмов, так что теперь я могу не беспокоиться – пара брюк свободного покроя уж точно есть. Да здравствует комфорт! – Слушай, а где Огненная-то вообще обитает?
– Не, ну хозяин из тебя неважный, – покачал пушистой головой кот. Затем он достал откуда-то пульверизатор, попрыскал со своей стороны на экран (по крайней мере, мне именно так показалось) и протер тряпочкой. Конечно, это было не нужно, но, по всей видимости, Барон находил какое-то удовольствие в подобных действиях. – До сих пор не удосужился узнать про свою животинку. Пойди у Кайры спроси, что ли.
Я со вздохом признал его правоту и, нацепив амулет-каплю, двинулся на поиски сестры. Можно, конечно, сразу призвать дракона и улететь, но тогда я так и не узнаю ее местообитание. Нужно поинтересоваться у Кайры, пока помню.
Кайра обнаружилась в саду (к слову, я потратил на поиски не меньше часа), где и сообщила мне местонахождение искомой пещеры.
– Только заранее предупреди Огненную, – посоветовала сестра. – А то пальнет огнем не глядя. Драконы слишком серьезно относятся к своему убежищу, не подпуская к нему никого, кроме хозяина. Но вот самое печальное, что сразу разглядеть, кто идет, они не могут. Только если по мысленной связи.