Жду тебя

Арментроут Дженнифер Ли

Родители грозились перекрыть мне доступ к трастовому фонду, что меня только позабавило. У меня были собственные деньги, которыми я могла распоряжаться единолично, как только мне исполнилось восемнадцать. Деньги, которые я заработала. В общем, родителей я снова разочаровала, но если бы я осталась в Техасе, то, наверное, меня бы уже не было в живых.

Взглянув на часы на дисплее мобильника, я оторвалась от скамейки и перекинула сумку через плечо. На историю я уж точно могла прийти вовремя.

Корпус общественных наук стоял у подножия холма, на

который я только что взобралась. Я пересекла забитую машинами улицу и смешалась с толпой студентов: парочки, группки – многие, очевидно, знали друг друга. Но я не чувствовала себя аутсайдером, а радовалась невероятному ощущению свободы. Так приятно было оставаться незнакомкой.

Выбросив из головы мысли о своем эпохальном утреннем провале, я зашла в корпус Уайтхолл и поднялась по лестнице. В коридоре наверху было многолюдно: студенты ждали, пока освободятся аудитории. Я пробралась сквозь толчею из гогочущих компаний, избегая столкновения с теми, кто еще не успел за первый урок проснуться. Отыскав свободное местечко напротив своего класса, я села у стенки, скрестила ноги и потерла руками о джинсы, предвкушая начало занятий по этому предмету. Большинство моих сокурсников извелось бы от скуки в кабинете 101, но для меня история была первым предметом по выбранной специальности.

И если бы мне повезло, то через пять лет я бы могла работать в тихом и прохладном музее или библиотеке, составляя каталоги древних текстов и артефактов. Конечно, не самая гламурная профессия, зато идеальная для меня.

Во всяком случае, она казалась мне лучше карьеры профессиональной танцовщицы в Нью-Йорке, о которой я когда-то мечтала.

Это еще одно разочарование моей мамы. Когда мне исполнилось четырнадцать, выяснилось, что масса денег на уроки балета, которым я занималась, едва научившись ходить, была потрачена впустую. Признаюсь, я скучала по танцам, их успокаивающему эффекту, но уже не могла себя заставить вернуться в танцкласс.

– Девушка, что это вы уселись на пол?

Я подняла голову и просияла, увидев широкую лучезарную улыбку на смуглом, красивом лице Джейкоба Мэсси. Мы с ним подружились на собрании первокурсников на прошлой неделе, и в его расписании тоже была история, а еще искусствоведение по вторникам и четвергам. Мне сразу пришлись по душе его искренность и дружелюбие.

Я бросила взгляд на его дорогие джинсы, узнавая дизайнерский крой.

– Здесь удобно. Присоединяйся.

– Ни за что. Не хочу запачкать свою красивую задницу, сидя на грязном полу, – усмехнулся он и встал рядом, опираясь спиной о стену. – Постой-ка. А с чего вдруг ты уже здесь? Мне казалось, что у тебя первый класс в девять.

– Ты что, помнишь? – На прошлой неделе у нас особо и времени не было сравнить свои расписания.

– У меня поразительная память на совершенно бесполезные вещи, – подмигнул мне Джейкоб.

Я рассмеялась:

– Буду знать.

– Так ты что же, уже сачкуешь? Ай-ай-ай.

Смутившись, я покачала головой.

– Я опаздывала, а заходить в класс после начала занятий ненавижу, так что, наверное, начну со среды, если совсем не откажусь от этих классов.

– Как это «откажусь»? Не дури. Астрономия – это же самый крутой

курс. Я бы и сам пошел, если бы эти чертовы старшекурсники не заняли все места.

– Но ты хотя бы не мчался на астрономию так, что едва не укокошил парня с этого крутого курса.

– Что? – Его темные глаза зажглись интересом, и он даже присел на корточки. Но тут кто-то отвлек его внимание. – Погоди-ка, Эвери. – Он выпрямился и помахал рукой: – Эй! Бриттани. Давай сюда!

Невысокая блондинка резко остановилась посреди коридора и обернулась. Ее щеки вспыхнули, но она улыбнулась, увидев Джейкоба, и поспешила в нашу сторону.

– Бриттани, это Эвери. – Джейкоб сиял. – Эвери, это Бриттани. Поздоровайтесь.

– Привет, – сказала Бриттани, сделав приветственный жест.

Я помахала в ответ.

– Привет.

– Эвери собирается рассказать нам, как она чуть не убила парня в коридоре. Я подумал, что тебе тоже будет интересно послушать.

Я поморщилась, но любопытство в карих глазах Бриттани меня вдохновило.

– Не тяни, – кивнула она.

– Ну, я не то чтобы убила кого-то, – вздохнула я. – Но была близка к этому, и мне даже стыдно рассказывать.

– Так в этом-то ведь и самое интересное! – выпалил Джейкоб, опускаясь на колени.

Бриттани рассмеялась.

– Это верно.

– Выкладывай, сестренка.

Я откинула волосы назад и понизила голос, чтобы окружающие не стали свидетелями моего унижения.

– Я опаздывала на астрономию и неслась как угорелая, даже не глядя по сторонам. И на втором этаже, влетев в двери, врезалась прямо в этого бедного парня.

– Ой! – Бриттани сочувственно посмотрела на меня.

– Да, я чуть не сбила его с ног. Моя сумка полетела на пол, книги и ручки рассыпались. Это была настоящая катастрофа.

В глазах Джейкоба заплясали веселые чертики.

– Он был хорош собой?

– Что?

– Он хорош собой? – повторил он, приглаживая рукой свои коротко остриженные волосы. – Потому что, если он – красавчик, из этого могла бы получиться блестящая любовная история. Скажем, вы оба влюбились по уши, и ты бы рассказывала всем, как подцепила его первой.

– Боже. – Я почувствовала, как растекается тепло по моим щекам. – Да, он действительно был симпатичный.

– О, не-ет, – протянула Бриттани, похоже, прочувствовав всю глубину моих переживаний. Наверное, только девушка могла бы оценить щекотливость такой ситуации, потому что Джейкоба мой рассказ лишь раззадорил.

– Давай рассказывай, как выглядел этот роковой красавец. В таком деле важны любые мелочи.

Мне совсем не хотелось откровенничать, потому что при одной только мысли о Кэме я испытывала дрожь.

– Э-э… ну, он был очень высокий и хорошо сложен.

– Как ты догадалась, что он хорошо сложен? Ты что, успела его пощупать?

Я засмеялась, а Бриттани покачала головой.

– Серьезно, я влетела прямо в него, Джейкоб. И он поймал меня. Я не ощупывала его, но мне показалось, что у него атлетическое тело. – Я пожала плечами. – Ну, что еще… у него темные волнистые волосы. Длиннее, чем у тебя, слегка растрепанные, но…