Жажда
Шрифт:
– А Мария долго служила у мадам де Тойль?
– Полтора года. Бедняжка! Приехала в Кленовую рощу и нашла там свою смерть. – Лесник сокрушенно покачал головой.
– Прежде она здесь не жила? – спросил Мериме, достал из кармана трубку и начал набивать табаком. – Ты увидел ее в этом году впервые?
– Нет, почему же? Я знал ее еще совсем маленькой, лет четырех. Ее семья жила в Кленовой роще. Потом отец упал с лошади и сломал шею, а мать умерла от чахотки, и девочку взяла на воспитание тетка. Кажется, она держала галантерейную лавку. Не думаю, что зарабатывала
– А что заставило Марию вернуться спустя столько лет? – спросил я.
– Она говорила, что тетка умерла, не оставила ей в наследство ни гроша. Все отписала церкви. Поэтому Маше пришлось искать работу, и она решила попытать счастья в родных местах.
– Жаль, что она его не нашла, – заметил Мериме.
– Не говорите, доктор. – Лесник сокрушенно покачал головой. – Такая славная была девушка! У кого могла подняться на нее рука, ума не приложу.
– Она никогда не вела себя странно? – спросил Мериме.
Он уже успел раскурить трубку, теперь сидел и важно ею попыхивал.
– Вы о чем это?
– Ну, может, выходила по ночам или встречалась с кем-нибудь тайно?
– Нет! – резко ответил лесничий. – В Кленовой роще такое, слава Богу, не заведено. А Мария, уверяю вас, была девушкой порядочной!
Доктор притворно смутился.
– Ну, что вы. Я совсем не то имел в виду.
– Тем лучше! – отрезал лесничий и отвернулся.
Вид у него был мрачный и возмущенный.
Я взглянул на Мериме, и он виновато пожал плечами. Впрочем, едва ли доктор испытывал раскаяние.
До конца поездки я несколько раз пытался заговорить с Бродковым, но лесник отделывался отрывочными фразами. Он явно больше не желал, чтобы мы его расспрашивали. Тогда я откинулся на спинку сиденья, прикрыл глаза и решил подремать. Однако сон не шел. Вместо этого в голову лезли разные мысли, подозрения и догадки.
Что это за странная семья, которая сидит, запершись у себя дома? Кто приезжает к ним в карете и не показывается посторонним? Почему все убитые женщины прибыли в Кленовую рощу именно этой весной? В этом же году, кстати, сменился священник. Вдруг первой жертвой преступника была не Мария Журавкина, а отец Исайя? И самое главное вот в чем: связаны все эти события между собой или же это только совпадение?
Постепенно мои мысли переключились на недавнее происшествие на почтовой станции. Я даже не заметил, как увидел перед собой перепуганное лицо кучера, который теперь восседал на козлах и довольно бодро покрикивал на лошадей. Мне казалось невероятным, что буквально часа полтора назад он не желал вставать с постели и умолял дать ему успокоительное. Этот здоровый детина тогда, в комнатушке конюхов, казался таким жалким, что теперь мне с трудом верилось, что это один и тот же человек.
Мара. Кажется, именно это слово употребил кучер, говоря о ночном визитере, привидевшемся ему. Мои познания в фольклоре были
– Доктор, кто такие мары? – спросил я шепотом, чтобы кучер не услышал.
Бродков взглянул на нас с удивлением, но желания вступить в разговор не проявил. Он, напротив, надвинул шляпу на лоб и сложил руки на груди.
– Выдуманные существа, – ответил Мериме. – Являются людям по ночам, усаживаются на грудь и вызывают дурные сны. В Европе их зовут суккубами или инкубами – в зависимости от пола. Если такое существо повадится к кому-нибудь, то его жертва может умереть от истощения. Но вообще это, конечно, суеверия, объясняющие эротические сновидения и утреннее похмелье.
– Думаете, наш кучер действительно видел такую тварь? – с усмешкой осведомился я.
– Я врач, поэтому предпочитаю объяснять все с точки зрения материализма, – отозвался Мериме. – По-моему, обращаться к мистицизму стоит только в том случае, если ни одна научная гипотеза не подошла.
– То есть в принципе вы не отрицаете возможность существования суккубов? – спросил я в шутку.
Мериме пожал плечами.
– В данном вопросе трудно занять однозначно отрицательную позицию, – ответил он. – Известно множество случаев, когда люди вскрывали могилу, будучи уверены в том, что обнаружат там вампира, который приходит к ним по ночам.
– Ну и как, успешно?
– Они верили, что да. – Мериме, несмотря на абсурдность темы, говорил вполне серьезно.
– Что вы имеете в виду?
– Иногда трупы лежали на боку, причем выглядели довольно свежими, а под ногтями и на губах у них имелась кровь. Когда же им пробивали грудь колом, мертвецы издавали какой-либо звук.
Я невольно поежился и спросил:
– И это все реальные случаи?
Мериме кивнул и сказал:
– Многие из них засвидетельствованы официальными лицами, присутствовавшими на эксгумации.
– А зачем пробивать грудь?
– Чтобы пригвоздить мертвеца к земле и помешать ему выбраться из могилы, разумеется.
– Вы связываете суккубов с вампирами?
– Полагаю, это явления одного порядка.
– И как вы объясняете то, о чем рассказали, с точки зрения материализма?
Мериме пожал плечами и проговорил:
– Точно не могу сказать, но объяснения есть. Иногда тела долго сохраняют свежий вид – многое зависит от грунта и окружающей температуры. А химические реакции могут привести к образованию в трупе красной жидкости.
– Мне кажется, наш кучер стал жертвой опьянения, – сказал я. – Мужики часто ловят под лавками чертей, когда напьются.
Доктор понимающе кивнул.
– Белая горячка.
– Она самая.
– Знаете, я бы предпочел, чтобы всему сверхъестественному находилось простое и логичное объяснение.
– Почему?
– Мы, врачи, привыкли иметь дело с вещами материальными, объяснимыми. Но если нечто сверхъестественное действительно существует, то это переворачивает все с ног на голову, отменяет постулаты, на которых зиждется современный рациональный мир.