Жажда
Шрифт:
– Откройте дверь. – вежливо попросил Бекхэм.
Я взбежал по ступеням на крыльцо, на ходу выбирая на связке нужный ключ и вставил его в скважину. Высотой в 13 футов, массивные, тяжелые, вырубленные из красного дерева створки, украшенные барельефом и золотым наличником разъединились. Но чтобы открыть их, нам с Бекхэмом пришлось вдвоем налечь плечами на фасады дверей.
Оказавшись на пороге огромного холла с парадной лестницей, я перевел дух, а лорд прошел вглубь. Его шаги эхом разносились по зале.
– Это холл. – заметил я. – Из него
Бекхэм утвердительно кивнул и остановился у подножия лестницы.
– Это как раз то, что мне и нужно, мистер Крид. Чтобы проводить дни в уединении и покое. – прошептал лорд. – А подвал? В доме есть подвал?
– Разумеется. Целый цокольный этаж с котельной и складскими помещениями, переходящий в подвал. – сказал я, раскрыл свой портфель и вытащил оттуда папку с планировкой объекта. – Прошу вас.
Мы пересекли холл, очутились в гостиной с огромным вычурным замковым камином. Я разложил бумаги на кофейном столике по центру залы. Бекхэм склонился над чертежами, а я тем временем включил свет. Электричество в Данвич-Холле оставляло желать лучше, оно нуждалось в замене проводки, но все же тусклый и уставший свет был.
– Ремонт в доме не проводили со времен последнего владельца. – заметил я. – В далеком 1985 году. На удивление особняку удалось сохранить приличный вид, даже спустя столько лет.
– Когда я заеду сюда, мистер Крид, – Бекхэм оторвал взгляд от бумаг, – это место снова засияет и расцветет. Буду ждать вас среди своих гостей.
– О, благодарю вас за столь неожиданное и преждевременное приглашение. – улыбнулся я.
Я обвел взглядом залу. С потолка, украшенного лепниной, свисала огромная, переливающаяся золотом люстра. Черные витиеватые обои с бронзовыми узорами дополняли картины и настенные свечи. Тяжелые массивные портьеры изящно сочетались с высокими арочными окнами. Накрытые чехлами диваны и кресла занимали свободное пространство. Тусклое желтое свечение в совокупности с темными обоями создавало уютный полумрак.
Лорд закончил работу с бумагами и пригласил дальше исследовать дом. В ходе дальнейшей экскурсии мы посетили остальные помещения первого этажа, прогулялись по коридорам и заглянули в спальни второго, любуясь великолепными и роскошными интерьерами, и ненадолго задержались на третьем.
В конце, почти на выходе Бекхэм напомнил мне про подвал.
– Ах да, подвал. – вспомнил я. – Я приношу извинения, мистер Бекхэм, но к сожалению, сейчас я не смогу показать вам его, в силу того, что там нет электричества. Согласно, технической документации проводка там вышла из строя. Если во всем доме свет еще более-менее есть, то там кромешный мрак.
– Потрясающе. – улыбнулся он и его глаза блеснули в темноте.
– В смысле?
– Ничего страшного, мистер Крид. В таком случае, на этом мы с вами расстанемся.
–
– Этот дом буквально был создан для того, чтобы я приобрел его. – ответил лорд. – Завтра я внесу аванс. А вы пока готовьтесь к сделке.
Шофер захлопнул перед моим носом дверцу и проследовал к водительской двери. Я проводил его взглядом и тоже вернулся за руль.
На улице совсем стемнело. По черному куполу неба плыли серые облака, принявшие формы летучих мышей…
Я лег в горячую, расслабляющую пенную ванну. Откинул голову. Из моей головы начали вылезать навязчивые и безумные мысли, блуждавшие там после визита в Данвич-Холл. Я погрузился в дрему.
«Нет жизни без крови, Джеймс…» – в темноте прозвучал ее голос.
Тьма рассеялась. Обнаженная, с распущенными волосами Каролайн сидела напротив меня. Ее алые губы растягиваются в похотливой улыбке, белоснежные клыки блестят. Она неторопливо подбирается ко мне. Ее упругая грудь касается моей. Черные блестящие волосы щекочут мне кожу. Я зарываюсь рукой в ее волосах, второй обнимаю ее за талию. Снова мне становится холодно, внутри все порастает льдом. Ее холодные губы соприкасаются с моими. Кончики языков ищут друг друга. Вода в ванной постепенно остывает.
Каролайн раскрывает рот. Из десен вырастают клыки. Она начинает пить мою кровь. Та тонкой струйкой стекает по моей шее вниз, окрашивая воду в бордовый. Я ощущал на себе горячую, пульсирующую жидкость. Она продолжает течь.
Каролайн отнимает губы от моей шеи и слизывает языком кровь. Я глажу ее рукой по щеке. Она прикрывает глаза своими длинными ресницами.
– Любовь… – вздыхает Каролайн. – Живет вечно.
С этими словами она отталкивается от меня и ложится на спину, вытягиваясь во весь рост. Кончики пальцев ее ног касаются моей груди. Вода в ванной совсем остыла. Она обволакивает…
Все начинается расплываться. Мир двоится. Перестает быть четким. Каролайн превращается в видение и ускользает. Вода снова становится теплой и чистой.
Я раскрываю глаза. Боже. Это был всего лишь сон.
Так. Чемодан собран. Все вещи аккуратно сложены и упакованы. Осталось только проверить билеты и паспорт. А также позвонить Джеймсу и предупредить, что его давняя подруга скоро нанесет ему дружеский визит. Хотя? С одной стороны, я еду исключительно в целях командировки. С другой, кроме Джеймса в Нью-Йорке у меня нет знакомых и обратиться в случае чего не к кому.