Жажда тебя
Шрифт:
– Ты, - заявляю в тон ей.
– Тоже видел яркие сны?
– Я не помнил, что там было. Вообще, плохо соображал. Но главное разбирал точно, в каждом кадре я встречал тебя.
Соня отдергивает ладонь, как будто обжигается, а в следующий момент она обе руки запускает под мою футболку, проходится пальцами от живота к груди, чуть царапает ногтями.
– Шальная, – ухмыляюсь. – Теперь сама меня раздеваешь?
– Я просто хочу тебя почувствовать, - ее голос звучит непривычно, хрипло и надтреснуто, а в глазах небо захвачено штормом. –
Ей не надо повторять дважды. Я быстро избавляюсь от одежды, сдергиваю с себя всю ткань до последнего клочка, отбрасываю к чертям. Я вбиваю крепко стиснутые кулаки в мокрый песок, нависаю над Соней, накрываю ее своим телом, расталкиваю бедра в разные стороны, забрасываю к себе на пояс, притягиваю вплотную.
Я обалдеваю от такой тесной близости. Кайфую.
А потом как зверь на добычу набрасываюсь, покрываю жадными поцелуями. Без стыда. Без жалости. Беру девчонку губами и языком. Пробую на вкус. Пожираю. Впитываю.
Она дрожит. Боится меня? Пугается такого напора?
Я отстраняюсь и смотрю на нее.
– Соня?
Я трусь щекой о ее щеку, шумно втягиваю воздух. Разрываю контакт и ловлю затуманенный взгляд.
Она мотает головой. Неопределенно. И это бесит. Мне бы хотелось пробраться в самую глубь и прочесть все ее мысли, разобраться что к чему. Ладно, пока еще подожду.
Соня обвивает руками мои плечи.
– Держи крепче, - шепчет.
Держу. Никому не разрешу отобрать. Никогда хватку не разожму. Зубами вопьюсь, костьми лягу, но мою девочку не отдам. Украду, уведу, отобью даже у смерти.
Я сжимаю ее грудь ладонями, прижимаюсь ртом к напряженно выгнутой шее, провожу языком по горлу.
Дьявол. Здесь разверзается пекло.
Я ловлю бешенный пульс, прихватываю кожу на острых ключицах, прикусываю и мигом зализываю следы. Опускаюсь ниже. И ниже. Я выжигаю дорогу из поцелуев между ребрами. Губами рисую узоры на плоском животе. Грубо. Алчно. Я не могу притормозить. Не хочу. Я ничего вкуснее этой гладкой нежной кожи раньше не пробовал.
Взвываю. Рычу. Бесы раздирают меня изнутри. Я наступаю на глотку собственной похоти, задыхаюсь и давлюсь голодом. Нужно распалить Соню, довести до предела. Мне мало, чтобы просто меня хотела. Пусть горит. Пусть изнемогает. Пусть полыхает на холодном песке, под проливным дождем. Пусть забудет про дикий ветер и бурю вокруг. Пусть отрубится. Пусть отключится. Пусть прочувствует мои чувства.
Я продвигаюсь ниже и натыкаюсь на кружево, вгрызаюсь в него, раздираю белье в клочья. Девчонка содрогается, а я целую ее бедра. Прохожусь ртом по коленям, по икрам, по щиколоткам.
Откуда она такая взялась? Охренительно идеальная. Даже тонкий белесый шрам на лодыжке смотрится круто. Вот где я должен был след искать еще в первую встречу. А, то протупил, затянул. Мог же сразу разоблачить мою маленькую лгунью. Мог ее залюбить прямо в той гребаной элитной квартире. Только время терял.
Соня. Моя ты. Моя! Не сбежишь. Поняла?
–
Она выгибается, подается вперед. Расслабляется в моих руках, отдается порыву. Реальность взорвется, разлетится на миллиарды осколков. Но мы вряд ли это заметим. У нас грядут совсем другие взрывы.
– Захар, - Соня выдает мое имя сквозь стон.
Я вхожу в нее. Одним толчком, на всю длину. Проникаю до упора, растягиваю тугие и горячие стенки, раскрываю влажные створки. Врезаюсь внутрь. Вламываюсь. Жарче моей девочки ничего в мире нет. Она нутро в пепел сжигает.
– Я на тебе повернулся, - шепчу, ощущаю ее дрожь, ловлю одержимое сокращение мышц и шалею. – Мозг закоротило.
Соня вскрикивает и прогибается. Дышит рвано и прерывисто, каждым своим жестом до черты доводит, на край толкает. Содрогается раз за разом.
Я толкаюсь в нее. Мощно. Медленно. Намеренно растягиваю движение. Потом почти покидаю тело и вбиваюсь обратно.
Дьявол раздери. Она мокрая насквозь. Явно не от дождя. А подо мной становится еще мокрее. Растекается.
Нереальное чувство. Непередаваемое. Пробовать ее кайф. Телом ощущать. Членом. Каждой жилой. Веной.
Я двигаюсь дальше. Сильнее. Жестче. И снова снижаю ритм. Даю ей возможность привыкнуть.
– Захар, - бормочет она, задыхаясь. – Захар.
Опять не то обнимает меня, не то отталкивает. Трепещет. Напрягается. Низ ее живота вибрирует. Наши тела будто током спаянны.
Я врываюсь в нее до предела и застываю. Склоняюсь, целую, трахаю ее рот языком, а бедрами двигать не тороплюсь. Шарю ладонями по телу. Обвожу. Оглаживаю.
Моя, моя, моя.
Впадаю в безумие.
Толкаюсь еще раз. Резко. Прошиваю, пробиваю так, что ее кожа моментально покрывается колючими мурашками.
Я сминаю ягодицы девчонки, притягиваю ее плотнее, до невозможности тесно. Нанизываю на член. До конца взять хочу.
А потом действую нежно. Ласкаю. Там. Так. Никогда ничего похожего не вытворял, сам не понимаю, откуда это берется.
Девчонка кончает. Но я не ударяю по тормозам. Продолжаю свое брать. Размеренно. Сладко. С оттяжкой. Еще и еще. Пью ее кайф. А она сильнее дрожит. Полыхает. Бьется подо мной как пламя.
Я практически забываюсь. Чуть не разряжаюсь в нее. В последний момент покидаю раскаленное тело, заляпываю спермой судорожно сокращающийся живот.
– Что это было? – шепчет она, едва дыша.
– Жажда.
Я заваливаюсь на песок рядом с ней, прижимаюсь к Соне всем телом, сгребаю мою девочку в объятиях. Дышу ею – и не могу надышаться. Опять целую, веду языком по губам, по коже, пробую поймать каждый толчок ее крови, вобрать в себя.
– Это жажда, - говорю, глядя в ее сверкающие глаза. – Жажда тебя.
Глава 6
Где она?
Лучи восходящего солнца режут глаза. Гроза затихла. Остался только запах, продирающий свежестью насквозь. Острый аромат. Ранящий.