Жатва. Том 1

Мичурин Артем Александрович

Красавчик склонил голову набок и снова фыркнул.

— Странно... Ого! — отвлёк мое внимание от золы предмет, явно заслуживающий его в куда как большей степени. — Ты смотри! Это ж настоящий меч! — поднял я с пола полуметровый клинок с крестообразной гардой и веретенообразной рукоятью.

Сталь была испещрена оспинами ржавчины, но выглядела крепкой. Даже режущая кромка сохранила какую-никакую остроту. Я вытянул руку и примерился к непривычному оружию — лежит, как влитой, баланс отличный. — Крутанул я меч кистью. Да, не кинжал, конечно, тяжеловат. Но всё лучше, чем с голыми руками.

— Надо найти выход. Не знаю, в какую

дыру и как мы попали, но из этого каменного мешка пора выбираться. Предлагаю начать поиски оттуда, — указал я на массивную дверь с засовом и смотровой щелью. — Выглядит, так, будто снаружи опасно, да? Это нам и нужно. Погоди-ка, — отодвинул я задвижку и глянул в щель. — Хм, коридор. Посторонись.

Тяжёлый засов рухнул на пол, и в лицо дыхнуло сыростью.

— Давай вперёд, — размял я запястья и пошёл вслед за Красавчиком по сырой каменной кишке.

Кишка ожидаемо привела к дефекационному отверстию в виде низенькой обитой металлическими полосами дверце с кованым засовом, отодвинув который я освободил проход и мы с Красавчиком, благополучно вывалились наружу, обогатили собою этот дивный новый мир.

— Ух, — передёрнул я плечами и кивнул на оставшуюся за спиной крепость, — жуткое местечко, расскажи кто — не поверил бы. А вот в это, — указал я на красный диск в небе, — до сих пор не верю. Может, атмосферный феномен какой? Или мне дурь в стакан подмешали? А, что скажешь? Да, знаю, слишком уж реально для прихода. Бля, и куда теперь двигать? Прямо предлагаешь? Ну что же, эта идея ничем не хуже прочих. Вперёд.

Мы шагали по полю, заросшему странной высокой травой. Не видел раньше такую — песочно-жёлтая, будто высохшая, но к земле не гнулась, стояла вертикально, и лишь при порывах ветра шла волнами, почти как вода.

— Что такое? — остановился я, увидев, как Красавчик задрал морду, принюхиваясь. — Мы не одни?

Мой четвероногий напарник дёрнул головой влево и дважды фыркнул... Странно так фыркнул, будто сказал: «Зверь. Там».

Трава снова пошла волнами под порывом ветра, но в этот раз мягкие волны нарушала борозда, движущаяся в нашем направлении. Её легко было не заметить, если не смотреть в нужную сторону. Кто-то явно хотел познакомиться с нами поближе, и его намерения едва ли были дружелюбными.

— Ты знаешь, что делать, — рефлекторно встал я в стойку, держа меч правой рукой возле бедра, будто это был нож, хоть и ясно ощущал порочность такой изготовки, но переучиваться было поздно.

Крадущаяся в траве тварь прыгнула, не дойдя метров двух. Я резко принял влево и рубанул снизу вверх по диагонали. Рука почуяла, как клинок скользнул по упругому телу, но и только. Зверь пролетел мимо и снова скрылся в траве. Скрылся от меня. Но не от Красавчика. Соскучившийся по хорошей драке засранец рванул за своей порцией кровавого веселья. Заходящая на второй круг тварь подобной дерзости явно не ожидала. Красавчик летел к цели по прямой, даже не пытаясь скрываться. Какие там нахуй прятки, он сминал траву, как паровой каток, и заливался таким задорным рыком, что у меня сердце сладко защемило от радости за этот зубастый комок мяса. Столкновение грациозного бесшумного хищника диких прерий с четвероногим мясоперерабатывающим комбинатом произошло, как и следовало ожидать, на условиях комбината. Трава вокруг вдруг беспорядочно затряслась, в воздухе хаотично замелькали чьи-то конечности, похожие на кошачьи вопли из яростных быстро

сменились явно ошарашенными, а очень скоро и вовсе превратились в хлюпающие хрипы.

Когда я подошёл к месту скоротечного боестолкновения, Красавчик всё ещё жевал горло поверженного противника, явно наслаждаясь бьющими в пасть струйками тёплой крови. Какой же он всё-таки милый.

— Ну и кто тут у нас? — присел я рядом. — Ого, крупная скотина.

Зверь лежал на спине, раскинув ноги с широкими мягкими лапами, более всего походящими на рысьи, но раза в два крупнее. Залитая кровью голова тоже была сродни кошачьей, но с гораздо более длинной мордой, вооружённой весьма внушительными клыками.

— Хм, самка. Не желаешь?

Красавчик перестал жевать и посмотрел на меня, будто бы с осуждением.

— А... Первый трофей за долгое время, нужно отнестись с уважением. Понимаю. Ну, тогда я... Что? Ноги задние отрежу. У нас жрать нечего, а цивилизация тут хер знает в какой стороне. Ты, кстати, подкрепись, пока есть чем. Отбивных в ближайшее время не обещаю.

Кое-как разделав убоину, сунув меч за брючный ремень и взвалив на каждое плечо по окороку, я двинул к лесу. Красавчик, с трудом проглотив кусок и рыгнув, присоединился к этому пути в неизвестность.

— Чудные здесь деревья. Не находишь? — тронул я шершавую кору ствола с раскидистой полуголой кроной. — Будто бы сосна, а с листьями.

Красавчик фыркнул и оценил мои ботанические изыскания обоссыванием исследуемого объекта.

— Ну да, о чём это я, дерево как дерево.

Но, несмотря на скептицизм Красавчика, лес и впрямь был необычным. Во-первых, тут не было подлеска, совсем. Только палые листья, устилающие узловатые корни кряжистых великанов, чьи ветви сплетались над головой, словно рыбацкая сеть. И эта аналогия рождала в голове тревожные мысли. Во-вторых, лес был подозрительно тих. Ни птиц, ни мышей, ни гадов, даже червей нет — убедился я, расковыряв твёрдую почву мечом. Нехороший признак. Мой опыт подсказывал, что места, лишённые собственной живности, крайне недружелюбны и к живности пришлой. Радиация? Токсины?

— Сожрёшь? — сунул я Красавчику под нос один окорок, но получил отказ. — Придётся бросить. Не нравится мне здешняя природа, надо выбираться отсюда и хорошо бы налегке. Чего добру пропадать?

Но избалованная ромштексами скотина скривила морду, очевидно оставшись не в восторге от вкусовых качеств дичи.

— Не похоже на тебя, — поднёс я кровоточащий ещё срез ко рту и куснул. — Тфу, бля! Мог бы и раньше сказать, что несъедобно.

Шагать по странному лесу без поклажи было легко, и мы быстро углублялись в его недра, становящиеся всё более тёмными. Тут дело было как в кронах, переплетающихся настолько густо, что свет с трудом проникал внутрь, так и в самом источники света — громадном красном диске, быстро клонящимся к горизонту. При этом заметно холодало.

— Ну хоть сутки более-менее привычной длины. Представляешь, если б эта байда висела в небе постоянно? Жуть.

Красавчик повернул голову и многозначительно приподнял бровь.

— А что? Хуй знает, где мы очутились. Может, за полярным кругом. Да без понятия как! У тебя получше объяснение есть? Тс-с! — остановился я и припал на колено, рефлекторно шаря рукой в поисках огнестрела. — Видишь?

Метрах в сорока что-то двигалось среди деревьев. Что-то бесформенное, но размерами напоминающее человека.