Жаркая неделя

Марш Никола

Он не искал серьезных отношений и сам сообщил ей об этом.

На протяжении последней недели она позволила себе помечтать немного о ненавязчивом, легкомысленном романе без всяких обязательств, но в итоге отказалась от этой идеи. Не было смысла отрицать появление слабой надежды на то, что Кэллам в процессе может захотеть чего-то большего…

Она столько времени потратила на Сержио! Он прекрасно подходил Стар: такая же работа, общие друзья, схожие интересы и цели. Но в первый же год они стали отдаляться друг от друга.

Стар пыталась как-то смягчить положение, все свои усилия направив на создание уютного дома. Она долгое время довольствовалась игрой в великую любовь, хотя на деле у нее был посредственный, ничем не примечательный роман.

Ни к чему не обязывающий секс с Кэлламом – чистой воды мазохизм. Как Стар не пыталась убедить себя, что сможет наслаждаться маленькими радостями жизни в постели и не думать о других сторонах отношений, ей это не удалось.

Пробормотав пару ругательств, она переоделась в ночную рубашку, чувствуя себя слишком уставшей, чтобы принимать ванну, и легла в постель. Ей нравилась эта кровать. Каждый вечер, устраиваясь на мягких подушках и глядя на газовый полог, мягкими складками ниспадающий вниз, на пол, она чувствовала себя настоящей принцессой.

Далекое ворчание грома приблизилось, и Стар закрыла глаза, надеясь, что гроза быстро пройдет. Она всей душой ненавидела такую погоду – жуткие ураганы Квинсленда были весьма свежи в ее памяти.

Стар знала, что никогда не забудет, как, согнувшись в три погибели, пряталась в буфете, зажав уши руками и не утруждаясь вытирать потоки слез, когда завывающий ветер бил в окна и хлопал ставнями, а молнии всполохами освещали стены их небольшого прицепа.

Девушка невольно охнула и открыла глаза, когда раздался оглушительный удар грома. Она нырнула под одеяло с головой, обхватив себя руками.

Да, это глупо.

Стар пережила огромное количество гроз, и не все пугали ее до дрожи. Это просто еще одна. Заставив себя расслабиться, девушка села, взяла стакан с прикроватного столика и выпила воды.

Небо озарилось новым всполохом молнии, комната на миг осветилась, и Стар снова напряглась, ожидая неизбежного раската грома. У нее было целых десять секунд. Однако она оказалась совершенно не готова к оглушительному треску, за которым последовал настоящий взрыв прямо у нее над головой.

Пролив на себя оставшуюся воду, Стар уронила стакан и метнулась к двери, испугавшись, что сейчас крыша обрушится прямо на голову. Все розетки в доме шипели и искрились, а термостат, висевший на стене, с громким треском осветился.

Девушка еще не успела осознать, что произошло. Зато сработал инстинкт самосохранения, заставляя ее босиком бежать по тропинке, спотыкаясь о камни. Крупные капли дождя хлестали по ее телу.

Едкий запах горящих проводов наполнил ноздри, когда Стар, задыхаясь, мчалась к главному дому. Взлетев по ступенькам крыльца, девушка без сил привалилась к задней

двери и начала стучать кулаками по толстому стеклу. Новый раскат грома заставил ее закричать от страха.

– Кэллам! – завопила она, продолжая молотить кулаками по двери, когда неожиданно та распахнулась.

В следующее мгновение Стар уже плакала, вцепившись в мужчину и прижавшись к его груди.

– Все в порядке, я с тобой.

Теперь, когда одна сильная рука крепко обнимала ее, а другая гладила по волосам, Стар поверила, что все в порядке. Сердце немного успокоилось, она сделала несколько неровных глубоких вдохов и отстранилась, чтобы вытереть глаза.

– Гроза… Молния ударила в коттедж. Был взрыв…

Кэллам кивнул:

– Я все видел сверху. Молния ударила прямо в антенну на крыше. Черепица полетела во все стороны. Я уже спускался вниз, когда услышал, что ты стучишь в дверь.

– Ты должен что-то предпринять! Вся эта шикарная мебель будет уничтожена, там, наверное, уже полно воды…

– Я разберусь. С тобой все будет в порядке, если я оставлю тебя на несколько минут и схожу посмотреть, что происходит в коттедже?

– Угу…

Голос жалко дрогнул, и Стар, поморщившись, мягко подтолкнула его к ступенькам.

– Иди. Я буду ждать здесь.

Помедлив, Кэллам погладил девушку по щеке, а потом взял фонарь и нырнул под дождь.

Зубы громко клацали от холода. Стар отчаянно терла свои голые руки, надеясь, что Кэллам скоро вернется. Она подскочила от страха, когда раздался новый раскат грома. Запоздало осознав, что совсем промокла и замерзла, Стар выглянула из-за двери, пытаясь рассмотреть хоть что-нибудь сквозь пелену дождя. Она почувствовала себя очень глупо, запоздало сообразив, что не смогла бы увидеть коттедж, потому что от большого дома и бассейна его отделяет изгородь.

Она точно проклята! Видимо, судьбой ей предназначено терять любой дом, который только начинал нравиться…

То же самое случилось, когда ей было семь лет. Они жили в Аделаиде, и родители задержались там больше чем на год. Стар успела даже украсить комнату постерами и фотографиями. Так было с квартирой у самой гавани в Сиднее, а теперь еще и с этим коттеджем, в котором она не успела прожить и десяти дней.

– Да, это хорошее, качественное проклятье. Может, даже наследственное, – пробормотала девушка.

Она снова подскочила от неожиданности, когда сквозь дождь к ней метнулась тень. Сердце сжалось, когда Стар поняла, что перед ней промокший насквозь Кэллам.

– Там все в порядке?

– Угу. Потолок выдержал, но на крыше огромная дыра там, где отлетела черепица. Я позвоню в свою страховую компанию, и они кого-нибудь пришлют, чтобы сегодня же ее заделать. А завтра займутся ремонтом как следует.

Кэллам схватил телефон со скамейки и смахнул с лица облепившие голову пряди мокрых волос.