Жаркая неделя

Марш Никола

Кэллам сумел вернуть себе здравый смысл еще во время их жаркого поцелуя. Стар же потребовалось целых семь дней, чтобы прийти в себя. Да, между ними что-то определенно было… Но если оба сосредоточатся на деле, игнорировать это не составит труда.

Стар окончательно отбросила свои изначальные сомнения о работе под началом человека, с которым не так давно провела дивную ночь. Сейчас она смотрела на эту ситуацию трезво и здраво, понимая, что тот спонтанный поцелуй был всего лишь следствием,

остаточным эффектом их недолгой интрижки. Подобного все равно не удалось бы избежать.

– Доброе утро.

Стар сама не заметила, как приблизилась к офису, и подскочила от неожиданности, услышав тихое приветствие. Разумеется, она сразу же узнала этот спокойный, ровный голос.

– Ты рано встал.

Она обернулась и увидела Кэллама – он стоял рядом в бледно-голубой строгой рубашке с закатанными рукавами, черных брюках, немного растрепанный… Ее сердце не замерло, как полагалось, а совершило сложный кульбит, за который любой гимнастке дали бы золотую олимпийскую медаль.

Он выглядел просто потрясающе! От кончиков ботинок до кончиков волос.

Сержио тоже был красив – но совсем по-другому, слишком ярко, приторно. Элегантная сексуальность, присущая Кэлламу, была ему недоступна. Каждый раз, когда ее новый босс появлялся в офисе, у Стар перехватывало дыхание.

– Я приехал поздно вечером.

– И с тех пор сидишь здесь?

– Да. Нужно многое наверстать.

Как она и ожидала, после недельного отъезда Кэллам вновь успешно спрятался в раковину вежливой отчужденности, притворяясь, что тот поцелуй им обоим приснился.

– В таком случае докладываю, что в офисе все в полном порядке.

– Это хорошо.

Под его пристальным взглядом Стар испытала томительное волнение, от которого по спине побежали мурашки. Возникало странное ощущение, словно Кэллам видит ее насквозь.

Она неловко поерзала, чувствуя себя очень и очень неуютно и жалея, что не может прочесть его мысли. Девушке очень хотелось узнать, о чем думает ее босс, какие чувства испытывает. Сама она вновь ощутила никуда не девшееся притяжение – постоянное напоминание о той страстной, безудержной ночи…

– Я хочу принять душ.

Сказав это, Кэллам взъерошил волосы пальцами и направился к двери.

Когда он приблизился к столу Стар, девушка заметила, что под его глазами залегли темные круги, а вокруг рта появились усталые морщинки. Что заставляет этого человека работать как проклятого? Почему в первую же ночь, едва вернувшись домой после недели утомительных совещаний, он решил загнать себя до изнеможения?

– Что ж, в таком случае скоро увидимся в офисе.

– Я сначала хотела бы погулять.

Он удивленно приподнял брови, словно девушка заявила, что собирается крутить хула-хуп посреди центрального

проспекта.

– Мой рабочий день официально начинается в восемь, не забыл? Если, конечно, я не нужна тебе для чего-нибудь срочного…

В тот же миг в его глазах вспыхнуло пламя страсти, но Кэллам быстро моргнул, и наваждение испарилось.

– Я подожду.

Его тон, отрывистый и деловой, причинял боль. Неужели его невозможно вывести из себя?

– Отлично. В таком случае увидимся позже.

Девушка резко повернулась к двери, разозлившись на Кэллама и заодно на себя – неужели после целой недели увещеваний она все равно хочет его?! Однако в тот же миг мужская рука тяжело легла на ее плечо, заставляя обернуться.

– Что случилось?

Сжав губы, Стар упрямо покачала головой:

– Ты не хочешь этого знать, поверь.

– А вдруг хочу?

Ее сердце замерло, когда мужчина наклонился поближе и дразнящий запах дорогого лосьона после бритья с ноткой цитрусовых накрыл ее дурманящей волной. Стар в ту же секунду захотелось упасть в его объятия и забыть об окружающем мире.

Напряженное молчание между ними словно сгущалось с каждой секундой.

Предвкушение. Другое слово было бы неуместно. У Стар, похоже, развилась острая потребность в этом чувстве. Ей нравилось, как покалывает кожу, как в ушах невнятно гудит от притока адреналина, еще до выхода на сцену… В такие минуты Стар всегда казалось, что она стоит на пороге чего-то удивительного, возбуждающего. Пульс ускорялся, сердце с силой билось о грудную клетку, все тело оказывалось захваченным томительным ожиданием…

– Я не хочу, чтобы сегодня что-то мешало работе. У нас куча дел. – Кэллам опустил руку и отошел на шаг. – Поэтому если что-то не так, скажи мне.

Работа. Ну, разумеется. Можно подумать, он заботится о своей секретарше. Как будто мистеру Картрайту есть до нее дело…

Мысленно обозвав себя последними словами за нелепую веру в то, что босса тянуло к ней так же, как ее к нему, Стар скрестила руки на груди:

– Мне не хватает физических упражнений, репетиций. Из-за этого я становлюсь нервной и раздражительной.

Кэллам испытующе посмотрел на нее, а затем указал на дверь, ведущую в коридор.

– Бальный зал в той стороне. Пользуйся, не стесняйся!

– Что, правда?

– Если это поможет тебе сконцентрироваться на работе – ради бога.

– Спасибо.

Она должна была прыгать до потолка от радости. Ей досталась хорошая работа с приличным заработком, замечательное бесплатное жилье, а теперь к этому богатству прилагается и место для танцев! Она сможет без особых проблем обрести былую форму, прежде чем начать обход местных танцевальных студий.