Жар мечты
Шрифт:
– Откуда вы знаете?
– По всему видно, что ты не умеешь пить.
– Правда! Этим вечером я впервые в жизни попробовала вино!
Она повисла на его руке и посмотрела на него снизу вверх.
– Простите, что я тогда ударила вас по щеке…
– Инцидент исчерпан. А теперь будь внимательна: ступеньки!
– Я проклинаю свой ужасный характер, – не унималась девушка. – Вы, наверное, тоже обратили на него внимание…
– Да уж, у меня было время для этого!..
– Но и ваш характер не лучше.
– Согласен, – склонил голову Ник.
Опираясь
– Ваши друзья такие хорошие. Как вы думаете, я им понравилась? А вам? Я не ляпнула за столом чего-нибудь лишнего?
– Кому-кому, а уж Бену с Кларой ты понравилась без всяких сомнений. Да и на меня, ты, ирландочка, сегодня не производишь плохого впечатления…
Такой ответ Ника вызвал в Саммер новый прилив нежности к этому сумрачному, нелюдимому красавцу. С трудом ворочая непослушным языком, она решилась спросить:
– Я все еще не нравлюсь вам, мистер Сейбр?
– С чего ты это взяла? – Ник не без иронии вскинул брови.
– Но вы мне все время так говорили…
– Хм… Может, мне просто не хватало галантности? Приношу свои извинения.
– Извинения приняты. – Светлая улыбка девушки заставила его посерьезнеть. Он осмотрелся.
По обе стороны тропинки их окружали клумбы ароматных цветов всевозможных красок и оттенков. Гигантский сарай для шерсти лишь отдаленно напоминал то маленькое строеньице, которое Ник соорудил у себя. Стрижкой овец здесь занималось не меньше двадцати человек: одни стригли, другие рассматривали клеймо, сортировали шерсть, третьи разносили тюки с шерстью по определенным кладовкам.
Вслед за этим Саммер показали дом для работников, где сейчас на кроватях, выстроенных в ряд, спали работники второй смены. На общей кухне, пристроенной сбоку, повар раздавал еду и разливал чай добродушным рабочим.
Во время всей экскурсии Саммер внимательно наблюдала за мужем. Как обычно, Сейбр говорил мало, но его глаза, на этот раз не скрывали истинного восхищения и даже некоторой зависти. С присущей всем женщинам горячностью Саммер тут же пожалела, что эти сильные чувства, столь редко проявляемые Ником, не имеют к ней никакого отношения.
Пока Бен показывал Нику машинку для стрижки овец, привезенную из Австралии, Клара и Саммер присели отдохнуть на скамейку под деревом, легкий ветерок шелестел листьями и обвевал их разгоряченные лица.
– Ну, как вам нравится Новая Зеландия? – спросила Клара.
Не сводя глаз с Сейбра, Саммер ответила:
– Очень нравится.
– А чем вы занимались в Англии? Она улыбнулась:
– Так вот зачем вы пригласили меня, миссис Биконсфильд? Из любопытства? Щеки Клары вспыхнули.
– Признаюсь, я действительно довольно любопытна! Девушке очень приглянулась Клара, с ее мягкими чертами лица и нежной, фарфорово-белой кожей. На Кларе было нарядное платье, вроде того, что Саммер видела в Крайстчерче, в витрине магазина.
– Как они заняты этими дурацкими овцами. – Клара вздохнула и взглянула на своего мужа. –
– Но здесь ведь есть и другие женщины, – удивилась Саммер.
– Да, но из-за неудачных стычек между фермерами-старожилами и «какаду» и желания Бена оставаться нейтральным в этом конфликте, мне становится все труднее поддерживать отношения с женщинами, принадлежащими к враждующим сторонам.
– Мы с Николасом – как раз «какаду», – заметила Саммер.
– Да, но Ники с Беном дружат уже несколько лет. Ник работал у нас, когда только приехал сюда из Англии. Кроме того. Ник – совсем другое дело.
– Почему же?
– Одно только его благородное происхождение чего стоит!
– То, что он аристократ или был таковым, само по себе не делает его лучше других, – возразила Саммер. – Как, впрочем, и то, что ваша большая ферма, не делает вас лучше остальных «какаду», борющихся здесь за свое выживание.
Клара посмотрела на девушку долгим взглядом.
– Вы совершенно правы. Извините меня.
Постепенно женщины разговорились. Взгляд Клары стал мечтательным, когда она вспомнила, что, приехав в Новую Зеландию, мечтала учить детишек.
– Люблю детей, – говорила она. – До того, как встретить Бена, я работала гувернанткой и даже сейчас не прочь тряхнуть стариной.
– А почему же вы не преподаете здесь? – спросила Саммер.
– Это невозможно. Мы живем слишком далеко от Крайстчерча.
– При чем тут Крайстчерч? На наших холмах полно детей, которым нужно учиться. Уверена, их родители были бы очень благодарны вам за помощь…
– Я уже собралась было вначале, когда «какаду» принялись строить свою школу, но потом я посоветовалась с Беном, и он… мы… решили, что это неприлично. Таким образом мы сразу встали бы на сторону одной из враждующих группировок.
– Выходит, дети страдают только потому, что их родители не могут сосуществовать? Клара виновато покраснела.
– Да. Некрасиво получается. – Она вздохнула. – Но я действительно люблю детей. Нам с Беном не остается ничего иного, как завести собственных, но это так опасно… – Ее голос дрогнул. – Да, нам должно надеяться и молиться. Кто знает, что будет завтра?!
Они перешли на другие темы. Вспомнили Шона 0'Коннелла.
– Определенно, между ним и Сейбром есть какой-то конфликт, – сказала Саммер. – Может, Шона просто выводит из себя то, что Николас поселился в его районе?
– Есть и другие причины, – пояснила Клара. – Странно, что Ники сам не сказал вам об этом. Шон винит Ника в своей неудачной женитьбе и даже в смерти жены…
Саммер замерла:
– Сейбр был влюблен в Колин 0'Коннелл?
– Нет, но Колин была влюблена в Ника. Они познакомились, когда Колин жила у нас, пока Шон заканчивал строительство своего дома. Боюсь, Колин, влюбилась в Ника глупой, детской, ненормальной любовью. Она использовала побои предлог, любую причину, любую возможность, чтобы подкараулить, подстеречь Ника.