Жалкая
Шрифт:
Я моргаю, и мое зрение затуманивается, но не настолько, чтобы не заметить, как Дороти ухмыляется, прежде чем повернуться и последовать за нашим отцом, когда он уходит.
Десять. Девять. Восемь…
***
— Мне нужна твоя помощь.
Коди вертится в своем кресле, наушники обвивают его шею, а светлые волосы растрепаны в сотне разных направлений.
— Расскажи мне что-то новое.
Он улыбается, но я нет, и его лицо превращается
Я качаю головой, не зная, с чего начать, и, честно говоря, не уверена, как много я должна ему рассказать. После того, как Дороти и мой отец покинули мою оранжерею, я хотела схватить свой Desert Eagle и выстрелить им обоим в головы.
Эта идея всё ещё в силе.
Но я бы предпочла увидеть лицо отца, когда все вокруг будет полыхать.
А Дороти? Я хочу посмотреть, как она горит.
— Ты в порядке? — спрашивает он.
Мои ноги трясутся, заставляя стул, на котором я сижу, раскачиваться взад-вперед.
— Как давно мы дружим?
Коди закатывает глаза.
— Кажется, что целую вечность.
— Ты можешь быть серьезным, пожалуйста? Я пытаюсь открыться тебе сейчас, и ты просил меня об этом с тех пор, как переехал обратно…
— Три года назад.
Я киваю.
— Точно. Три года.
— Дольше, если считать среднюю школу, — замечает он.
— Значит, я могу тебе доверять, так?
Его брови нахмуриваются, и он толкает стул пятками вперед, перекатываясь по земле, пока не оказывается достаточно близко, чтобы взять мои руки в свои.
Мои внутренности напрягаются, мне не нравится это прикосновение, но я не отстраняюсь.
— Ты мой лучший друг, малышка.
Сглотнув, я киваю.
— Я не была с тобой до конца честна.
Он задыхается, прижимая руку к сердцу.
— Я в шоке. Дай угадаю, ты трахаешься с тем парнем, Брейденом?
— Я… что? Нет… — я качаю головой. — Ну, да, но это не то, о чем я хочу рассказать.
Он щелкает пальцами, хихикая.
— Я знал это. Я знал, что он запудрил тебе мозги.
— Дело не в этом, — говорю я. — Мне нужно, чтобы ты взломал для меня систему безопасности.
Его брови приподнимаются, и он закидывает ногу на противоположное колено, упираясь подбородком в руку.
— Продолжай.
— Есть вещи, важные для меня. Вещи, к которым я бы не хотела, чтобы мой отец или моя сестра могли получить доступ, пока я не буду готова к этому.
— Как сейф?
— Это имеет значение?
Он наклоняет голову.
— Типа того.
Я выдыхаю, мой желудок делает кувырок, когда я выталкиваю слова изо рта.
— Это оранжерея.
Он кивает.
— Ты хочешь, чтобы я помог сохранить твои растения в безопасности?
— Да. Это для… маков.
Он двигается вперед на своем стуле.
— А зачем нужна система безопасности для каких-то маков, Эви?
— Это не обязательно для маков, — я поднимаю на него взгляд. —
Он моргает, затем его лицо меняется, удивление проступает сквозь его черты.
— Ты — «Летучая обезьяна»?
— Я создатель «Летучей обезьяны», — поправляю я.
Он присвистывает, качая головой.
— Твою мать. Я должен был догадаться. Ладно… расскажи мне всё об этом, а потом я приступлю к работе.
33. ЭВЕЛИН
Я только что вернулась в коттедж и теперь жду приезда Брейдена. Я поняла, что у меня нет его номера, что безумие, учитывая, сколько часов его член провел внутри меня, поэтому я взяла его у Зика и написала сообщение, попросив его заехать.
Мне странно иметь гостей у себя дома. Несса подарила мне этот коттедж прямо перед смертью, а когда мой отец понял, что нам нужно место для выращивания, он построил подземную теплицу, снабженную защитой и изоляцией, так что даже тепловые камеры не смогли бы её засечь.
Я не могу не задаваться вопросом, какого черта он пошёл на все эти хлопоты, чтобы в конце концов отказаться от всего этого.
Долгие годы нас было только двое. Теперь к списку тех, кто в курсе, добавились Брейден, Дороти и Коди. Я отказываюсь сидеть и ждать, пока он пригласит и Кантанелли.
Раздается стук, и хотя я уверена, что это Брейден, я всё равно хватаюсь за свой Desert Eagle, распахиваю дверь и прицеливаюсь. Я волнуюсь, и это заставляет меня чувствовать себя немного маниакально.
Брейден ухмыляется, переступая через дверной проем, его грудь упирается в мой ствол.
— Это твой способ попросить меня снова трахнуть тебя им?
Я опускаю пистолет и отхожу в сторону, закрывая за ним дверь.
— Ты когда-нибудь бываешь не бесячим? — огрызаюсь я.
Он ухмыляется, проводя своими губами по моим.
— Я тоже рад тебя видеть.
Я прижимаю руки к его груди, мои пальцы поглаживают кожу его куртки.
— Это настоящая кожа?
— Э-э-э… да, а что?
Фу. Я морщу нос, глядя на него снизу вверх.
— Неважно. Слушай, могу ли я тебе доверять?
Его адамово яблоко подпрыгивает.
— Я не знаю, милая, могу ли я доверять тебе?
Я провожу языком по задней стороне зубов, прежде чем прикусить губу. Он подходит ближе, проводит рукой по моим волосам и притягивает меня к себе. Я глубоко вдыхаю, наслаждаясь тем, как он приносит мне утешение, и ненавидя себя за то, что нуждаюсь в этом.