Зерно А

Павлик Анастасия

Обеденный перерыв закончился, гул от приглушенных разговоров витал в воздухе подобно радиопомехам. Шуршали страницы пролистываемых журналов. Брюнетка в солнцезащитных очках, закинув ногу на ногу, разговаривала по мобильному.

Нонна Федотова как раз уводила к себе девушку в аккуратной кожаной курточке. В офис вошли еще двое, запустив в помещение снежное крошево. Нонна улыбнулась мне. Ей около тридцати, волосы непослушными кудрями спускаются на плечи, глаза черные, внимательные. Она опытна

и сильна, ей удается материализовать фантомы.

Мимо меня в прихожую продрейфовала пожилая пара. Валентин Толкунов держал свою паукообразную клешню на спине дамы и что-то говорил ей уверенным отрывистым голосом. Он всегда говорит уверенно и отрывисто - на корню обрубает вашу ответную реплику. Его никогда не интересовали ответные реплики. Он обменялся рукопожатием с пожилым господином. В ту же минуту к нему подплыла брюнетка в солнцезащитных очках. Она так и не сняла очки. Наверное, прятала заплаканные глаза (или перепуганные?). Что ж, она не первая и не последняя.

Толкунов не удостоил меня и взглядом. Этот тип был одиноким хищником, коллектив для него ничего не значит. А боссы и подавно. Такие, как он, продают друзей и мам. Спрашивается, почему я наняла его? Все до тошноты просто: Толкунов на совесть выполняет свою работу. В конце концов, я не собираюсь сближаться с ним больше, чем требуется для того, чтобы уживаться в стенах офиса, и уж тем более обсуждать с ним мой любовный гороскоп. В случае увольнения Толкунов на следующий же день устроится к одному из моих конкурентов. А мне это не к чему. Он здесь, пока его кормушка полна.

Антон таращился на меня, словно увидел Мессию. Нет, парень, Мессия сейчас в турне, ему не до нас. На смуглом лице (его дед был кубинцем) блеснула белозубая улыбка - достойный ответ на мой нахмуренный взгляд.

Меня уже сверлили пять пар любопытных глаз. Но, знаете, к повышенному вниманию быстро привыкаешь, и когда в тебя на улице тычут пальцем или что-то бормочут вслед, ты не замедляешь шаг. Ага, а караван идет.

– Как прошел обеденный перерыв?

Антон - любитель правильной речи. Нет слов-паразитов, как вам такое? По всем правилам мне тоже полагается быть сдержанней, но куда там, когда вокруг столько дерьма и когда родной брат каждый день подвергает себя опасности? Знаю, отличное оправдание для той, кто просто привыкла сквернословить.

– Ты действительно хочешь знать, как прошел мой обеденный перерыв?

Сбитый с толку резкостью моего тона, Антона выставил руки ладонями вперед.

– Полегче, Рита.

– Маргарита Викторовна, - напомнила я, косясь на клиентов. Не стоит демонстрировать запанибратство.
– Кстати, ты схалтурил.

– Схалтурил?
– непонимающе переспросил он.

Мне пришлось перейти на шепот:

–

Да, да, схалтурил, проклятие. Ты принес прокисшие сливки.

– Маргарита Викторовна, но это невозможно.
– Антон схватывал на лету.
– Я проверил срок годности.

– Ты уверен?

– Ну что вы, конечно уверен.

– Ладно, проехали.
– Я посчитала нужным объясниться, что, к слову, явление столь же редкое, как подснежники в лютый мороз: - Отвратительное утро. Спасибо Кудрявцеву.

– Что он хотел?

– Антон, слушай сюда: если этот змей еще будет звонить, от моего имени пошли его к такой-то матери и клади трубку. Усек?

– Да ладно вам, Маргарита Викторовна, нельзя же...

Я красноречиво глянула на него. Мне не пришлось пускать в ход более крепкие словечки. Мы прекрасно поняли друг друга.

– Ты хотел поговорить?

– Агния звонила.

Я встрепенулась:

– Что-то случилось?

– Кажется, у нее какие-то проблемы.

Если вы заглянете в список контактов на мобильном телефоне первого встречного, то найдете там кучу имен, и почти в ста процентах на ваш вопрос 'кто это' услышите ответ: 'А, дружбан мой'. Однако если вы заглянете в список моих контактов и, выбрав случайный, зададите аналогичный вопрос, в моем ответе слово 'друг' фигурировать не будет. Железно.

У меня нет друзей - таких, с которыми меня бы не связывало: а) бизнес, б) Влад, в) спиритизм и интерес к нему.

Кроме Агнии. Она именно та, кого я зову другом. Ну или когда-то звала, когда жизнь казалась карнавалом, трава - зеленее, а небо - ярче, когда от шоколада не толстели, добрыми айболитами были все врачи, а карлсонами в простынях - все приведения.

В последнее время мы виделись все реже. Агния работает, я тоже. У нее появился свой круг общения, состоящий из зверолюдов и коматозников, у меня - свой, не менее, впрочем, колоритный. Но, не смотря на все, она была и остается тем человеком, который на вопрос 'как дела' действительно может рассказать мне, как ее, черт побери, дела, и я выслушаю все от а до я.

Агния работает в 'Сладком Зубе' - заведении для тех, кто имеет деньги, статус и степень негодяйства. 'Сладкий Зуб' - из разряда тех заведений, где вы обязательно встретите коматозников и зверолюдов, поэтому я предпочитаю обходить его стороной. Помнится, Агния пару раз заглядывала в офис, и тогда у мужской части коллектива на лице, словно новогодняя иллюминация, начинало мигать: 'Боже, какое я животное'. В выпускных классах она была подружкой Влада, но у них не сложилось. После школы она подалась прямиком в Кварталы делать карьеру официантки. И до сих пор пытается стать кем-то большим, чем девочкой на побегушках.