Зеркало любви

Гончарова Галина Дмитриевна

Ай!

Кошка, поняв, что чесалка отвлеклась, не долго думая, цапнула герцогессу за палец - и опять подставила подбородок.

– Ах ты свинюшка, - возмутилась Мария-Элена и в качестве страшной мести сгребла пушистину в охапку. Сиди теперь на руках, вот!

Кошка не возражала. Архон - тоже.

Реонар Аллийский оказался симпатичным моложавым мужчиной лет шестидесяти. Невысокий, седоволосый, кареглазый, из тех мужчин, которым женщины до смерти глазки строят - непринципиально, чьей смерти. Они того стоят.

Сколько

же в нем было жизни! Сколько огня!

 - Читай он проповеди среди каннибалов - к концу лекции получил бы убежденных вегетарианцев, - припечатала Матильда. И Мария-Элена была с ней согласна.

 - Тильди?

 - Да?

 - Поговоришь с ним?

 - А сама?

 - Архон... я не могу. Это просто вбито...

Матильда поняла подругу. Когда ты воспитываешься в монастыре, в тебя каленым железом впечатывают уважение к церковным иерархам, иначе там не выживешь. Но сейчас им надо торговаться и договариваться, а если Малена будет смущаться - как это сделать?

Никак.

А вот Матильда может, ей на все чихать, кроме потрясающего обаяния этого человека. А потому...

– Благословите, отче.

– Да пребудет в твоей душе мир, дочь моя.

– Извините, что колени не преклоняю, - внезапно глаза герцогессы заискрились смехом, - подозреваю, что моя тезка мне этого не простит.

– Если вы их преклонили перед моей кошкой, значит и ее хозяина уважаете не меньше, не так ли?
– поддел архон.

– Даже больше. Кошка свидетель, - подтвердила Матильда, широко улыбаясь.

А архон подумал, что Тальфер не ошибся в очередной раз, аттестовав эту девочку, как интересного человека с большим потенциалом. Она определенно стоит беседы.

– Что привело вас ко мне, дитя мое?

– Эмм... отче... простите, вы знаете, что мой отец умер... ох, как-то нескладно звучит, вы не находите?
– искренне расстроилась Матильда. Реонар Аллийский пожал плечами.

– Я в курсе обстоятельство герцога Томора Домбрийского.

– Подозреваю, не всех. Вы позволите мне называть вещи своими именами?

– О, пощадите мой слух?

– Ну... я обещаю не называть кошку - собакой, даже если об нее споткнусь, - поддразнила Матильда. Через пару минут смысл анекдота дошел до архона - и тот рассмеялся.

– Да... когда споткнешься - это сложно. Что ж, я вас слушаю, герцогесса.

– Так вот, герцог Домбрийский помер. Мне в наследство он оставил монастырское воспитание, отправив туда ребенка сразу после второй свадьбы, а также хорошее приданое, ну и мачеху с ее присными. То есть - дочерью и братом.

– Да, я наслышан о судьбе несчастной Силанты Колойской, - подтвердил архон. Матушка Эралин ему мозг выгрызла, хотя и не знала этого выражения. Требовала помочь ее 'деточке', хотя по первому впечатлению, деточка и сама кому хочешь могла помочь. Или добить.

–

А о судьбе того несчастного, которого она пыталась соблазнить?
– поинтересовалась Матильда.
– Мы беднягу потом три дня в чувство привести не могли.

– Неужели это было так страшно?
– против воли заинтересовался архон.

– Не то слово. У бедняги аллергия на ароматические свечи. Он чуть не задохнулся и чудом остался в живых. Поэтому Силанту я отправила подальше, чтобы она никого больше насмерть не уходила ради своих непристойных желаний. И остались у меня мачеха и ее брат.

– И кто же доставляет вам больше хлопот?

– Мачеха мне хлопот вовсе не доставляет. Волей небес я ее люблю, как родную, - возвела глаза к небу Матильда.
– Останься мой отец в живых - он получил бы мою любовь в той же мере.

Архон фыркнул, поняв намек. Да, сплавили девчонку в монастырь, пытались отнять наследство, конечно - любит! Вот что потяжелее подберет - и выразит всю свою любовь в полной мере.

– К тому же, Брат и Сестра были жестоки в последнее время, моя мачеха сильно заболела. А вот ее брат... это ужасно!

Всхлип был вполне артистическим, но слезинку выдавить не удалось. Хоть ты луком запасайся, так ведь запах учуют.

– Что именно ужасно?

– Начнем с того, что он решил на мне жениться. Не ради любви, ему просто хотелось получить мое наследство. Но это-то я пережила бы.

Архон задался вопросом - пережил бы это Лоран Рисойский - или нет, но решил не уточнять. Ответ он уже знал.

– А что не так?

– Он пристрастился к наркотикам.

– К чему, простите?

Матильда вздохнула, набрала воздуха в грудь - и от всей широкой души вывалила бедному архону на уши все то, что двадцать первый век вдалбливал своим детям. Каждый день по нескольку раз в день.

Про наркотики, эффекты, последствия, результаты и даже методики борьбы. Закончив простым и понятным:

– ...я не считаю себя лучше других, но умоляю вас о помощи. Я дам деньги на доброе дело. Я прошу храм в вашем лице открыть в столице, а со временем и в других городах лечебницы и приюты для тех, кто пострадал от этой напасти и проклинать негодяев, которые травят людей. Я дам денег, я помогу всем, чем смогу... это ведь ваша паства!

Архон слушал и думал.

– Это действительно так серьезно?

– Мой капитан стражи упоминал заведение с названием 'Ночь экстаза'. Проведите эксперимент. Возьмите оттуда людей, там наверняка будут как завсегдатаи, так и новички, возьмите его владельцев, рассадите по кельям в монастыре, посмотрите, что с ними будет. Вы сами увидите подтверждение моим словам. А что до его владельцев... советую провести на них опыт. Пусть курят каждый день, по три-четыре раза в день. Вы сами увидите результат.