Зеркало любви
Шрифт:
– Что ж, сын. Хороший выбор. Достойный.
Давид кивнул.
– Я знал, что вы одобрите.
Малена кашлянула.
– Простите...
Ответом были три темных восточных взгляда.
– Давайте обговорим этот вопрос, когда все мы придем в себя? Скажите, а где сейчас моя мать?
– В комнате для гостей, - пожала плечами София Рустамовна.
Малена поднялась. Да уж, этот день еще не закончился.
– С вашего позволения, мне надо поставить точку в этой истории. Где находится комната
– Прямо по коридору, до конца, потом налево и вниз. Вторая комната от лестницы по левой стороне.
– Благодарю вас.
Трое Асатиани пронаблюдали, как Малена выходит из комнаты.
Плечи расправлены, голова высокого поднята, и не скажешь, что несколько минут назад девушка была чуть ли не в истерике. И неудивительно.
Монастырское воспитание - оно такое. Если не сломает, то научит всегда и везде держать лицо. Привитое кровью и болью самообладание наложилось на кровь Домбрийских - и получилась адская смесь.
– Ты всерьез со свадьбой?
– уточнил Эдуард у сына.
Давид набычился.
– А что - похоже на шутку?
– Очень своеобразная девушка. Очень...
– Папа хочет сказать, что такую упускать никак нельзя, - пояснила София Рустамовна.
– Вы не против?
Эдуард покачал головой.
– Мне хотелось бы, чтобы вы с Анжелкой. Но знаешь... бабка ее потрясающе воспитала. Это дороже денег.
Давид сверкнул глазами.
– Да уж надеюсь. И насчет Анжелки...
– Я поговорю. А откуда твоя Малена знакома с Огурцовой?
Давид только плечами пожал.
– Не знаю. Она мне не докладывала.
Эдуард вздохнул.
– Иди, догоняй свою невесту. А то уедет одна, насколько я понимаю?
Давид кивнул и быстро вышел из комнаты.
***
'Любящую мамочку' Малена нашла в гостевой комнате. Мария Домашкина сидела в шикарном кресле и что-то жевала, обсыпая подбородки и юбку крошками.
Малену она заметила не сразу, и это дало герцогессе пару минут, пообщаться с сестрой.
- Ее надо напугать, - шепнула Матильда.
- Чем?
- Слушай внимательно...
План был изложен меньше, чем за минуту, и Мария-Элена решила его принять. Все равно ничего лучше девушки за такой короткий срок не придумают.
Наконец Мария Домашкина оторвалась от блюда и соизволила обратить внимание на дочь.
– Матильда?
Мария-Элена улыбнулась матушке, улыбочкой герцогессы Домбрийской. Ледяной, надменной, холодной.
– Я надеюсь, маменька, вы наелись?
– Эммм... да.
– Вот и отлично. В тюрьме вас так не покормят, будет, что вспомнить.
– В тюрьме?! За что меня в тюрьму?!
Удивление было искренним. Действительно, а за что ее обижать, такую хорошую? Ее любить надо. И кормить плюшками...
Малена развела руками.
–
– КАКОЕ ВОРОВСТВО?!
– Не знаю. У хозяйки браслет пропал, - Малена улыбалась по-прежнему.
– А на что вы рассчитывали, вламываясь к таким людям, как Асатиани, и устраивая при всех безобразную сцену? Да они вас посадят только из принципа.
– Это дело чести, - поддержал Давид.
– Будете с муженьком с зоны на зону письма слать.
– Я... я не могу! У меня дети...
– А детей в детский дом, - Давид понял, что задумала Малена и помогал ей 'додавливать' матушку. Сдалась ему такая теща во всех разрезах!
Малена положила руку ему на локоть.
– Да, Мария Ивановна. А вы как хотели? Что вам пообещали?
Спустя пять минут Мария Домашкина 'раскололась' от головы до задницы.
Нашли ее Юлия и Диана. Откуда? Антон же продолжал спать с Юлией, вот она и посмотрела список звонков, а там и узнала о состоявшейся драке, съездила к Матильде на дом, поговорила с тетей Пашей...
И выслала Марии Домашкиной билет на самолет, чтобы та не опоздала к нужному моменту. И денег. Да, и Диана подключилась. Диана искренне считала, что Малена увела у нее Давида, и мстила.
Анжелика?
Ее просто попросили провести даму внутрь. А кто это... ей сказали, что Малене от этого будет плохо, ну и все. Девушке хватило.
Малена только вздохнула.
Давид последние пять минут выражался только по-грузински. Во всяком случае, Малена поняла что-то вроде 'шэни дэда...' а Матильда наотрез отказалась переводить.
М-да...
– Международного террориста милая девочка тоже бы внутрь провела? Даже не спросив, что это за милый человек?
– поинтересовалась Малена.
Давид выругался еще раз, повитиеватее.
Часовый разговор кончился более-менее адекватно.
Мария Домашкина, счастливая, что ее не посадят, собиралась домой. О старшей дочке она обещала забыть и ни на какие обещания 'великой халявы' не вестись. Ибо - себе дороже выйдет. Муж?
Спасибо, что хоть саму не посадили. В крайнем случае, будет передачки на зону слать, дело привычное, не в первый раз. А Малена и Давид поехали домой.
***
Поговорить они решились только дома.
Давид сбросил ботинки, как был, прошел в ванную и засунул голову под кран с ледяной водой.
– Уффф...
Малена бы с радостью последовала его примеру. Голова, казалось, сейчас взорвется.
– Ты за меня выйдешь замуж?
Спрашивал Давид вполне серьезно. И заслуживал серьезного ответа.
– А ты уверен, что хочешь на мне жениться? Я ведь тебе правда не пара. Я небогата, а мои родители... ты сам все видел.