Зеркала миров
Шрифт:
Самозванка усмехнулась случайным мыслям.
— Есть хорошая песня для дороги? — спросила она вслух
— Спой про монаха! — заорал невысокий и худощавый, Шенин, третий из компании конюхов.
— Нее. Эта не годится. Тут — Егоний.
— Моя невинность, — подсказал ухмыляясь Йен.
— Это неприличная песня. — веско заметил Фалько. — Не для ушей лорда.
—
— Мы тогда праздновали день рождения Дины, — пояснил Фалько.
— Это лошадь, — усмехнулся Егоний обращаясь к Мари.
— Ну да, — кивнул лохматый. — Нашей Дины. А сейчас мы едем по тракту и в любой момент навстречу могут случайно выехать дамы. И как господин потом объяснит свои музыкальные хулиганства в высшем свете.
— Что-нибудь придумаю, — легкомысленно сообщила Мари поражаясь тому, как изящно и ловко выкрутился Фалько придумав «случайное появление дам».
— Нет. Эта не годится, — решительно оборвал спор конюх и снял с перевязи свою лютню. — А вот такая песенка пожалуй в самый раз.
Он откашлялся, взял несколько аккордов и запел чистым и приятным голосом.
— Много ходил по свету
Как-то я Бетти встретил
Враз прогремели грозы
надо мной
Глазки как звезды светят
Ротик — бутончик розы
Ах, Бетт ты ангел мой
Простенькая, быстрая, похожая на детскую, песенка и легкая музыка…
— Неужели в средневековье исполняли нечто похожее, — неожиданно подумала Мари. — Хотя кто знает. Были песни восхваления, были оды о любви, песни-баллады. А вот песни дразнилки, шуточные песенки собирающие медяки на площадях, к сожалению не дошли до нас. Но ведь их не могло не быть. Недавно ученые выяснили, что оказывается возраст некоторых детских считалок насчитывает тысячи лет. Может быть и у нас когда-то, на улицах средневековых поселений звучало нечто похожее, простенькое и неказистое. А потом об этом забыли.
Задорная мелодия весело разливалась по округе, вплеталась в птичьи трели и очень естественно аккомпанировала прекрасному и живому миру, который окружал путников.
Казалось лес хлопает в такт зелеными листьями и незримо кружит в танце вокруг музыканта.
Несколько аккордов и последовал новый куплет про жаркую страсть к юным формам прелестной девушке.
Конюхи смеялись и вовсю подпевали, Егоний улыбался, а Мари, казалось, что даже лошади весело топали, помахивая хвостами в ритме незатейливой песенки.
Серое настроение постепенно уходило, растворяясь
— Эх, жарко ж тут солнце светит
Домик нас скоро встретит
Весь я, пылаю страстью неземной
Нас не услышит ветер…
Певец взял паузу
А Бетт сказала. — Нет. Ой!!
Нет. Ни за что на свете.
Могут случиться дети
Нет. Нет. Сказала Бетт
Хохотали все. Конюхи, Егоний, лорд.
Фалько взял еще несколько заключительных аккордов и Мари заметила, что певчие птицы словно соревнуясь с певцом выводили свои рулады так пронзительно и громко, будто стремились переорать или перепеть человека.
Развеселившиеся конюхи стали вспоминать смешные случаи, Егоний выехал немного вперед.
— Хороший сегодня день, — улыбающийся Фалько поправил лютню и счастливо вздохнул. — Скоро доедем до развилка, а там можно будет и остановку сделать, чтоб лошадки отдохнули немного.
Он излучал такое спокойствие, уверенность и оптимизм, что остатки ночных теней из сна навеки растаяли в прошлом.
Дорога убегала вдаль теряясь в глубинах зеленого леса и Мари внезапно показалось, что всё окружающее похоже на ожившую цветную аппликацию к очень древней сказке.
Как будто она внезапно оказалась в огромной старинной картине. И сейчас расступится густая листва и к ним с тайной лесной тропы выйдут гномы или добрый волшебник в расшитом звездами халате. В этом мире можно было поверить в фей парящих над колдовскими цветами, в единорогов и в настоящих сказочных принцев.
— Когда-то смастерил вот такую штуку, — Фалько вытащил из кармана дорожной куртки крошечную деревянную статуэтку. Всадник на лошади.
Мари ахнула от восторга. Фигурка всадника приникла к спине животного словно в диком напряжении скачки. Лошадь застыла в стремительном полёте вечного движения.
Яркие краски играли в солнечных лучах скользящих по деревянной полировке создавая иллюзию жизни. Фалько раскрасил лошадь в коричневые оттенки, а всадника одел просто и неказисто, как обычного конюха.
Фигурки были выполнены так мастерски, что казалось еще немного и эти двое вырвутся на свободу и умчатся к только им известной цели.
— Это ты сам? — завороженно спросила Мари. — Ты сам сделал такое чудо?
— Это вам, лорд, — Фалько просиял глядя на ее счастливое лицо. — На память о нашей поездке.
— Эй! Только не говори, что ты разочарован в жизни, — насмешливо прокричал наглый Шенин подъезжая ближе. Мари обратила внимание, что этот парень просто не умел говорить нормальным тоном. Он кричал, хохотал, шутил, но при этом успевал следить за свободными лошадьми, которые были с ними.