Зеркала миров

Svetlana

Вместо того чтобы зайти в лифт Мари развернулась и направилась к лестнице.

Ей необходимо было немного успокоиться и подумать. Не стоило мчаться со слезами на глазах к Физис, чтобы пожаловаться на бывшего жениха. Глупо. Да все происходящее казалось таким странным и глупым. Хотя, кажется Физис так не считала.

Внезапно Донович задумалась о своей необычной спутнице. Дома она ни словечком не обмолвилась о расставании с женихом. Да и рассказывать… объяснять все события было не так уж и легко. Брат, разумеется, пожалел

бы её, отец — не понял, а мама… мама просто бы обвинила во всем саму Мари. Мол, не смогла она удержать хорошего парня и теперь наверняка останется старой девой.

Донович вздохнула. Физис не жалела и не винила ее. Она всегда пыталась разобраться в ситуации, отыскать причины происходящего. Она дарила Мари тепло своей души, надежду на будущее, участие и поддержку, которой ей порой так не хватало.

Неожиданно стена вдоль которой медленно шла Донович, растаяла, а пол стал медленно проваливаться в пустоту.

— Ай! — Мари вскрикнула и упала, но вместо неизбежного полета вниз, оказалась почему-то на этаж выше. Плитки пола тут дрожали и немного двигались словно живые, а стены перемещались в каком-то диком ритме танго, но тут они хотя бы были на месте.

И вдруг все сразу прекратилось. Почти. Потому что пол внезапно накренился и сейчас Донович уже бы точно скользила вниз, но ее вовремя остановили и втащили в соседнюю секцию.

Дрожание прекратилось и стены вернулись на свои места.

— Все в порядке? — спросил Иннокентий и когда Мари кивнула тут же умчался в глубину лаборатории.

Рядом с ней суетился, доставая что-то очень мелкое из трещинок пола, маленький смешной человечек местами покрытый густой бурой шерсткой.

«Фома» — вспомнила его имя Мари. Ну, да. Тот самый домовёнок, которого откуда-то притащил Иннокентий.

— Это было землетрясение? — уточнила у домового Мари поднимаясь и отряхивая одежду от мелких веточек и липкой пыли.

— Это был эксперимент, — гордо заявил Фома и стянул с носа веточку. Он фыркнул отряхиваясь словно котенок и пояснил подробнее. — Пятое измерение. Немного не вышло удержать конструкцию.

* * *

Беглецы из прошлого

Мироздание не планировало эту встречу, а уж Хранители Порядка и вовсе б слетели с катушек если бы догадались о столь вопиющем факте.

Немыслимая. Невозможная встреча. На изломе чужих миров, в карусели времен, в Вечном калейдоскопе причудливо тасующем события прошлого и будущего.

Первые слова вырвались на одном дыхании, как будто продолжали движение входящей Физис, будто отблеск вспышки удивления Зимина.

Потом… пространство дрогнуло.

Физис по-прежнему находилась в кресле, но сам кабинет внезапно исчез из поля ее зрения.

Перед мысленным взором женщины взметнулась яростная стена огня. Гибельное

пламя. Удушливая вонь. Крики. Плач. И смерть. Смерть.

Смерть со всех сторон. Нет сил. Нет. Невозможно встать. Однако она все же поднимается и движется вперед. Ослепшая от физической и душевной боли, охрипшая от сдерживаемого внутри оглушительного крика.

Она успевает открыть портал, послать отчаянную мольбу высшим силам и встретить… смерть.

Все смешалось в жуткой безумной круговерти. Отчаянье и надежда, ярость и пронзительная боль, слившиеся воедино бесконечные мгновения и застывшее равнодушие Вечности.

Прошлое возвращалось.

Физис вцепилась в подлокотники кресла, отделяя себя настоящую от того, что настойчиво тянуло обратно, звало вернуться. Зов давно минувшего времени ее собственного мира.

Она знала, что сейчас, тот, кто назвал себя в этом мире Нуаром, тоже видит нечто подобное.

Между ними дрожало возмущенное пространство внезапно ощутившее дыхание чуждой ему реальности.

Невозможность…

Невозможность вопреки всему. Наперекор всем правилам и законам мироздания.

На одно дикое мгновенье Физис почудилось что по комнате пронесся потусторонний шепот.

— Невозможно.

Дрожь скользила по воздуху.

— Невозможно.

Собеседники замерли. Отчаянные безумцы на краю Бездны. Они застыли, как будто их неожиданно застали на месте преступления. Да они по сути и являлись преступниками нарушившими все законы и правила мироздания.

Внезапно здание Станции слегка покачнулось, стены кабинета исчезли, но тут же возникли вновь на прежнем месте. Однако сейчас они трепетали на невидимом ветру, колыхались и дрожали, как будто состояли из ткани, а не из камня и дерева.

В пространство занимаемое Станцией ворвалась иная сила. Сила неизвестной природы пришла откуда-то изнутри здания.

Незримая волна стремительно меняла устойчивость трехмерного мира, сотрясая его, и одновременно, подобно метле, она прошлась по клочку пространства снося напрочь его беспокойство и мгновенно стирая память о двух нарушителях.

Из дальних глубин чужого Времени бессильно взметнулись языки огня, но теперь они скорее походили на призрачный отблеск старой голограммы. Прошлое всё еще пыталось дотянуться до двоих, но прежних сил уже не было.

Картинка рассыпалась и исчезла.

Фортуна неожиданно улыбнулась преступникам и небрежно подкинула им выигрышную карту.

Вокруг все постепенно восстанавливалось. Стены опять были стенами, а не тряпками, а пол — обычным полом. И тут же сработал браслет связи на руке Зимина.

— Нуар Карлович, — заторопился Идан. — Неудачное наложение пятого измерения в пропорции…

— Покороче. — перебил его Зимин.

— Результаты эксперимента я принесу в самое ближайшее время, — отчеканил Иннокентий.