Земля
Шрифт:
– И так довольно большое, – заметила Аолла.
– Вы не правы. При вашем положении, нужно как минимум метров триста. Да, мы не уточнили, и приготовили вам различные помещения с Креилом ван Рейном, но очень близко друг от друга. Он сказал, что любит находиться отдельно. Насколько мы поняли, Советник Строггорн – ваш первый муж, а Креил – второй? Или наоборот?
Аолла изумленно уставилась на Секретаря, пытаясь понять, что он имеет в виду, и вспомнить устройство семьи на Дирренге. У нее было так мало времени
– Извините, я не очень разбираюсь, как это принято на вашей планете, – Аолла ждала объяснений. – Советник Креил – просто мой друг, – она обнаружила, что не может подобрать эквивалента слову «друг» на дирренганском языке, и передала это слово телепатическим образом, – а Строггорн – муж, – пояснила она.
– Понятно, – решил дирренганин. – Значит, правильно, Креил – ваш второй муж. У вас это называется друг? Не понимаю смысл этого слова.
– И мне непонятно. У вас на планете многомужество?
– Ну, не совсем. Все-таки сейчас женщина имеет возможность не иметь больше восьми мужей.
– А сколько допустимо по закону? – решила уточнить Аолла, чтобы больше не попадать впросак.
– Нет каких-то ограничений. Шесть – восемь, в зависимости от обстоятельств. Если женщина хочет, можно и больше, но обычно трудно уговорить иметь больше восьми. Большая нагрузка.
– А кто рожает детей? – у Аоллы возникла мысль, что это еще не факт, что это делают женщины.
– Нет-нет, женщины. А растят, как правило, мужчины, нам это намного проще, мы очень долго живем, никого не тяготит.
– Чего-то я не понимаю. У вас нарушено соотношение мужчин и женщин?
– Ничего у нас не нарушено. Рождается одинаково, что тех, что других, но продолжительность жизни у женщин маленькая, почти в три раза меньше. Если им доверить детей, они вообще никого не вырастят. Да они мало интересуются детьми, и так получается слишком насыщенная жизнь. Нужно все успеть, а остается мало времени на все остальное.
Аолла разозлилась на Креила, что он не удосужился предупредить ее об этом, и лихорадочно пыталась сообразить, к каким негативным последствиям могло это приводить и как правильнее себя вести в такой ситуации.
– На корабле есть женщины? – уточнила Аолла.
– Конечно. Если летит экипаж, обязательно берут хотя бы одну, только сложно уговорить бывает. Не все же мужчины – мужья.
– А поговорить с ней можно?
– Только не сейчас. Еще слишком рано, она спит. За ужином или потом.
– А сколько мужчин на корабле?
– Восемь, не считая вашего мужа.
Когда Аоллу, наконец, привели к Креилу, она увидела его лежащим на специальном приспособлении. Щупальца были расслаблены и спокойно спускались вниз, а двое дирренган втирали что-то в его кожу. При ее появлении они прекратили манипуляции и поспешно вышли.
– Рад тебя видеть. –
– У тебя совесть есть? – спросила Аолла.
– Забыл, а что это такое? – Он послал образ удивленного человека.
– Почему ты мне не сказал, что у них многомужество?
– Не понимаю, какое это имеет значение?
– Простое. Имей в виду, буду жить с тобой. У меня нет никаких гарантий, при их простоте нравов, что кто-нибудь не ворвется ко мне ночью. И что делать тогда? На помощь звать? А если у них это не считается насилием?
– Говоришь глупости, потому что плохо знаешь дирренган и судишь больше по их жуткому виду. Ничего они тебе не сделают. Это древняя, культурная цивилизация, особенно в отношении женщин. Пообщаешься побольше – поймешь.
– Что-то слабо верится, – заметила Аолла, припомнив свой земной опыт на этот счет.
Вечером за ними пришел дирренганин, но Креил отказался идти ужинать и ему принесли еду в каюту, а у Аоллы не было повода отказываться. К тому же ее обещали познакомить с женщиной.
В большом помещении полукругом были установлены приспособления, эквивалентные земным столам, с очень сложным телепатическим названием. Аолла насчитала десять таких «столов». Ее усадили недалеко от женщины, хотя по внешнему виду было бы невероятно трудно это понять. Один из мужчин тут же подошел к ней, объясняя, что за еда накрыта на столе и набирая на тарелку всего по чуть-чуть. За женщиной ухаживало сразу двое мужчин. Когда они заполнили для нее несколько тарелок, то вернулись на свои места. Она изредка переговаривалась с кем-нибудь из мужчин, и при этом каждый раз возникала волна нежности, как будто женщина пыталась разделить свою любовь поровну, никого не обидев.
– Аолла, вот у меня уже несколько раз спрашивали, сколько у вас мужей? Мы что-то никак не можем понять, – спросила Яниа, не отвлекаясь от еды.
– Двое. – Ни секунду не раздумывая, солгала Аолла.
– И один так серьезно болен, а другой – остался на Земле? – Яниа обвела взглядом мужчин. – Я так думаю, вы выберете себе кого-нибудь из моих. Если честно, восемь – для меня много, а полет слишком долгий. Только кроме этих двоих. – Одним из щупалец она показала, кого нельзя брать. Аолла едва не подавилась.
– Я думаю, как-нибудь обойдусь. – Про себя она проклинала Креила за то, что он втравил ее в такую историю и не проконсультировал, как себя вести при этом. А вдруг это было страшно неприлично, отклонить такое предложение? – Мне нужно посоветоваться, – продолжила она, невероятно удивив дирренган необходимостью совета по такому вопросу с одним из мужей.
– Хорошо, – Яниа пристально посмотрела на нее. – Посоветуйтесь, правда, мы не поняли, на предмет чего? Креил ван Рейн достаточно жил у нас, и, я уверена, не будет против.