Земля лишних. Том 2
Шрифт:
– Corazon, как ты думаешь, чем закончится вся эта история, которую мы с тобой закрутили? Я имею ввиду - чем она закончится для нас с тобой? Где мы окажемся?
– Если все пройдет, как мы рассчитываем, то никаких проблем нам она не принесет, скорее - наоборот. Будет работать дальше, ездить в новые места. Мы даже очень неплохо на этом заработаем. Если все пройдет не совсем так, как мы надеемся, то мы можем уехать в Аламо, где нам рады. Или если совсем не так, то уедем в ППД, где нам тоже рады, и где мы будем
– А если совсем-совсем "не так"?
– Mi Amor, тогда лишь один бог ведает, или кто за него в этом мире, во что все это выльется. В любом случае могу тебе обещать, что мы будем вместе.
– Именно это я и хотела услышать. А кофе здесь действительно вкусный, ты не наврал.
– Ты забыла, что я - живое воплощение понятия "честность"?
– Не заметила, и не замечу. Потому что как только я тебе поверю, тут ты мне и изменять начнешь, поймешь, что я ослабила бдительность. И что мне тогда делать? Придется тебя убить, а мне тебя жалко. А пока я тебе не доверяю, ты вон какой, живой и здоровый.
– Мда. И ведь даже логика, какая то, во всем этом бреде наблюдается.
– Я тебе дам бред! Логика в чистом виде, просто женская, а значит - самая логичная. Понял?
– Понял, сдаюсь.
– То-то же. Бойся меня.
Бояться у меня пока не очень получалось, а вот любить ее - очень. Так мы и сидели, пили кофе, а я смотрел на нее и любил. А потом все же поехали обратно в мотель, только не затем, зачем вы подумали, а посмотреть, что привез новоодесский снабженец Саркису.
Мы приехали к саркисовскому "Gun Store" ровно к пяти, припарковав машину у главного здания мотеля, как раз перед входом в магазин. Рядом уже стоял пятидверный "Гелендваген" армейского типа, в "московских" расцветок камуфляже, с закрытым кузовом. Я заглянул в него через окно - в багажном отсеке стояли какие то ящики защитного цвета. С товаром, видать.
Мы с Бонитой прошли в магазин. В магазине у прилавка стояли Саркис, Билл и высокий суетливый худой мужик лет сорока, который говорил нашим толстым приятелям:
– Да вы только попробуйте продавать! Вы же тогда офигеете, как их брать будут! Это же самое новье, тут таких не видели еще!
"Да" у него звучало как "Та" - "Та вы попробуйте…", а вообще акцент больше всего напоминал не одесский, а скорее… харьковский, пожалуй.
– Андрей, знакомься, это Толя.
– представил нас Саркис.
Я протянул руку Толе, пожал ее.
– Андрей.
– Толя. Толян можно. А красавицу как зовут?
Бонита улыбнулась, протянула ему руку.
– Мария Пилар.
– Мария?
– Именно Мария Пилар. Двойное имя, у нас так часто бывает. Мария будет неправильно, не мое имя.
– Ой, девушка, вот вы как скажете - так оно и будет.
– согласился Толян.
– И скажите им, что я хороший товар привез, нечего морды воротить.
Я
– И в чем проблема?
– удивился я.
Саркис ответить не успел - успел Толян.
– Да я не знаю, в чем проблема. Стволы - новье, прямо с Тулы…
– Из Коврова.
– Чего?
– Из Коврова. АЕКи в Коврове делают, на Ковровском механическом, не в Туле. "Калаши" и "Абаканы" в Ижевске, "Винторезы", "Валы", ВСК и АКСУ - уже в Туле.
– А, ну может быть, как скажешь.
– не стал возражать собеседник.
– Один хрен - стволы нулевые, модель новая, а эти чего-то жмутся, как целки.
– Толя, здесь место такое, русское оружие мало знают.
– сказал Саркис.
– Я сам их не знаю, как я буду советовать покупать? А это даже не "Калашников", людям объяснять придется, а ты за них просишь больше, чем тогда за "сто четвертые".
– Да я тебе же накладные показал, они же дороже стоят!
– аж заголосил Толян.
– "Сто четвертые" - старье, а эти - самые современные!
– Толя, будто ты за них хоть копейку заплатил.
– с укоризной заявил Саркис.
– Это что - "усушка, утруска"?
– А вот это не твоя проблема.
– отрезал Толян.
– Товар мой, цена моя. Где взял - там больше нет. Думай!
Судя по всему, харьковский Толя и дилижанский Саркис торговались уже давно. Я отозвал Саркиса в сторону, тихо спросил:
– А в чем проблема? Отличные же автоматы.
– А что, не хуже "Калашникова"?
– Саркис, а ты не знаком с ними, что ли?
– вздохнул я.
– Откуда? Мы же только натовским стандартом торгуем здесь.
– Понятно. Сколько у него таких?
– Два ящика по пять. Пять под семь-шестьдесят два, и пяток под пять-сорок пять.
– Не возражаешь, если перекуплю для своей команды? А ты себе на такую сумму набери из тех ящиков, что я от немцев привез. Как раз сплошной натовский стандарт. Даже с "походом" можешь, чтобы не обидно.
– Не вопрос.
– сразу согласился Саркис.
– А чем они так хороши?
– Я тебе потом расскажу, и даже покажу.
Я повернулся к картинно, но неискренне надутому Толяну.
– Толя, почем хочешь?
– По косарю пятьсот за ствол.
– Да куда по полтора!
– влез Саркис.
– Толян, бога побойся!
– По косарю пятьсот, красная цена им. Ты "сто четвертые" по трешке здесь торговал, мне пацаны рассказали.
– Толя, а что-нибудь еще у тебя есть?
– влез в разговор я.
– Кроме АЕКов, с собой, я имею в виду.
– Пистолеты есть, "граники" есть, гранаты к "граникам" тоже есть.
– "Граники" какие?
Толик полез в портфель, достал оттуда накладную, прочитал: