Земля лишних. Том 2
Шрифт:
Примерно в половину девятого вечера мы увидели уже знакомый нам короткобазный "Лэндровер 90", стоящий на бугре возле полузаросшей колеи.
– Опознаемся.
– сказал я Боните.
Та кивнула, вышла на связь по "короткому" "кенвуду" на заранее согласованной частоте радиоопознания. Так и есть, Браун изображает комитет по встрече. Опознав нас, он предложил следовать за ним и резко свернул с колеи в сторону океана, пробираясь по пересеченной местности между плоских холмиков саванны. Его старый след еще не успел расправиться окончательно, и было видно, что Браун возвращается по собственной колее.
В этом месте дорога уже изрядно отклонялась от берега океана вглубь саванны,
Лагерь был устроен на совесть. Пять добротных четырехместных палаток были установлены на деревянных поддонах, в каждой - по две крепкие складные койки с легкими шкафчиками возле каждой. Еще одна большая палатка выполняла функцию штаба и совещательной комнаты. В ней была установлена школьная доска, стояли раскладные столы и стулья. Отдельно стояла еще одна такая же палатка, где разместилось отделение материально-технического обеспечения, которое должно было обслуживать радиостанцию, смонтированную на "Хамви", кормить нас и нести караульную службу. Ну что же, меньше проблем для нас.
Стараниями хозотделения в лагере уже были сооружены два добротных отхожих места и посередине площадки между палаток стоял длинный полевой умывальник.
Весь лагерь был обнесен в два ряда колючкой-спиралью, перед которой местами были установлены на растяжку сигнальные мины, предназначенные больше не для предупреждения о нападении, а для того, чтобы пугать излишне приблизившихся к лагерю животных. Проверенный местными способ.
Ну что же, учитывая то, что нам в этом лагере придется провести целых три недели, обстоятельность его возведения могла только радовать.
Мы заглушили двигатели автомобилей после того, как машины втянулись на территорию лагеря и выстроились в ряд на площадке для транспорта, где уже стояли еще один вооруженный тяжелым пулеметом "Хамви" и грузовик М109. Из штабной палатки вышел Смит, подошел к нам, поздоровался, поинтересовался, как мы доехали. В свою очередь я поинтересовался у него, где лодка и судно для тренировок.
– Целых два "Зодиака" в грузовике, надо только собрать. Но делать это без главного специалиста не стали. Судно прибудет лишь через три дня, а пока будем заниматься тем, для чего оно не требуется. В грузовике есть мишени на поплавках, для тренировок в стрельбе с лодки.
– Насколько гарантировано сохранение секретности нашего здесь пребывания?
– Все солдаты дали официальную подписку о неразглашении. Соответственно, в случае нарушения обязательства их ждет военный суд.
– Что за команда у судна?
– Это орденское судно, военная команда, все тоже дадут обязательство о неразглашении, к тому же команда будет уменьшена до необходимого минимума.
– Хорошо. Ладно, начнем размещаться.
В палатках мы разместились достаточно просторно. Палатки были четырехместными, но оборудованы под проживание двоих. Часть штабной палатки мы использовали под склад того, что не хотели бы хранить просто под навесами. К моей радости, Смит достаточно буквально понял мое пожелание не скупиться на боеприпасы для тренировочного процесса, поэтому под маскировочной сеткой и тентом был выложен целый штабель зеленых патронных ящиков калибра 9 мм "Парабеллум" и 5.56 НАТО. Боеприпасы для бесшумного оружия, "Вала" и "Винтореза", мы с Бонитой привезли с собой и пока прямо в нераспакованных цинках складировали под койками в своей палатке.
В общем, для того, чтобы группа начала втягиваться в ритм подготовки, я объявил тренировку по боевому слаживанию, а затем, когда уже стемнело, вывел всю группу на соседний с лагерем пляж, где было оборудовано импровизированное стрельбище, и устроил ночные стрельбы.
На следующее утро вся группа перешла в руки Дмитрия, который начал с банального плавания. К счастью, прибрежные воды этого мыса не слишком уж кишели хищниками ввиду пологого песчаного дна и, как следствие - недостатка пищи, но все же сам Дмитрий с обоими орденцами плыли на "зодиаке" параллельным курсом, вглядываясь в прозрачную воду.
После часовой "разминки" в воде мы позавтракали, после чего Дмитрий в течение часа читал нам лекцию о том, как следует догонять ночью охраняемое судно, и как на него забираться.
Потом почти половину дня мы с Бонитой, как отделение огневого поражения, потратили на то, чтобы только начать поражать плавающие мишени с движущейся со скоростью в четырнадцать узлов лодки. И вот здесь начали возникать первые вопросы. Главной проблемой было использование оптики при ветреной погоде - резиновый "зодиак" выбивал немало брызг из волны, встречный ветер бросал их в линзы прицелов. Даже при дневном свете это создавало определенные трудности, а как быть ночью? С огромными линзами объективов ночников? Нам недостаточно было поразить возможных часовых на палубе атакуемого судна, мы должны были держать палубу под контролем все время, пока штурмовые группы не займут свои позиции на ней, после чего сами должны были подняться на нее и взять под прицел наиболее открытые пространства палубы.
В тихую погоду такая проблема не стояла, она даже при попутном ветре не возникала, но рисковать операцией в расчете на подходящую погоду не хотелось. А менять прицельные приспособления в лодке, в полной темноте и при режиме максимальной скрытности, тоже выглядело глупым. Решили оказаться от оптики на "Вале", а дистанцию огневого поражения сократить со ста пятидесяти метров до ста. Возможно, использовать лазерный целеуказатель или просто коллиматор с подсветкой прицельной марки, в нашем случае - "кобру".
Оценивая наши шансы реально, следует заметить, что мы имели всего две единицы бесшумного оружия, которое могло нанести реальное и гарантированное поражение противнику в средствах индивидуальной защиты. Идея Смита снабдить нас американскими карабинами М4 со съемными глушителями особого восторга не вызвала - дозвуковая, пусть и утяжеленная пуля калибра 5.56 гарантии поражения не давала. Поэтому, основной расчет на тихое уничтожение противника строился на наших с Бонитой "Вале" и "Винторезе". А в качестве бесшумного оружия для остальных мы закупили у Саркиса немецкие "Хеклер и Кох" модели USP 9SD, со съемным глушителем и магазином на пятнадцать патронов калибра 9 миллиметров "Парабеллум".